Елена Безрукова – Ты нас предал (страница 72)

— Я помню, — поджал он губы.

— А мне кажется, что забыл, — поддела я его. — Мы с тобой не женаты, Богдан, чтобы ты решал такие вопросы в одиночку. Кем ты себя возомнил?

Праздник был испорчен. Я очень рассердилась, что он посмел решать такие вопросы сам, даже не посоветовавшись, не предупредив о планах. Может быть, скажи он об этом заранее, я сейчас иначе бы смотрела на всю ситуацию!

Хотя нет: я бы всё равно не согласилась бы на эти подачки!

Я выбрала бы остаться в съёмной квартире.

Но, очевидно, Богдан лишил меня права выбирать.

Так и знала, что как только он появится в моей жизни снова и узнает, что у него есть сын, как немедленно начнётся вот это.

— Я тебе не муж, конечно. Уже. Это я всё ещё помню. Но помимо этого я ещё и отец твоего сына, — отбил он, глядя прямо на меня. — И я буду о нём заботиться. Это моя прямая мужская обязанность!

Аргумент. Весомый. Но это не даёт право Богдану распоряжаться нашими жизнями до такой степени! Мы же не на вокзале каком-то жили, у нас была нормальная квартира, пусть и съёмная…

— Ты — отец моего сына, — подтвердила я. — Но это не значит, что теперь я должна жить так, как скажешь ты, Богдан. Это было в прошлой жизни. Когда я была твоей женой. А теперь я другая уже, я хочу сама решать такие вопросы.

— Сама ты, Надя, будешь решать, какие соски и бутылочки купить Богдаше, ясно? — Начал сердиться и он. — А вопрос жилья оставь всё-таки мужику! Я не допущу, чтобы моя… — Он снова осёкся. Опять хотел сказать “жена” или что-то из этого разряда? Сердце снова предательски кольнуло… — Чтобы мой ребёнок и его мать таскались по съёмным квартирам, и не надо спорить. Это не обсуждается. Мы, кстати, приехали.

Мы стояли уже минут десять напротив небольшого уютного дома и препирались.

— Я не пойду, — заявила я и осталась сидеть с сыном на руках.

— Надя, — укорил меня он. — Ну что за фокусы?

— Я никуда не пойду, — осталась я стоять на своём.

— Надь, — вздохнул мужчина. — Ребёнок проснулся, смотри. Он устал, кушать хочет. Пойдём.

— Ничего, потерпим немного, — ответила я. — Вези нас на нашу квартиру.

— Что?

— Вези нас на квартиру.

— Ты серьёзно?

— Мне не до шуток, Богдан, — повернулась я на него. — Мы действительно устали и голодны. Чем быстрее ты отвезёшь нас домой, тем быстрее нам обоим будет комфортно.

— Я не смогу, — развел руками он.

— Почему? — подняла я брови. — Только не говори, что в лимузине закончился бензин.

— Не скажу, — хмыкнул бывший муж. — Скажу, что квартира твоя сдана уже другим жильцам.

— А… — я едва не задохнулась от возмущения. — Ты что — забрал мои вещи и отдал ключи хозяйке?

У Богдана находился мой телефон несколько дней, пока я находилась в отделении реанимации. Он мог найти номер хозяйки квартиры и провернуть всё.

— Отдал, — подтвердил он, не моргнув глазом. И даже не стыдно! — Так что возвращаться вам некуда. Идём. Ребёнок скоро плакать начнёт.

Маленький Богдан действительно уже отчаянно ворочался на моих руках в поисках источника питания. Его пора кормить…

Я поняла, что спорить сейчас бесполезно и бессмысленно — Богдана всё равно не переспоришь за пять минут, только сына взбудоражим. Нужно поговорить позже.

Молча я всё же вышла из машины, когда он открыл пассажирскую дверь передо мной и протянул руки, чтобы забрать сына и помочь мне выйти.

Дошли до дома. Богдан передал обратно мне ребёнка и достал ключи, отворил ими дверь.

