Елена Безрукова – Развод. Моя новая жизнь (страница 35)

— Понимаете, его мать… Лена очень переживает, что наш сын останется неучем.

— Вы женаты? — осторожно поинтересовалась я.

Если да — то это наше последнее кофе вместе.

Женатые — табу.

От таких чего угодно ждать можно. Сам женат, а цветы мне дарит, и в кафе зовет ужинать. Нехорошо. Осуждаю!

— Нет, мы.… разведены, — покачал головой политик. — Давно уже. Не женился больше. Как-то не сложилось…

— Ясно, — отозвалась я. — Значит, вы ради матери сына так стараетесь?

— Да. Именно так.

— Но вы же понимаете, что это не выход из всей ситуации? Ну восстановите вы Павла, и что дальше? Думаете, он перестанет прогуливать пары? Это же только поощрит его безалаберность и безнаказанность. Пусть отчисление станет ему уроком. Заберите документы и пусть идёт работать. Парень молодой, руки-ноги есть, вот и пусть учиться себе зарабатывать. Можно быть совсем честной с вами?

— Конечно, — кивнул мужчина, попивая чай из своей чашки. — Я же сам вас на этот разговор вызвал.

— Вы же понимаете сами, что медицинский вуз вашему сыну не нужен. Так зачем заставлять его продолжать учиться? Хорошим врачом он не станет. Потому что ему это просто не интересно.

— Да.… Вы правы. Он хотел стать гитаристом.…

— Так почему вы не позволили ему?

— Посчитал, что это несерьезная профессия, — ответил он. — Ну что он ей заработает?

— Тут два варианта: либо прославится, либо ничего не добьется и займётся чем-то еще. Но, пожалуй, пока не попробует — не успокоиться. Говорят, что учатся на чужих ошибках, но это вовсе не так: всем надо набить именно свои шишки, чтобы получить именно свой опыт и понимание. У вас же была такая возможность. И все еще есть…. Дайте сыну заниматься тем, что он хочет. И он перестанет протестовать и саботировать.

— Вы так считаете? — улыбнулся Михаил.

Неужто такой серьезный мужчина не понимает совсем своего ребенка?

Говорят, такие серьезные дяди, достигаторы, хваткие акулы бизнеса, в семье могут быть очень неглубокими, поверхностными, и совершенно не понимать чувства близких.

Да и не только бизнесмены и политики такими могут быть, простые работяги — тоже.

Смысл в том, что от семьи они далеко, несмотря на кажущуюся близость и родство.

Физически человек может быть близко, а вот морально при этом — бесконечно далек.

Конечно, он хочет как лучше для него, но далеко не всегда наши взгляды с детьми на то, что хорошо, а что — плохо, совпадают… Иной раз остаётся лишь примириться с их выбором и от души надеяться, что что-то получится…

А если нет, то у ребенка будут силы начинать что-то другое, заново.

Но чтобы узнать, его это дело, или не его, надо попробовать, при условии, конечно, что способностей юноша или девушка не лишены, и перспективы есть.

— Конечно. Я своим детям не запрещала быть собой. У меня старшая — будущая балерина, — решила я поделиться с ним своим опытом. Вообще говорить с ним оказалось довольно просто и получалось у меня это довольно свободно. Даже не ожидала, но — факт.

— Да вы что! — всплеснул Серов-старший руками. — Какие у нас с вами творческие дети, Любовь Сергеевна.

— Да-да-да…. В балетной студии день и ночь пропадает.… И я не уверена, что у неё будут после обучения какие-то контракты.… Конкурентов очень много. Но я все равно верю в неё и желаю ей удачи. Это ведь её жизнь. И её возможные ошибки. Выход найдётся, даже если задуманное не получится. Намного хуже, когда молодые люди вообще ни к чему не стремятся, кроме как позалипать в видосы на хостингах…

— И вы не побоялись ей вручить её жизнь?

— Нет, как видите.… Лучше пусть она даже ошибётся, но это будут её ошибки и ее выбор. Понимаете? Но я все же надеюсь, что она нашла своё призвание.

— И вы прямо верите в неё?

— Да. Обязательно! Как еще? Кто же в неё поверит, если не мать?

— Вы потрясающая женщина, Любовь Сергеевна.

— Ну бросьте, Михаил Сергеевич.… Какая же я потрясающая… — смутилась я. И кровь прилила к щекам. Как давно я не слышала подобных слов от мужчин. А от мужа, вообще, кажется, никогда не слышала…. — Я просто люблю своих детей и стараюсь их понимать.

