Елена Артемова – Фантастика 2025-57 (страница 923)

Норр со своей дружиной все равно как-то слишком заметно задержался, только через час нашего нетерпеливого ожидания Терек с вершины небольшого холмика заметил появившиеся фигуры всадников из его дружины за деревьями распадка.

— Вижу их, — сообщает он мне мыслесвязью.

То ли ждали кого-то с подкреплением, то ли сам норр не оказался в этот момент вблизи Патринила, но мои воины уже давно заняли самые выгодные позиции в кустах на склонах за ручьем. Козлы отогнаны на сотню метров назад и даже правильно размещены между деревьями вместе с нашими лошадями.

Арбалеты заряжены у нас всех, но я приказал пока не стрелять до моего приказа.

«Придется все же стражникам продемонстрировать мою силу. Ничего, они и так про нее явно догадываются, особенно после того, как я у всех на глазах несколько раз брал под полное управление самого Шестого Слугу. Который в одну харю командовал гвардейцами Всеединого Бога и явно, что служил не рядовым командиром имперской армии. И еще на большом расстоянии из подземелья взял под свой контроль нашего стражника, которого даже заставил убить своего товарища. Так что все они уже понимают про меня, поэтому просто правильным образом выйду из полумрака и займу подобающее мне высокое место», — мысленно говорю себе.

Потом слышу от Терека сообщение по мыслесвязи, он позицию в пяти метрах от меня по правую руку занял:

— Они разведку пустили, вон двое пешком справа в кустах идут. Шумят по лесу, как настоящие кавалеристы, ха-ха, вот тебе и разведчики, мамашу ихнюю за ногу!

Этих я и сам чувствую, гораздо раньше Терека, но я именно чувствую, а он их уже разглядел за деревьями и кустами.

— Что делать будем? Еще минута, они перейдут ручей, на нас сразу же наткнутся, — спрашивает он.

— Да расстреляем их в шесть арбалетов. Как дойдут до ручья, так сразу стреляем, — решаю я.

Но неглупые дружинники норра, явно заботящиеся о своем здоровье, не стали пересекать ручей прямо по низине, где остались многочисленные следы копыт козлов и наших лошадей, а пошли в доброй полусотне метров справа, прикрываясь деревьями и кустами. Поэтому стреляем не все вместе, а только мы втроем, те засадники, кто стоит с этой стороны.

Разведчики норра показались на краю склона и подставились под наш залп всего-то с пятнадцати метров, так никого и не рассмотрев в своей разведке.

Но все равно каждому лазутчику достается по болту. Однако не убиваем никого сразу наповал, поэтому у бедолаг находится время вволю поорать про такую ужасную неприятность, сообщая своим, что они попали под арбалетный обстрел.

— Ах, твари! Подстрелили меня, гады! Из-за ручья какого-то стреляют! — перекрикивают друг друга в два голоса. — Больно то как! Твари! Ваша милость, убейте их! Прямо сейчас убейте!

Зато норр не стал долго размышлять и дальше проводить какую-то разведку, раз арбалеты разряжены уже, а отдал команду и его десяток резко рванул вперед на пока невидимых врагов, мы все слышим нарастающий топот копыт по камням распадка.

Хорошо, что он человек простых решений! И своего времени, где побеждают только самые решительные и смелые!

Главное, ввязаться в бой, а там уже как бог на душу положит! Или вывезет или нет!

Зарядить машинки снова успели только мы с Тереком, третий стражник ничего такого не успел на тугом имперском арбалете, так что пришлось нам стрелять по лошадям, устраивая такой общий завал как раз в русле ручья.

Отдал я сразу же такой громкий приказ голосом, впрочем, у нас заранее уговорено — в случае прямой конной атаки стрелять именно по лошадям.

Если противники оставят лошадей и пойдут цепью вдоль низины, то стрелять по своему выбору, выбивать врагов на расстоянии. Плохо, что двое моих оставшихся арбалетчиков к рубке между деревьями совсем плохо готовы, придется нам с Тереком применять нашу тайную силу, чтобы не потерять всех своих людей.

Болты, попавшие в грудь лошадям, скачущим самыми первыми, устроили завал прямо в самом ручье, еще одна лошадь влетела в него, так же завалившись набок со своим всадником, остальные воины успели натянуть поводья, чтобы остаться целыми и невредимыми.

— Ну вот и отлично получилось!

А уже потом я лично подключился со своей силой и начал добавлять по головам оставшимся в строю дружинникам норра. Они крутятся перед завалом на лошадях, дико орут и только бесполезно размахивают своими мечами и копьями, заметно растерявшиеся от потери командира и предводителя.

Сам норр плотно придавлен своей лошадью и тоже злобно надрывается, требуя от своих воинов освободить его первым делом.

«Конечно, все бросят и начнут тебя из-под коня вытаскивать! Не быстрое это дело! Подставят свои спины под второй залп!» — выдыхаю я с большим облегчением.