— Ну, — отступил он, пропуская нас внутрь первыми. — Заходите в ваш с сыном дом.

Я вошла и остановилась на пороге. Стала оглядываться по сторонам.

Внутри дом тоже оказался вполне уютным и красивым, но… Я всё же не знала, стоило ли уступать Богдану и оставаться тут. С другой стороны, куда же я пойду с ребёнком на руках? Квартира-то моя уже сдана.

Он всё отлично просчитал, манипулятор фигов.

— Все твои уже вещи тут, — заговорил он. — И для малыша… Я столько всего купил ещё. Готовился. А ты даже не хочешь посмотреть и плачешь по съёмному жилью. У тебя теперь целый дом есть, в хорошем районе. Разве это плохо? Я сделал тебе этим что-то плохое, Надь?

Я даже растерялась. Сам дом для сына и его матери — это, конечно, не плохо. Но дело ведь в другом.

Но как же ему, твердолобому, это донести?

ГЛАВА 60

БОГДАН.

Чёрт, не понять мне женщин! Совсем не понять.

Хотел, как лучше, получилось…

Но я ведь правда хотел, как лучше. Видел я её квартирку. На удивление уютная, но такая крошечная!

Уют Надюша всегда умела создать. Поэтому, после того как она ушла от меня…

Ладно, после того как я её выгнал — надо вещи своими именами называть — не смог я жить в нашем с ней доме. Без неё там стало пусто и холодно. Словно свет ушёл.

Мне бы, идиоту, сразу тогда понять. Может, смог бы уже тогда хоть что-нибудь исправить. В ноги бы упал, молил о прощении.

Так, стоп. Хватит. Не время для самобичевания.

Я должен был придумать, как сделать так, чтобы Надя поняла — я на самом деле просто желал, чтобы ей было удобно.

— Надюша, давай так. Ты пройди, осмотрись, отдохни. Если тебе не понравится, я отвезу вас в гостиницу. И ты потом выберешь то жилье, которое тебя устроит.

— Меня устраивало моё жильё! — ответила она сухо, поджав губы. — Мне там было удобно, у меня появились подруги. И детская поликлиника рядом. Отсюда как я буду ездить? На автобусе? С грудничком?

Я видел, что она чуть не плачет.

Ну вот, идиот чёртов… Довёл любимую опять! Но я уже не знал, что мне сделать, чтобы ей угодить! Все мои попытки — мимо.

— Надя, у тебя теперь есть машина с водителем. Он же и будет дом охранять, всегда в твоем распоряжении. Живёт тут на территории с супругой, она экономка — будет следить за домом, убирать его.

— То есть, со мной еще и чужие люди жить будут?

Ох, Надя! Как же с тобой тяжело-о!

— Нет. Живут они рядом — в гостевом домике. Тут, в доме, только няня жить будет, пока она тебе нужна.

— Зачем это мне няня? — с подозрением уставилась она на меня. — Я сама могу позаботиться о ребёнке! И я рожала не для няни! Ты полагаешь, я не справлюсь с нашим сыном?

Я шумно выдохнул.

— Надя, не кипятись… Дело не в этом. Ты сейчас слаба. Врач же тебе сказал: роды были сложными, кровопотеря, нужно поберечься. Няня просто поможет тебе, и всё. Если не нужно — она лезть не будет. Будешь звать её по мере надобности. Ну, искупаться захочешь, поесть спокойно, поспать… Просто помощница. Пойдем, я тебя с ней познакомлю.

Надя поджала губы, я видел, что у неё слезы на глазах.

Понимал, что всё сделал не так, но Надя потом поймёт, что всё это ради неё и для неё, и что ей так будет гораздо удобнее и проще: в своём доме, с помощниками.

— Проходи, — пригласил её пройти в гостиную, где нас уже ждали. — Добрый день.

— Здравствуйте!

Посреди комнаты стояли две женщины. Одной за пятьдесят, второй, кажется, чуть больше сорока.

— Нина Гавриловна — экономка и жена водителя Павла. И Светлана Сергеевна — няня.