Елена Безрукова – Я тебя отниму (страница 51)

Вадим.

Шикарный день рождения.

Они уехали, я слышал такси, отъезжающее от нашего дома. Он, как и всегда, увёз её с собой. Ненавижу. Как можно так ненавидеть того, с кем дружил с детства? Что она сделала с нами? Что она сделала со мной?

Опёрся о раковину руками. Умылся. С разбитого лица стекали остатки крови прямо в водосток. Поднял глаза и посмотрел на себя в отражении – в кого ты превратился, Вадим? Ты никогда ни за кем не бегал. Но эта девушка… Лишила покоя, воли, разума, в конце концов.

– Давай раны обработаю, – прозвучал за спиной голос Ангелины.

– Оставь всё здесь, я сам. Иди.

Не хочу, чтобы сейчас кто-то касался меня, хочу побыть один. Лина поставила перекись и вату на полку рядом со мной, но уходить не спешила.

– Ты любишь её, да?

– Ангелина, иди. Прости, что так вышло.

– Прости?! – повысила голос она и развернула меня за плечи к себе. – Ты целуешь её, дерешься с её женихом, и всё это у меня на глазах. И просто «прости»? Не прощу.

– Хорошо, не прощай. Только оставь меня в покое сейчас.

В глазах девушки показались слёзы.

– То есть, если я сейчас уйду, совсем уйду, тебе будет всё равно?

– Ты уже и так всё поняла. Не мучь меня лишними вопросами. Мы больше не вместе. А теперь оставь меня.

– Ты любишь её. Я так и думала.

– Не твоё дело, – начал злиться.

С ней я не буду об этом говорить. Ни с кем не буду. Это только моё.

– Ты ей не нужен, разве не видишь? Она не любит тебя! – кричала девушка.

Делала ли мне она этим больно? Да. Очень больно.

Схватил её и просто вытолкал из ванной, закрывшись на щеколду. Она еще какое-то время колотила в дверь кулаками, обзывала меня на все лады и кричала, что я не нужен Алине. Открыл кран на всю, чтобы хоть как-то заглушил её.

Я и так это знаю, без её слов. Только легче не стало от этого понимания.

Спустя время девушка затихла и её увели друзья. Куда они её дели и что делали – мне всё равно. Мне плевать, что это мой день рождения, мои гости и моя девушка. Была. Просто плевать.

Сел на кафель, подперев подбородок руками и думал.

Были ли отношения с Ангелиной игрой? Нет. Я не играл. Я пытался жить, без неё. Думал, что смогу забыть всё. Ни черта у меня не вышло.

Были ли отношения в принципе с Линой? Да. Только покалеченные изначально. Я это сам не сразу понял даже. Девушка уж очень похожа на Алину. Все заметили. Жалкая пародия. Если бы не схожесть с ней, даже и внимания бы не обратил. Я болен? Ищу во всех её, только вот беда – такая одна на планете, и сколько не ищи похожую, всё они китайские подделки оригинала…

Глупо. Теперь я это понимаю. Своих душевных я ран я не залечил, а девушку ранил ни за что. Она ведь не виновата, что я влюблён без взаимности и надежды. Она любила меня, как умела, дарила свою ласку, нежность, любовь… А я…просто выкинул её, когда стала не нужна. Я не смогу позволить прикоснуться к себе, снова почувствовав вкус губ Али. Никто мне больше не нужен.

Только она не понимает. И не поймёт. Это я влюбился как школьник в первый же день едва увидел её. Только не готов был признаться себе в этом. Долго все оправдывал спортивным интересом, спор этот дурацкий выдумал, чтобы выиграть время и пообщаться поближе. При другом раскладе, Вет не дал бы мне подойти близко. Только пронять её всё равно не смог. Она оказалась принципиальная и верная, с высокими моралями – не чета мне. И это подняло её ещё выше в моих глазах. Я думал, таких верных уже просто нет на Земле. Есть, но они не для меня…

Мне нужно её забыть. Нужно. Я устал так жить. Устал постоянно натыкаться на стенку. Всё никак не могу принять тот факт, что не нужен ей. Так оно и есть. Лишь порчу им отношения, а сам при этом ничего не выигрываю, травлю себя тоже, обижаю девушек, которые хотят отношений со мной.

Я больше не стану искать с ней встреч. Потом слишком больно. Это давно не игра, и игрой никогда не было. Ангелина права, чёрт возьми – я люблю её. Очень люблю. Только ей моя любовь никогда не была нужна…

***

Спустя три дня.

Алла.

Приехала после работы к сыну. Что происходит с ним, никак не пойму. Молчит, как партизан. Лежит, отвернувшись к стене. На работу не ходит, открыл больничный лист. Лицо всё разбито. Не ест ничего. Сготовила еще позавчера – притронулся только к супу, и то совсем немного.

– Ты опять не ел, Вадим, – присела на кровать рядом с ним.