— И мать великолепная, — улыбнулся он и мягко, осторожно позволил себе накрыть своей широкой ладонью мою. — Мне очень приятно с вами познакомиться. И иметь честь пообщаться….

Я скромно улыбнулась, но руку все же забрала.

Не время еще для таких интимных жестов. Мы еще плохо знаем друг друга.

Но то, что мне неожиданно даже для самой себя в первую очередь, было приятно тоже проводить с ним этот вечер.

Первое впечатление оказалось обманчивым. Возможно, я предвзято к нему отнеслась с порога, потому что он просил за своего сына очень настойчиво. А я не люблю, когда поощряют лень. Может, и стоит дать ему какой-то маленький шанс….

— Скажите мне, что вы еще с вами увидимся, — сказал он, глядя в мои глаза.

— Если вы захотите, — кокетливо отозвалась я.

— Я — очень хочу.

— Значит, всё в ваших руках.

56.

Мне нравилась моя новая жизнь. Больше, чем та, которой я жила со Степаном.

Только сейчас, оказавшись на “свободе”, я стала понимать как много он меня “пилил”, пытался проломить мои границы, пытался заставить меня вести себя так и поступать так, как ему казалось правильным. О том, чего хочу я сама, меня вообще редко спрашивали….

Меня никто не укладывал рано спать, если я того не хотела, никто не заставлял меня смотреть по телевизору те передачи, какие я не хотела.

Никто не говорил мне, что новое платье мне не идёт. И потом это платье десять лет в шкафу висит.…

Никто не говорил мне, что новая стрижка — неудачна, и после неё я не рисковала сунуться еще раз к парикмахеру.

Только сейчас я стала осознавать, что, возможно, новая стрижка или цвет волос, в те попытки, которые я предпринимала по улучшению своего внешнего вида, не так уж и плохи были. Просто они по каким-то причинам не нравились бывшему мужу. А может, он просто вредничал или у него было плохое настроение. А вымещалось это всё всегда на мне. Я тащила это бремя и помалкивала: все тащат, и я тащу.

Я потому и стала проподать на работе.

Мне больше нравилось там, а в выходные — с детьми.

Но не с ним.

От него я стала ждать нападок, обвинений, тычков — каждый вечер.

И они были.

Но я несла свой крест, пока однажды он сам не развязал мне руки — своей изменой, окончательно не выразив ко мне полное пренебрежение и неуважение.

Я стала задумываться: почему же я раньше не ушла от него?

Отношений по сути у нас давно не было. Никакого контакта практически, кроме просмотров телепередач, которые как обычно выбрал он сам.

Никакой поддержки от него я также не видела.

Там, где нормальный муж поддержал бы и сказал что-то в стиле “Не переживай так. В этот раз не получилось — в другой раз обязательно получится! У всех бывают ошибки, ты же не робот!” он говорил мне, что я виновата сама, и вечно всё делаю не так и неправильно, и надо было по-другому, давая мне советы, которые я не только не просила, но даже и не способна была воспринимать в подобном состоянии, если у меня слёзы лились и сопли висело по колено….

Хотелось просто слов поддержки, тепла, дружеских объятий, чтобы человек даже как-то невербально говорил, что он со мной, он меня понимает, он мне сочувствует…

А когда в момент, когда тебе и без того плохо, тебя только отчитывают, как несмышленого дошкольника, то становится лишь хуже: накатывает такое чувство отчаяния и бесконечного одиночества, что словами не передать… Ты вроде как замужем, мужчина физически есть в доме, но… Ты все равно одинока и брошена один на один со своими проблемами….

Теперь же я решаю их сама и не жду ни от кого помощи, участия. Точнее — от него не жду. И как-то прямо легче стало….

Говорят же, что есть такие люди — тосичные, энергетические вампиры, которые тянут из тебя силы, берут на миллион, а отдают — на копейку, которые не умеют сочувствовать так, как этого ждёшь от близкого человека…. И рядом со мной был именно такой.

Хорошо, что я это осознала не на смертном одре… И смогла выйти из этих отношений благодаря его свинскому поступку, который меня отрезвил.

Теперь же я жила словно более свободно, вдыхала воздух полной грудью, больше не слышала ничьих претенезий в свой адрес и у меня за спиной словно проклевывались белые крылья.… Еще пару таких месяцев, они совсем сформируются и распушаться, и я смогу буквально взлететь от счастья и ощущения освобождения…