Елена Белынцева – Седьмой Перехватчик (страница 76)
Я понял, если не расскажу хоть что-то правдоподобное, он от нас не отвяжется. Пришлось взять весь «огонь» на себя и с простодушным видом признаться, что во время пребывания на Арктаке я надышался какими-то парами в подвале Базы, после чего мне приснился странный сон про слизистых пришельцев, готовящихся завоевать мир посредством Треглонатора.
Выслушав мои дивные фантазии, Полковник, как мне показалось, облегченно вздохнул, посмотрел на меня с жалостью и о чем-то пошептался с академиком. Я расслышал только вопрос Коменданта: «А это не заразно?». В ответ академик отрицательно покачал головой.
Меня тут же увели и засадили в отдельную палату со шлюзом, а к прочим витаминам добавили синенькие таблетки. Лечиться я не хотел, стараясь всеми силами удержать в памяти произошедшие события, которые, как мне казалось, представляли большую важность для всего человечества. Поэтому таблетки я тихо выплевывал. Но, к несчастью, это как-то обнаружили и заменили их уколами, против которых я был совершенно бессилен.
Лекарства планомерно делали свое дело и уже через три дня все приключения на Арктаке и в пасти Лорка стали стираться в памяти и казаться кошмарным сном. Уходили в небытие твагги, рнуты, треглонатор и Литир. Я понял, что смерть Тона всем привиделась, а по кораблю, и правда, разлили смазку. И что все прыжки по галактике — это просто фантазии.
Постепенно я сам уверовал в галлюцинации от отравления какими-то природными газами.
Видя мою приторможенность и спокойствие, врачи обещали, что если дело так хорошо пойдет и дальше, то скоро они меня отпустят восвояси.
И правда, через неделю, в пятницу утром меня впервые выпустили из палаты и разрешили поговорить с друзьями.
* * *
Наш экипаж в полном составе стоял в коридоре у раскрытого настежь окна.
— Вы не поверите, — начал тут же болтать Юом, — обо мне в наших новостях уже заметку написали.
— О том, как ты на глазах всей Базы Нарарту умыкнул их знамя? — не упустил случая съязвить над бахвальством Тон.
— Нет, — как всегда простодушно ответил Юом, — они обсуждают, какие с шикарные перспективы ждут обладателя такой потрясающей майки.
— Ты смотри в оба! — придав лицу побольше серьезности и стараясь не рассмеяться, посоветовал ему Эк, — При такой рекламе скоро за твоим счастливым гардеробом начнется охота.
— Ха! — с вызовом сказал Юом, — я умею не только находить, но и прятать, — и распахнул халат.
Блеснуло голубым, и на солнце засияла золотая надпись «Моему Адмиралу».
— Кто тебе разрешил?! — удивленно воскликнул я.
Юом многозначительно кивнул в сторону симпатичной молоденькой медсестры на посту неподалеку. Я присвистнул.
— О, я вам сейчас такое покажу! — начал Юом и полез за чем-то в карман халата, — Где же это?
И пока он выгребал оттуда кучу конфет, из кармана выпала какая-то пластинка и улетела Эку под ноги. Тот поймал ее носком тапка, поднял и как-то необычно хмыкнул.
Заинтригованные, мы с Ланой с разных боков придвинулись к нему.
На пластинке была изображена белокурая девушка, немного растрепанная, с перепачканным лицом. В руках, наперевес, она держала оружие и выглядела очень решительно и даже сурово, что совершенно не вязалось с ее юностью и красотой. По недовольному выражению лица было понятно, что ее оторвали от какого-то важного занятия для того, чтобы сделать этот портрет.
— Кто это? — поинтересовался Тон.
Юом озадаченно отвлекся от содержимого своего кармана и бросил:
— А, моя сестра.
— Ух ты, какая суровая красота! — заметил подкравшийся к нам со спины Ким Онка.
Он бесцеремонно подвинул меня, ловко вырвал из рук Эка пластинку и принялся рассматривать.
Тон вздохнул, сжал кулак, а потом выждал момент и резким движением кисти вернул себе портрет. И с невинным видом протянул в сторону Юома:
— Это он потерял!
Юом суетливо и небрежно затолкал сестру обратно в карман. А мне показалось, что Тон проводил ее взглядом полным сожаления.
Бывший Адмирал в ответ на выходку, неожиданно сделал брату боковой захват за шею. Эк, в ответ, подпер снизу кулаком Кима в челюсть и резко двинул вверх.
— Они так друг друга любят, правда? — шутливо заметила Лана.
— Вы знаете, — сказал я, — какие все-таки странные сны нам на Учениях снились. Я, правда, почти уже ничего не помню.
— Я тоже, — поддержала Лана, — мне однажды про галактику новую приснилось.
«Значит, ее тоже лечили», — понял я.
— А теперь к новостям науки. — вдруг повысил голос ведущий новостей, до сих пор бубнивший на экране за нашей спиной. — На прошлой неделе астрономы Земли обнаружили в глубинах вселенной новую галактику, которую за необычную форму назвали Георгиной…
Мы с Ланой вздрогнули и дружно обернулись.
