Елена Белынцева – Седьмой Перехватчик (страница 21)
— Наш человек! — воскликнул в коридоре обрадованный Юом, привычным жестом обнимая девушку за плечи.
Я выразительно посмотрел на него. Юом убрал руки от Ланы и заложил их за спину.
— Да она — молодец! — оправдывался он. — Ей надо дать медаль, за отдавание медали. Эк, у нас такая есть?
Тон шел в одиночестве впереди всех и притворялся глухим. Лана без видимых усилий сумела расположить к себе весь его экипаж, а ему стать дружелюбнее не позволяла гордость. Теперь меж двух огней оказывался он. Пусть теперь сам помучается.
А нас в недалеком будущем ждало новое приключение.
Глава 17. На границу
Вот уже сутки Эк собственноручно вел перехватчик к границе с территорией «синих». После случая с радарами автопилоту он доверять уже не мог. До Арктака, ярко сиявшего желтым по правому борту, оставалось часов шесть.
В рубке мы снова сидели втроем. Лана покинула нас сразу после старта и, как обычно, заперлась в своей каюте. Впрочем, если бы Эк вздумал так грубо распоряжаться мной, я бы тоже ушел. И, возможно, навсегда.
Нанося на карту счислимое место и занося показания в навигационный журнал, я периодически поглядывал на Тона. События последних дней начертили ему две параллельные складки между бровями. Он выглядел сосредоточенным и почти все время молчал.
Смотревший на все проще, Юом решил разрядить обстановку, пошутив про то, что капитан разрисовал свое лицо восклицательными знаками, посредством морзянки. Я, было, хмыкнул, поддержав веселье. Однако, не понимавший нынче юмора, Эк обвел нас тяжелым взглядом и предложил бортинженеру внимательнее следить за собственной пунктуацией. Тот, в свою очередь, надулся и замолчал.
Теперь в рубке висела гробовая тишина. Лететь на боевое задание, и без того малопонятное и тревожное, в такой обстановке стало крайне неуютно.
Я отвернулся к иллюминатору. Там чернела бархатная бездна. Вокруг сияли мириады звезд. И в другое время я бы нашел эту картину прекрасной и манящей за собой. Однако теперь, когда мой взгляд падал на нее, по душе поносился легкий холодок.
Еще пару дней назад я мечтал о чем-то впечатляющем и необычном. Теперь вселенная исполняла мои желания, а я оказался к этому совершенно не готов.
Лучшим способом погасить смутные сомнения было управление кораблем. Я предложил Эку отдохнуть от штурвала, сославшись на его усталый вид. Но он мою заботу безмолвно отверг.
Ну и ладно! Пришлось в очередной раз погрузиться в анализ курса.
Вчера вдруг оказалось, что навигационная обстановка около Арктака очень сложная, потому что саперы нафантазировали с минными полями. В причудливых проходах, оставленных там для наших войск, мои математические способности быстро забуксовали.
Поняв, что самостоятельно буду ковыряться неделю, я отправился к Киону — Главному Штурману Базы и попросил его помочь. Глянув на извилистые линии коридоров, Кион помянул саперов крепким словом, но делать было нечего: пришлось погрузиться в расчеты. До позднего вечера мы с ним прикидывали и так и эдак. Под конец я уже перестал что-либо соображать, но старательно вникал, ибо на месте помочь было бы некому.
К часу ночи минные поля капитулировали. Опорные ориентиры нашлись, путевые углы измерены и нанесены, а линии следования размечены. По мнению Киона, на все про все нам должно было хватить часа два. И я, наконец, смог перевести дух.
Сейчас взгляд в десятый раз скользил по зеленым линиям на карте. Вне всяких сомнений, бортовая система подаст звуковой сигнал перед точкой смены курса. Можно расслабиться и немного помечтать. Мысли потихоньку улизнули в каюту к Землянке.
Я почему-то представил, как она сидит одинокая и обиженная и грустно смотрит на звезды. Сердце горело и сжималось от желания оказаться рядом с ней. Когда я вспоминал ясный взгляд Ланы и адресованную мне улыбку, в голову ударяла звенящая волна. Мир начинал плыть перед глазами.
Некоторое время голову кружило, затем безудержно захотелось встать, и ноги сами понесли меня к каюте девушки. Я, было, уже занес руку над дверью, чтобы постучать, как в самый неподходящий момент волшебство развеялось, и навалилась куча сомнений. А что если она меня не ждет? Конечно, не ждет. И кто сказал, что я ей нравлюсь и она будет рада меня видеть?
Представилось разочарование на Ланином лице. Нет! Чувствовать себя дураком выше моих сил. Я этого не переживу! Моментально бросило в жар от стыда.
— Давай, стучи! — потребовал над ухом Юом.
Надо же, я даже не заметил, как он ко мне подкрался. Эта фраза одномоментно все и решила:
— Не буду! — взорвался я, как будто меня уже десять раз отвергли и повторять я не собирался.
— Зря! — ухмыльнулся мой друг, — Девушка скучает!
