Елена Бабинцева – Тень Лисы, След Волка. Нареченая дракона (страница 34)
Рюдзин. – Ты мог взяться за ум, Хикари. За сто лет реки могут менять
русла. Города могут исчезнуть и возникнуть снова. Ты же предпочёл
застыть во времени. Отохимэ и та поумнела. А ты?
Хикари затравленно поднял взгляд на отца. Сейчас он меньше всего походил
на грозного полубога. Трясётся, в глазах мольба. Даже не верилось, что
это был тот высокомерный змей, который ещё с полчаса назад хотел меня
убить.
– Отец, я хотел… я думал… внучка Хитори…
– Как и Хитори, дала тебе отпор, – усмехнулся Рюдзин. – Но в первый раз
ты отступился. Возможно, потому что и, правда, любил её. А в этот раз
ты задумал такую гнусность, что мне неприятно даже слышать твой голос,
сын.
– Отец! Я глубоко уважаю вас!
Хикари бухнулся на оба колена и упёрся лбом в землю.
– Уважаешь? – в спокойном голосе Рюдзина я чувствовала запах грозы и
ощущала, как маленькие молнии скачут по моему телу. Уверена, что все
присутствующие тоже это почувствовали.
Рюдзин повернулся ко мне и протянул в мою сторону руку. Я безропотно
вложила в неё ладонь. Дракон взглянул в мои глаза, и я задрожала всем
телом. Было странное ощущение, будто в меня заглянули.
– Я знал Хитори много лет назад… – вдруг сказал он. – Она
была… необычной.
– Почему все это говорят, – не выдержала я, но тут же прикусила язык.
Однако Рюдзин рассмеялся. – Простите.
– В тебе очень много от неё, дитя. Твой дар скоро проявит себя. Будь к
этому готова.
– Вы так говорите, будто мне стоит быть подальше от людей… – сощурилась
я.
– Когда Хитори получила свою силу, она пару недель не могла прикасаться
вообще ни к чему, потому что её прикосновения прожигали насквозь.
– Здорово… – вздохнула я. – Можно будет паяльником подработать…
Рюдзин снова улыбнулся и, сняв с себя своё кимоно, накинул мне его на
плечи.
Я чуть не задохнулась от той красоты, которая меня окутала. Казалось, я
нахожусь в облаке! Стало тепло и легко на душе. А все узоры на кимоно
были будто живые.
Рюдзин подобрал мою брошку и пристегнул её на ворот кимоно.
– Ты была очень смелой, дитя. Я принимаю твой храм под своё
покровительство. Отныне никто не тронет тебя или твоих хранителей. И
горе тому, кто осмелится нарушить это.
Я мельком посмотрела на Хикари. Стоит. Нахмурился, как воробушек. И
пыхтит. Недоволен происходящим. Рюдзин почувствовал перемену в моём
настроении и повернулся к сыну.
– Я видел всё. И знал всё. Ты думал, что через внучку Хитори сможешь
получить ещё один храм? Это не повысило бы твою божественность.
Хикари мрачно смотрел себе под ноги и не смел смотреть на отца. Рюдзин
подошёл к сыну, и тот снова упал перед ним на колени.
– Я приму любое ваше наказание, отец.
Рюдзин свёл седые брови над своими необычными глазами, и я почему-то не
на шутку испугалась.
Бог-дракон протянул в сторону сына ладонь, как бы ожидая.
– Отец… прошу…
– Ты не заслуживаешь и части моей силы в своих жилах, – мрачно проговорил
Рюдзин. – Встань и прими своё наказание, как и полагается полубогу.
В этот момент я поняла, что не хочу для него никакого наказания. Да, он
сволочь, что посмел тронуть Миюки, и только за это ему надо уши
оборвать, но…
– Отдай мне свои глаза.
Этот приказ прозвучал настолько зловеще, что всё моё нутро сжалось, как
от предчувствия удара. Богиня Отохимэ говорила, что глаза бога – как
семена силы. Они наделяют его могуществом и бессмертием. Чем старше бог,
тем сильнее становится. Тем труднее достать этот ценный артефакт.
– Я стану смертным…
– Ничего. Поживёшь как человек лет пятьдесят. Подумаешь, что и кому ты
хотел сделать.