На экране в просторах космоса вращалась, вытягивая вверх свои рукава, до боли знакомая галактика, бывшая когда-то Лоргом.
Глава 60. Когда это кончится
Вскоре все осталось позади: и лечение, которое врачи посчитали успешным и испытания моей воли, противодействовавшей этому. Я попрощался с таблетками, отчего голова снова стала ясной. Нас всех наконец-то выписали. Слава Небу, никого не комиссовали, что было для меня большим облегчением. Постепенно жизнь стала входить в привычную колею.
* * *
Торжественное собрание по поводу окончания Учений назначили на воскресенье. В прекрасное ясное утро всех в парадной форме выстроили на плацу для оглашения результатов Учении и награждения.
Наша черная парадная форма была единственным, что безоговорочно нравилось мне в Академии. Представьте себе строгий, чуть приталенный китель с золотым галуном и погонами на плечах, отделанных таким же золотым позументом. На нашивке правого рукава сияла золотая пятиконечная звезда с изображением крылатой ракеты и большими буквами ВНАМИ. Такая же звезда, отлитая из металла, с рифлением, украшала кокарду фуражки и пряжку золотого ремня.
Смотрелась все это невероятно красиво и торжественно, и было приятно, когда приезжая в отпуск, я ловил на себе восхищенные девичьи взгляды.
* * *
В этом году наблюдателем наших подвигов на Полигоне оказалась Мэол Той — единственная женщина-Адмирал флота Содружества. До нее еще ни одна дама не удостаивалась столь высокого звания. О том как ей это удалось, ходили легенды. А получить медаль из ее рук не мечтал только ленивый и тупой.
— Товарищи курсанты! — звучным и чистым голосом провозгласила она. — Поздравляю вас с окончанием Учений! Сегодня вы перешагнули еще один важный рубеж в вашей жизни: кто-то окончил очередной учебный год, а кто-то завершил обучение в Академии. Глядя на вашу отвагу и доблесть, я вижу, что наш флот пополнится новыми героями.
Все знают, что в армии и на флоте должны царить дисциплина и порядок. Но не менее важны военное братство и взаимопомощь и взаимовыручка. Я уверена, с теми знаниями и богатым опытом, которые вам дали в учебном заведении, вы станете надежными защитниками своего Отечества. Впереди вас ждут новые важные дела. Желаю всегда сохранять стойкость духа, проявлять присущее вам мужество и воинскую доблесть. Успехов вам на нелегком военном поприще, которое вы избрали делом своей жизни! Ура!
Ей эхом отозвалось мощное троекратное «Ура!».
Потом что-то про волю и выдержку говорил Полковник, но от его избитых истин аудитория заскучала и принялась шушукаться. Я оказался в первом ряду, а потому вести беседы не мог и должен был стоять по стойке смирно и слушать Петровича.
Когда мне показалось, что голова сейчас лопнет от переизбытка морали и нравственности, он наконец объявил:
— В этом году решено было признать, что Учения выиграли «Красные». Поздравляю вас!
Наша армия "красных" снова заорала «Ура!» и в воздух полетели фуражки.
Потом за дело взялись заместители Коменданта. Следуя традиции, они объявили кто и за что представлен к награде. Я очень удивился и обрадовался, когда услышал имена нашего экипажа в списке особо отличившихся героев. К награде нас одномоментно представили Командующий Базой и, самолично, Адмирал. Добытое знамя главной базы «синих» и возвращенное знамя Сига стоило многого.
Значок Героя 1 степени к кителю мне прикрепляла сама Адмирал Мэол. Вблизи она оказалась такой красавицей и так лучезарно мне улыбнулась, что я остро захотел стать ее адьютантом. Впрочем, наверняка, не один я.
* * *
После торжественной части всех распустили. Настроение было замечательное. На моем кителе сияла награда. А самая замечательная девушка на свете согласилась сходить со мной на свидание.
Мы с Ланой гуляли по городской набережной. Шелестел легкий ветерок, временами принося с собой какой-то приятный аромат. За парк на противоположном берегу садилось солнце, красиво отражаясь в реке. Остановившись у парапета, я решился обнять Землянку. Она прижалась ко мне. Ветер развевал ее волосы. Я счастливо улыбнулся. Лана посмотрела мне в глаза и улыбнулась. И тут я понял, что это тот самый момент, которого я так долго ждал. Наклонившись я нашел ее губы и принялся целовать. Лана вынула вторую руку из кармана, чтобы обнять меня и тут на землю что-то упало, зажужжало и ткнулось мне в ногу. От неожиданности я вздрогнул, открыл глаза и посмотрел вниз. На моих ногах лежал «Промыватель» Юисича. Прибор из другой вселенной.
—
Значит, они когда-нибудь нас найдут… — задумчиво сказал я.
—
Не сегодня, — Лана подобрала прибор, сунула его обратно в карман и поцеловала меня.