— Это тебе кажется! — отодвинув его, я вернулся в рубку.
Вот досада! Мне не удалось справиться с собственным страхом. Да еще на глазах у Юома. Как у него все так просто получается? Он начисто лишен самолюбия? Ему никогда не отказывали? Как же тошно! Пора закрывать для себя любовный вопрос. Первым делом космолеты!
Постаравшись вытряхнуть из головы вздор, я опять уперся в карту. В этот момент запищал сигнал о смене курса и взвинченные до предела нервы чуть не подбросили меня в кресле. Надо срочно брать себя в руки и заниматься делом!
Мой предательски дрожащий палец повел мигающую красным точку на карте на 30 градусов севернее.
— Скорость 30 космических узлов, крен 15 градусов, угол разворота — 30, линейное упреждение разворота — 2 а.е. — отчитался я нашему капитану.
Он кивнул и двинул рычаги управления. Перехватчик слегка наклонился на правый бок и пошел прямиком на желтую звезду Арктака.
— До коридора в минном поле — 17, 76 минуты — продолжал отстраненно докладывать я, убеждая себя в том, что в голове моей водятся только координаты, углы и скорости. И больше там ничему места нет!
Уже на самом входе в минное поле нас застукал пограничный патруль:
— «Седьмой», это — «Двенадцатый». Всем доброго здравия! — радостно приветствовал нас Айат, взводный Эка. — Наконец-то усиление. «Синие», будут атаковать? А то они нас своими провокациями уже измотали.
— Еще бы им не ерзать, — тихо сказал за моей спиной Юом, — когда к ним в лапы наше Знамя летит.
— На Базу совершено нападение, — ответил Эк, — приказ командующего я вам передаю. Нам важно знать, пересекал ли границу «Пятнадцатый» Разведчик. Это замаскированный «синий».
— Ничего себе?! — удивился Айат.
— У «Пятнадцатого» еще и наши карты, — вставил я, — и пароли.
— Нет, он через границу не пролетал. Мы бы его заметили, — ответил Айат. — Но будем иметь в виду. Задержим.
—
Будьте осторожны, это — ас. — предупредил «Двенадцатого» Тон. — Очень хитрый. Если попробует пролететь — сообщите немедленно нам. У нас приказ его задержать и доставить на Базу.
— Есть! — отозвался Айат, — Легких крыльев!
* * *
Преодолевая коридор в минном поле, я был вынужден отбросить все претензии к саперам и признать их мастерство. Так попрятать мины на открытом пространстве! Это выглядело магией! Их не видел глаз, хотя они торчали где-то рядом, метрах в двадцати от крыла. Их не замечали детекторы. Их незримое присутствие отчаянно щекотало нервы.
При мысли, что мы промахнемся и напоремся в кромешной тьме на смертоносный призрак, сердце учащенно билось. Я гнал дурацкие выдумки куда подальше, потому что все уже рассчитано. Все выверено. Кион — отличник. Он не мог ошибиться.
Два часа прошли в жутком напряжении, от которого сильно разболелась спина.
— Скорость 5, направление 60/12/6, крен 10, внутренние ворота пройдены! — сообщил я и обессилено откинулся на спинку кресла.
— Спать еще рано! — внезапно стал многоречивым Эк. — Надо искать Разведчика. В нашем распоряжении около часа, чтобы определиться с направлением.
— О чем думало наше командование! — возмутился Юом, — Здесь четыре планеты и туча астероидов! Как мы найдем маленький корабль?!
— Ну, если подумать, — язвительно отозвался Эк, — Первая планета слишком горяча, а последняя — газовый гигант с нестабильной атмосферой. Отпадают.
— А для стоянки на астероиде у "Пятнадцатого" слишком маленький запас воздуха, — догадался я.
— Я тоже так думаю, — согласился капитан. Начнем искать там, где есть атмосфера. Держим курс на Арктак-3.
И вновь мне пришлось погрузился в мир цифр, градусов и тангенсов. Благо, предусмотрительный Кион дополнительно снабдил меня простенькими программками для расчета величин. Из математического транса меня вывел Юом, громко сообщивший странную новость:
— Надо же, какая на Втором Арктаке высокая радиоактивность!
— Что? — одновременно переспросили мы с Эком.
— Радио активность! — повторил бортинженер.
— Не может быть! — засомневался Эк, — На полигоне нет источников радиации.
— Связь! — пытался втолковать нам Юом, — Активность связи!
— В смысле? — все еще не понимал Тон.
— Фонит, — вынув один наушник, показал на него наш связист — Там кто-то что-то сейчас передает. Но канал закодирован. Не разберу.
— Зафиксируй где, хотя бы приблизительно, — быстро распорядился Тон и обратился ко мне, — Веди на Арктак-2.
Глава 18. Второй Арктак
Cобственного имени у этой планеты не было. Только номер. На полигоне очень редкие планеты имели свои названия. Прозвища у небесных тел появлялись в связи с особенными событиями предыдущих Учений или, как вариант, с их полным отсутствием.