Елена Артемова – Фантастика 2025-57 (страница 36)
— Её голос способен вылечить даже самую тяжёлую болезнь. В принципе… — задумался Кощей, — Она может даже, практически, с того света вытянуть, — он ненадолго замолчал, что-то обдумывая, — Но тогда она должна отдать весь свой дар, расстаться с ним, понимаешь? — перевёл взгляд на меня, — На такие жертвы жар-птицы идут крайне редко.
Что ж, это понятно, без своего волшебного дара они становятся обычными птицами, ну только очень яркими. Какой от них толк?
Отдохнув немного, мы опять двинулись в путь. Но сколько бы мы не бродили по лесу, так и не отыскали Милу. Уже затемно мы вернулись в замок.
Первое время они шли молча, каждый не знал, как начать разговор. Ник боялся спросить, что произошло в домике Яги, а Василиса не спешила нарушать тишину. Ник не выдержал первым:
— Как полёт на драконе? — улыбнулся он.
— Страшно, — призналась Вася, — Высоко, ветер сильный. Если бы меня Илья не обнимал… — она вдруг осеклась, понимая, что это не самая лучшая тема.
— Крепко обнимал? — усмехнулся Ник.
— Угу… — плечи Василисы опустились, и она уставилась себе под ноги.
«Нет, это решительно никуда не годится! — разозлился мужчина, — Он что там себе позволил?»
Резко остановившись, Никита развернул за плечи Кикимору к себе и приподнял её подбородок двумя пальцами:
— Василиса, послушай, я так больше не могу. Ты вернулась совсем другая. Что-то произошло? Он тебя обидел?
— Нет. Скорее наоборот, — пробормотала Василиса, имея в виду, что своими словами причиняла боль Илье.
Но Ник воспринял это иначе. Робкая надежда оборвалась, как натянутая струна. «Наоборот», — насквозь пробило сердце, защемило в груди. «Наоборот, — теперь всё встало на свои места, — Я лишний». Он отстранился и продолжил путь, сухо обронив:
— Что ж, я рад.
Вася недоумённо уставилась на его удаляющуюся спину. «Какая муха его укусила? — нахмурилась девушка, пытаясь понять, что происходит, — Машка?» — память тут же подкинула картинку, как Ник бережно держит её на руках. Нет, она не сомневалась: ни одна из девчонок не станет крутить хвостом — усмехнулась каламбуру — перед тем, кто прочно поселился в сердце подруги. Но ведь Ник свободный мужчина, он волен сам проявлять симпатии и желания. Вот так, ещё ночь назад он обнимал её, а сегодня уже бережно держит на руках другую. «Получи, Вася, распишись. Засунь свои чувства поглубже и вперёд, Милу искать, — она проглотила ком, подступивший к горлу, — Не реветь! — дала себе мысленно оплеуху, — Собралась, улыбнулась и вперёд, мир спасать».
— Ник, подожди, — ей не удавалось его догнать, — Да погоди ты!
Ник злился. На себя, на Илью, на ситуацию. Но злиться на Василису не мог, как не старался. Он шагал по дороге, на миг упустив из виду, что девушка просто не успевает за ним. «Я идиот! — ругал он себя, — Веду себя как мальчишка. Что со мной? Неужели я… влюбился?» — от этой мысли он резко затормозил и услышал сзади:
— Ник, подожди. Да погоди ты! — Вася практически бежала за ним.
Глядя на её маленькую хрупкую фигуру, мужчине стало стыдно за своё поведение. «Дурак, какой я дурак! Моя Василиса, — защемило в груди, — Надеюсь, ты будешь счастлива».
— Прости, я задумался, — ему надо было как-то объяснить своё поведение, — Наверное, ты хотела пойти не со мной?
— Нет-нет, — излишне поспешно заверила его Василиса, — С тобой.
Она стояла в двух шагах, такая маленькая и беззащитная, теребя в руках подол своего платья. Нику захотелось её обнять, спрятать от всего мира, защитить. Но он не мог себе этого позволить. «Чужая, не моя. Не моя», — горько осознал он.
Весь день они бродили по землям кикимор. Везде Василису принимали за свою и гостеприимно распахивали двери, не забывая с чисто женским интересом посматривать на Ника. Все расспросы про Милу не дали результатов. Никто её не встречал и не слышал о появлении в лесу жар-птицы. С последними лучами солнца они вошли в замок Кощея.
— У тебя правда свой спортивный клуб? — глаза Кати загорелись от восторга, — И бокс там тоже есть?
Алекс кивнул:
— Конечно, всё как положено.
— Моя несбыточная мечта, — вздохнула Катя.
— Почему несбыточная?
