Елена Белильщикова – Попаданка. Мама для бастарда (страница 4)

– Здравствуйте! Вы не подскажете, где я могла бы продать платок? Мне его на ярмарке покупали, ручная работа! – я растянула перед собой пестрый платок.

Во второй я завернула все наши скромные пожитки, завязав узлом. Так себе сумочка, но чемоданов в это дремучее время еще не изобрели. Торговец еще и странно на меня посмотрел, а потом глянул себе за плечо. Ой. Похоже, в этом веке еще ты-кали всем и вся. Поздновато вспомнила.

– Так ясно, что ручная, а не ножная, – хохотнул глумливо торговец, покосившись на свои сапоги. – Странная ты, девка. Приехала деревенщина да тряпки свои подсунуть хочешь? Шла б ты отсюда со своим приплодом! Здесь своего добра навалом!

Я зло сощурилась. Не ценят здесь хенд-мейд! Я оглянулась по сторонам, но сына и след простыл!

– Драго… – испуганно выдохнула я.

В ту же секунду из одной из примыкающих улочек донесся пронзительный крик. Я бросилась туда, подобрав подол платья. Громила раза в три больше меня держал за руку Драго, едва не отрывая от земли. Второй же он уже был готов замахнуться, не замечая слез на глазах мальчишки.

– Ах ты щенок! Воровать у меня вздумал?! Ну, я тебе всыплю сейчас!

– Да ты сам эти пироги выбросить хотел! – обиженно выпалил Драго.

– Не выбросить, а собакам скормить! От них и то больше пользы, чем от тебя, бродяжки!

– Не трогай его! – закричала я, вцепляясь в этого гада, но он лишь голову повернул.

– О, так у тебя и мамка есть? Собой приторговываешь, поди? – сально усмехнулся он мне. – Может, и передо мной ножки-то раздвинешь, если жрать вам нечего?

Он с силой отбросил Драго в сторону, наступая на меня. На ходу потянувшись к поясу штанов… Эй, ничего, что здесь ребенок?! Только этого борова уже ничего не смущало! Мелкие глазки на круглой физиономии похотливо заблестели, а от того, как он напоказ облизнулся, меня чуть не стошнило.

– Да пошел ты! – зашипела я, замахиваясь пощечиной.

На щеке у этого скота расцвели царапины. А глаза загорелись, как у быка, увидевшего красную тряпку.

– Вот гадина! Ну все! – взревел неудавшийся насильник. – Попляшешь ты у меня! А щенка твоего страже отдам, пусть с ним, ворьем малолетним, разбирается!

С неожиданным для грузного тела проворством он ринулся к Драго, скрутив его и забросив к себе на плечо. Тот лишь заколотил кулачками ему по спине, закричав:

– Нет, нет, пусти-и! Я не хотел! Мама, помоги!

Раздался стук копыт. Я едва успела отскочить в сторону, чтобы меня не сшиб вороной конь. Только по лицу ударил легкий ветерок от взметнувшегося дорогого плаща. Следом подоспели и другие всадники. Правда, остановились в стороне. А их господин спрыгнул на землю, со свистом обнажая клинок. Я так и застыла, вжавшись спиной в стену, на меня никто не обращал внимания.

– Оставь ребенка.

Наш обидчик побледнел, как будто вот-вот свалится в обморок. Бросив Драго, он попятился, бормоча:

– Так я это… вор это! Не вели казнить, не со зла же я!

– Вон пошел, пес поганый, – презрительно бросил Теодор.

О да… Это был он. Не «мой» король. Меня захлестнуло такой волной воспоминаний, что сперло дыхание и поплыло перед глазами. Стоило только увидеть этого мужчину, высокого, поджарого, как дикий зверь. Темно-каштановые волосы лежали волной, а с профиля – хоть монеты чекань, такой уверенный и четкий. Карие глаза смотрели так темно и пронзительно, что недонасильник, забыв про всякое уважение к королю, попросту бросился наутек, как мальчишка. Теодор усмехнулся. Одним уголком губ, секундно, но боже, это была именно та улыбка, от которой девушки ложатся штабелями.

Мое сердце екнуло. Но не от неземной красоты Теодора! А от страха. Ведь Теодор повернулся к Драго, который упал на землю, когда его отшвырнули от греха подальше. У меня пересохло во рту. Ведь та проклятая метка… говорила о том, что Драго – сын короля!

Теодор подошел к нему, протягивая руку. Глаза потеплели, я удивилась, как так резко мог измениться взгляд. Еще секунду назад жалить клинком, а сейчас даже легкие морщинки собрались в уголках от тепла к ребенку.

– Да я же тебя только сегодня видел… Там, в лесу, – Теодор помог ему подняться и вдруг замер. – Постой-ка. Что это у тебя?

– Это… оно само появилось! Я ни при чем! – Драго дрожащей рукой отдернул рукав по самое запястье.

Теодор на секунду застыл. Его лицо помрачнело, словно он… тоже с первой секунды почувствовал, насколько Драго зашуганный. Теодор медленно, словно боясь спугнуть раненого зверька, протянул руку. Унизанные тяжелыми перстнями пальцы мягко зарылись в темные кудри.

– Ну, что ты, малыш? Я же не ругаю тебя. Покажешь? – мягко попросил Теодор.

Драго смотрел на него испуганно, глаза почти блестели. Но потом мальчик немного расслабился и медленно кивнул. Я в панике бросилась к нему, хватая за руку.