Снова молчит. Как мне больно на это смотреть, но я не могу ничего из него вытянуть. Очевидно, что всё из-за девушки. Но что такое могло случиться, что он так убивается по ней? Впервые вижу Вадима в депрессии из-за девчонки. Что там за принцесса такая, интересно знать?

– С кем ты подрался, сын?

– Ма, оставь меня в покое.

Вот и все его ответы. Вздохнула, потрепала по волосам и вышла в кухню. Посуду хоть помою, пыль протру. Совсем ничего по дому не делает, только лежит камнем. Ужасно видеть как страдает твой пусть уже взрослый ребёнок, а ты совсем, ну ни капельки не знаешь, чем помочь.

Спустя полчаса вернулась в спальню с чаем на травах. Пусть хоть успокоится немного. Вздохнула и поставила поднос на стол. Вадик уснул, раскинувшись на спине. В руке горит экран телефона. Укрыла его пледом и забрала смартфон из рук, чтобы положить на тумбочку. Взгляд упал на горящий дисплей.

Алина?

Пролистнула галерею дальше – Алина, Алина, Алина. Весь телефон забит её фотографиями. Из соц. сетей, в основном.

Так вот кто виноват в его состоянии. И вот почему он так переживает – у них с Виталиком скоро свадьба, а Вадик – третий лишний. Значит, и подрался он, скорее всего, со своим бывшим другом. А я всё думаю, что ж они так рассорились? Из-за неё. А такая тихоня с виду, и не скажешь, что сердцеедка. Сначала поцелуй в воинской части, теперь эта депрессия и фотографии – сын серьёзно влюблён. А она играет с обоими парнями как с котятами

Ну ладно, Алина. По хорошему не понимаешь – поймёшь по плохому.

Глава 42

Алина.

После произошедшего у Вадима дома мы вернулись домой молча. Виталик не говорил со мной несколько дней, просто игнорировал, не ел даже мою еду. Лишь спустя три дня я решилась на разговор первой, не выдержав уже этого бойкота.

– Виталь, ну не молчи.

– Что ты хочешь, чтобы я сказал?

Он сидел к кресле, я – на диване, и оба смотрели в разные стороны. Между нами будто выросла ещё более толстая стена. Это тяжело. Я не хотела, чтобы было так…

– Свадьба отменяется? – спросила его.

– Не знаю. А кому она нужна? Тебе? Ты с удовольствием целовалась с ним. Тебе она нужна?

Нашла смелость взглянуть в холодные голубые глаза. Не люблю, когда он такой. Злой, жестокий.

– Он сам поцеловал меня. Я не хотела. Ты же знаешь, что он… Не надо было говорить о свадьбе на его дне рождении.

– Можно, я буду сам решать, когда и что мне говорить? – нагрубил Виталий. – Ты сама-то определилась, с кем ты хочешь быть?

– С тобой, – не задумываясь, ответила я. – Всегда так было. Ты же знаешь.

– Со мной? – спросил он зло. – Из-за квартиры, да?

– Виталь, ты чего? – спросила я. – При чём тут твоя квартира? У Вадима тоже есть дом. При чем здесь жилплощадь?

– Да, есть. Только он тебя туда не звал, не так ли? – изогнул парень бровь.

– Не звал. Но это ничего не значит, – начала я закипать. – Даже если бы позвал, я всё равно бы выбрала тебя.

– Я думал, ты особенная, – сказал он тихо, глядя в ковёр. – Что ты не предашь. Никогда. Что будешь помнить хорошее. Я ошибся? Ты такая же, как все? Которые предают и изменяют?

Горькие слова. Обидные и вызывающие чувство вины. Нет, я не такая. Присела возле него и взяла руки в свои ладони. Заглянула в глаза.

– Ну прекрати ревновать. Ничего у меня с ним нет и не будет. Я хочу быть с тобой. Давай больше вообще не будем ходить в эту компанию? Ну зачем нам эти все проблемы? Свадьбу отыграем и будем звать к нам тех, кого желаем видеть.

– Как я буду тебе доверять после этого? Как только вспоминаю эту картинку, где он целует тебя, будто ты его, как сразу хочется рвать и метать.

– А ты не вспоминай. Виталь, ну я же не виновата, что нравлюсь кому-то ещё. Я просила его оставить нас в покое много раз. Но он довёл до драки.

– Значит, ты даёшь ему повод. И надежду.

– Ничего я ему не даю! – возмутилась я. – И никогда не давала. Мы поженимся, и он успокоится. Поймёт, что я свой выбор сделала, и давно. А ему здесь не место. Он оставит нас.

– Ты меня любишь, Алин? – спросил он через паузу.

– Да, – кивнула я. – Люблю. Конечно, люблю. Дурачок.

Потрепала его по светлым волосам. Виталик вдруг резко перехватил мою руку и больно сжал.

– Я больше не прощу, имей ввиду. Получат все. И ты, и он. Поняла?