«Да уж, дураком ты оказался, милейший, попер конным строем на арбалеты в узком месте и нарвался на не слишком благородного противника, — усмехаюсь я про себя. — А с чего бы нам вообще оказаться такими благородными рыцарями? Должен был понимать, что мы те еще бесславные ублюдки! Что вполне можем ими оказаться и уже не станем жалеть никого и ничего! Не поставим правую щеку! После левой!»

Не понял еще норр, что больше ему некому помогать, еще двое воинов попали в завал вместе с ним, а оставшихся пятерых я уже сбиваю на землю по очереди ментальными ударами. Средней такой силы ударами, дурачками не станут, но придут в себя не скоро.

Если шеи не посворачивают при довольно жестком падении с коней, как с одним охотником недавно случилось, к моему большому сожалению.

'Все восемь здесь! — радуюсь было я, но тут же понимаю — что-то не так с численностью врагов.

С разведчиками всего десять получается, а вроде их изначально было больше?

Поэтому резво отскакиваю за дерево, почувствовав угрозу с той же правой стороны и тут же мимо меня проносится стрела, втыкаясь в дерево за мной.

Чутье вместе с ПОЗНАНИЕМ снова спасли мою жизнь даже без участия РЕГЕНЕРАЦИИ! Расслабился после такой быстрой победы, а норр достаточно хитро послал своих лучников пешком сбоку контролировать и выбивать врагов на расстоянии.

Я отвлекся на атакующих всадников и совсем не обратил внимания на все остальное вокруг. Серьезную ошибку допустил, что не контролирую всех доступных мне врагов своей ментальной силой.

Нахожу сознания двоих подкравшихся с той стороны лучников, до них метров тридцать всего, и каждому прикладываюсь самым жестким образом по голове. Эти теперь точно не очнутся, да и не нужно приходить в сознание уже ни им, ни нам.

Однако, как вижу отчетливо, все же опоздал с такими ударами, выскочивший посмотреть на подстреленного им дружинника наш молодой арбалетчик из крестьян получил одну стрелу в бок, вторую в плечо и теперь беспомощно лежит на земле, харкая кровью.

С такого расстояния кольчуга не помогла, хотя, наверно, и так били стрелами с бронебойными наконечниками! Видели же люди норра, что мои люди в хорошей броне из трактира выезжали! Должны были подготовиться определенно, уж несколько подходящих наконечников у лучников точно нашлось.

«Один всего из них остался, из тех крестьянских парней, которых я набрал в замковую дружину, — почему-то пришла такая мысль в голову. — Двоих воины горных баронов порубали, вот теперь и этот помирает. Недолго они в воинах почислились, оказалась слишком суровой военная жизнь к простым крестьянским парням».

— Терек, помоги парню! — крикнул своему помощнику, уже понимая, что тому не помочь никак.

Сразу же пошел вниз, добил и подстреленных разведчиков, распластавшихся на краю ручья, и обоих находящихся без сознания лучников. Собрал с каждого ману за прикрывающими меня кустами, слушая в стороне проклятия норра Вельтерила, неистово ругающегося на подлецов-преступников из-за такого подлого поступка, как трусливо расстреливать его лошадей.

— Ну, что ему еще остается, как не крыть нас по матушке?

— Все никак поверить в такое бесчестье не может! — усмехнулся я, получая ману уже с лучников. — Какой-то он все же непроходимый дурачок! И ведь уже не поумнеет!

Еще раненые, безнадежно поломавшиеся лошади истошно ржут, пора их уже освободить от такой участи.

Ну, для него пусть будет хоть самого подлого поступка, а по мне так вполне нормального, когда стоит вопрос о выживании моего отряда и выполнении важнейшей миссии для спасения всего ближайшего человечества.

Которое про такое дело ничего еще не знает и вообще совсем не просит его спасать, пребывая в сильных заблуждениях о главенствующей роли своего Всеединого Бога во всей огромной Империи.

Вскоре кто-то из наших успокоил придавленного норра ударом милосердия по голове и добил лошадей, а тут уже и я возвращаюсь, неся в руках копья, мечи и составные луки.

— Так, все добро сюда сносим и складываем, — показываю на более-менее пустое место в распадке.

— Много трофеев получится! — подходит ко мне Терек. — Значит, их все-таки двенадцать оказалось. Три лошади подстрелены, девять, значит, в трофеи пойдут. Здесь их пять и еще две пары от лучников и разведчиков где-то позади оставленные стоять должны.

— Что с Импусом? — спрашиваю я про крестьянского парня.

— Уже умер или умрет скоро, — довольно равнодушно отвечает наемник, не переживающий внешне никак.

Это не его воины, так что ему немного все равно, как и когда отойдет мой стрелок. Ценности для него он особой не имеет, как совсем слабый в воинском умении парень.