– Драго, пойдем отсюда! Нечего человека от важных дел отвлекать тем, как ты в краске с утра извозился!

Теодор повернулся ко мне. Я застыла, чувствуя себя под его взглядом бабочкой, которую с размаху пришпилили булавкой к листу бумаги.

– Дана? Неужели ты? – в шоке проговорил Теодор.

Он шагнул ко мне, жестом отмахиваясь от охраны. Они отъехали чуть подальше, чтобы не мешать.

Я занервничала. Не хватало выдать себя, что я попаданка! Значит, нужно сыграть роль Даны, с которой у Теодора был роман. И играть я решила ва-банк!

– Лицо мое помнишь? А я думала, у тебя по такой девке в каждой деревне было! – я дерзко вздернула подбородок.

– Что было, то прошло, Дана. Дело молодое, много глупостей натворили… – покачал головой Теодор. – Ты тоже в монахини не ушла от тоски по мне. Слышал, что замужем за Миладом. Так что не тебе меня судить.

– Ты прав. И вообще, мне все равно, хоть восемь раз женись! – я зло сощурилась на это «глупости». – Пойдем, Драго! Нам… домой нужно.

– К-куда? – удивленно уставился на меня Драго.

Черт. Не хватало еще проболтаться Теодору, что мы теперь бомжики. Ну, или бродяги, как говорили в Средневековье. Я протянула руку, и Драго поспешил ко мне, но Теодор мягко остановил его, коснувшись плеча.

– Погоди. Покажи, что на руке у тебя? Я тебе зла не сделаю.

Теодор присел на корточки. Щуплый Драго и до плеча ему не доставал. И видимо, великий и ужасный король не хотел давить взглядом с высоты своего роста. Теодор мягко улыбнулся, осторожно поднимая рукав простенькой рубашонки. Драго прикусил губу, словно боясь, что на него тут же набросятся с кулаками.

– Метка? Королевская метка? – прошептал Теодор, в шоке погладив золотистую метку, а потом резко встал на ноги. – Это мой сын, Дана? И ты скрыла это от меня?

Глава 4

– Это неважно, – пробормотала я, едва шевеля губами от страха. – Я ничего у тебя не требую.

Теодор покосился на Драго и взял меня за локоть, отводя в сторонку. У меня защемило сердце от такой чуткости к ребенку. Чтобы не слушал взрослые склоки, не пугать его.

– Не требуешь? Ты считаешь, что имеешь право что-то требовать? – Теодор прищурился, прожигая меня взглядом. – После того, как на столько лет скрыла от меня наследника? Да ты должна умолять меня, чтобы я в темницу за такое тебя не бросил!

– Что-о?! – я возмущенно высвободила руку.

– Возвращайся домой, Дана, – холодно процедил Теодор. – Но я не позволю, чтобы мой сын крутил коровам хвосты в деревне и жил впроголодь. Хватит того, чего он уже натерпелся в нужде. И с таким отцом, как Милад.

Теодор посмотрел на меня одновременно и зло, и разочарованно. Так, что любой почувствовал бы себя грязью под его королевскими сапогами. Вот гад!

– Ты не можешь отнять его силой, – от моего лица отлила кровь, сердце затрепетало от страха.

Теодор нехорошо усмехнулся.

– Уж прости, Милада жить во дворец не позову. Так что ступай к мужу. А наследника я заберу с собой, – он предостерегающе поднял руку, не слушая возражений, а потом резко повернулся в конец улицы. – Стража!

Стража явилась по первому слову Теодора. Все, как на подбор, были молодыми, тренированными. В черной одежде, облегающей сильные тела, они напоминали пантер. И коготки у них имелись: вооружены парни были до зубов. Я поежилась, вспомнив сцену на поляне.

– Проводите ее к мужу, – холодно скомандовал Теодор. – Да присмотрите, чтобы добралась в целости и сохранности.

Точнее, чтобы назад не вернулась. Вот, о чем говорил его нехороший прищур. А еще то, как Теодор покровительственно опустил ладонь на плечо Драго, без слов говоря, что мальчик останется с ним. Он закрутил головой, глядя поочередно на нас, ничего не понимая.

– А я? Меня тоже к папе вернут? Я не хочу, пожалуйста! – Драго схватился за руку Теодора. – Он мне неродной, он сам так говорит.

Драго не жаловался, не ябедничал, но по одному голосу было ясно, что он боится Милада до дрожи, до побледневшего личика. Теодор помрачнел, заметив это. Он мягко погладил Драго по руке.

– Я все расскажу тебе позже, во дворце, Драго. А твоей маме нужно вернуться домой. Пойдем со мной. Она не против и не будет ругаться, видишь?

Теодор кивнул страже. Они подошли ко мне с двух сторон. Я ощутила на своих локтях сильные мужские ладони. Еще секунда – и скрутили бы руки за спину. Но пока медлили. Видно, опасались пугать ребенка при короле и надеялись, что я пойду сама. Их пальцы сжались сильнее, с намеком, и я поняла, что игры кончились. Сейчас меня попросту оттащат прочь, а Теодор заберет Драго во дворец. Откуда мне знать, что мальчику там будет хорошо?! Вдруг над ним там будут издеваться, если не Теодор, то какие-нибудь няньки, наставники, мачеха, в конце концов! Я пойманной птицей рванулась вперед, едва не упав, так крепко меня держали.