Он говорил таким тоном, что я испугалась. Я не знала, что он может быть таким. Но я бы на его месте, наверное, так же бы сказала. Я должна быть благодарна за то, что он не гонит меня и не планирует расстраивать свадьбу. Я действительно верю в нашу будущую семью, в семейный очаг с Виталиком.

Со временем история с его другом забудется. Да, он мне нравится. Но сколько ещё таких Вадимов будет на моём пути? Это же не значит, что я должна немедленно бросить своего жениха и бежать навстречу страсти. Это глупо и недальновидно. К тому же, я просто не смогу предать Виталика. Он столько для меня сделал и делает. Как я могу с ним поступить по-свински и бросить?

***

Едва отношения с Виталиком сдвинулись с мёртвой точки с положительной динамикой, как на работе меня поджидал очередной «привет» от Вадима…

Это было обычное утро среды. Обычные дела и подготовка к рабочему дню.

Открылась входная дверь и вошла Алла, как всегда грациозно вышагивая по офису.

– Доброе утро, девочки, – поздоровалась она.

– Доброе утро, Алла Григорьевна, – ответила ей Таня.

– Доброе утро, – поддакнула и я.

– Алина, – обратилась она ко мне, и я подняла голову на неё, оторвавшись от папки с документами. – Зайди ко мне через полчаса.

– Хорошо, – кивнула я, и Алла ушла.

Нехорошее предчувствие. Что-то все разговоры с Аллой в её кабинете в последнее время заканчиваются плохо. Сосредоточиться на папке так и не смогла, и отбросила её в сторону. Все тридцать минут просидела как на иголках. Время вышло. Собралась с духом и пошла в кабинет управляющего нашим офисом.

– Можно? – постучалась я и заглянула внутрь.

– Входи, – ответила властным голосом Алла.

Эта женщина и роту солдат построит. Приказывать и руководить она умеет.

– Садись, – кивнула она головой на кресло напротив стола.

Когда я села, женщина протянула мне лист формата "А4" и ручку.

– Твоё заявление. Подпиши, – сказала она.

Коротко глянула на неё и опустила глаза в листок. Заявление на увольнение по собственному желанию.

– Что случилось? – подняла снова глаза на неё. – Я совершила какую-то ошибку в проекте? Я всё исправлю. Зачем же сразу такие кардинальные меры?

– Алина, – ответила Алла. – Давай только без цирка. Ты понимаешь сама, что проекты тут не при чем. Как работник ты меня вполне устраивала. Даже жаль терять такого сотрудника. Ты уходишь по другой причине.

– Какой же? – спросила её.

– Просто я тебя больше не желаю видеть.

Хороши заявочки. Значит, Вадим ей рассказал о своих чувствах, и что плохая Алина его обидела? Замечательное дело. Интересно, он попросил Аллу меня уволить, так же как тогда просил меня взять, или это её инициатива?

– Поэтому подписывай, и радуйся, что без статьи.

– А я рада. Очень, – съязвила я и взяла в руки ручку.

Смысла спорить нет. Она начальница, и ей решать, кто будет здесь работать. К чему распыляться, если мне откровенно сказали, что видеть меня тут не желают. Расписалась, вернула лист бывшей теперь уже начальнице.

– Молодец. У нас ты больше не работаешь. И ещё… Что-то ещё? У меня, кажется, больше нечего отбирать.

– Лучше работы, чем в нашем агентстве в городе нет. Но ты всё ещё можешь найти работу по профилю. Тем более, что здесь ты получила хороший опыт. Однако, если ты будешь продолжать полоскать мозг Вадиму, то не сможешь работать по профилю вообще. Будешь только полы мыть. Поняла?

Понятнее некуда. Лишь горько усмехнулась про себя и ответила.

– Поняла.

– Вот и хорошо. Отрабатывать не нужно. Передай дела Тане. Расчёт и трудовую заберёшь через неделю. Я позвоню тебе. Свободна.

– Так точно, – ответила ей и вышла в коридор.

Вернулась к своему месту и стала собирать вещи в сумку.

– Это нам не надо, – папки собрала и отодвинула в сторону. – Это нам тоже больше не нужно.

Скомкала свои эскизы незавершённого проекта и бросила бумагу в ведро.

– Это тоже не моё, – ручки и маркеры поставила в стаканчик для канцелярии.

– Алин, ты че делаешь? – спросила меня Таня, которая всё это время наблюдала за моими действиями.

– А ничего. У меня сегодня начался внеплановый перманентный отпуск.

– В смысле? – свела брови вместе коллега.

– В смысле – я уволена, – закинула ремень сумки на плечо. – В прочем, эти ручки и степлер вряд ли пригодятся мне в моей новой жизни. Пользуйтесь.

Бросила на столе письменные принадлежности и пошла к двери. В последний раз с сожалением обернулась на своё рабочее месте. Я буду скучать по тебе, любимая работа. Но мне придётся изменить тебе с кассой на прилавке, прости. Больше у нас тут работы всё равно нет.

Вздохнула и вышла навстречу ветру.