— Потому что девушка, — Царевна подняла вверх указательный палец, копируя свою маму, — Должна быть нежной, уметь играть на пианино и печь пирожки. Поэтому музыкалка, танцы, кулинарный. И никакого бокса, — резюмировала она с сожалением.
У них с Алексом оказалось очень много общего помимо любви к боксу. С ним было так легко, что Катя не заметила за разговорами, как они дошли до села. Точнее, небольшой деревеньки, насчитывающей с десяток дворов. Выбрав дом на самом краю, Алекс громко постучал:
— Хозяюшка, есть кто дома?
Дверь со скрипом отворилась и на покосившееся крыльцо вышла старуха. Седые волосы растекались по плечам, морщинистое лицо недовольно поморщилось при виде парочки, стоящей у дома, и она недружелюбно поинтересовалась:
— Чего надо?
— Доброго денёчка, бабуля, — поприветствовал её Алекс, — Нам бы отдохнуть, устали мы. Издалека идём, пустишь? Может, и мы чем поможем.
Некоторое время старуха рассматривала их, словно размышляя, потом посторонилась:
— Ну проходи, коли так. От помощи не откажусь.
В избе было неуютно. Войдя, Катя, привыкшая к чистоте, брезгливо сморщила нос. Грязный пол, закопчённые стены, серое белье, валяющееся на полу бесформенной кучей, противный запах сырости и тухлой капусты буквально сбивал с ног. Что-то запищало в куче тряпья у печки, и высунулся крысиный хвост.
— Мамочки… — попятилась Катя, — Это ж надо такую помойку устроить.
Она тут же получила толчок в спину от вредной старухи:
— Ну, чего встала в дверях? Проходи, коль пришла.
От пинка девушка отлетела прямо в руки к Алексу, уткнулась носом в его грудь и, вдохнув приятный терпкий запах, зажмурилась от удовольствия. Почувствовав это, мужчина тихонько погладил по спине, успокаивая, и шепнул на ухо:
— Потерпи, нам надо разузнать, нет ли тут чего странного или подозрительного.
— Спасибо за доброту твою, — повернул голову к старухе Алекс, — Как мы сможем отблагодарить тебя?
— Дык, как же, милок, — заулыбалась старуха, — Воды натаскать, дров нарубить, а жена твоя пусть в избе приберёт.
Катя задохнулась от возмущения. За час отдыха?! Да тут неделю убирать! Она уже было открыла рот, чтобы высказать всё, что думает по этому поводу, и вдруг до неё дошло — жена. Она сказала — «твоя жена». И новая волна возмущения накатила с удвоенной силой. Она вывернулась из объятий и упёрла руки в бока, вдохнула побольше и…
— Показывай, где у тебя ведро, тряпки. Мы с удовольствием поможем, — опередил её Алекс.
Катя растерянно повернулась и уставилась на него. Он сейчас серьёзно?
— Ты спятил? — зашипела она, когда старуха ушла за ведром на улицу, — Да тут работы на неделю, не меньше.
— Не боИсь, Катюша, — Алекс примиряюще погладил её по плечу, — Я помогу, — и засучил рукава.
К вечеру изба блестела, в сенях плескалась полная кадушка воды, а печка радовала теплом. Алекс, справившись со своей частью, помог Кате намыть полы, отнёс к реке белье и полоскал его вместе с ней. Бабка только причитала:
— Ой, не мужское это дело — полы мыть, куда бельё схватил, пусть жинка твоя полощется, — в ответ мужчина лишь улыбался старухе, не забывая задавать вопросы.
Благодаря этому им удалось узнать интересную информацию. Поначалу бабка жаловалась на своего благоверного. Из сбивчивого рассказа Катя не очень поняла, к какой рыбе он ушёл. Утонул что ли? Или это она так соперницу называет? Что детей бог не послал. Что новый дом, который муж оставил, она продала и теперь живёт на эти деньги. Потому что работать она не умеет, не хочет, да и вообще… Что вообще — Катя не поняла. Сама она трудилась в это время как проклятая: драила пол, растирая песок по доскам, стоя на четвереньках. Но потом старуха стала сплетничать о соседях, поскольку деревенька была небольшая, то рассказ быстро перешёл на соседнее село. И вот там-то было, о чём послушать. Катя навострила уши: у кузнеца долгое время болел отец, все думали, помрёт скоро. Лекарь именитый лечил, но всё без толку, старик хирел день ото дня. А намедни на базаре шептаться стали, что он на поправку пошёл. Легче ему.
— А в доме у него перо жар-птицы нашли, — старуха так уверенно говорила, что Алекс и Катя ни разу не усомнились в её словах.
Закончив уборку, девушка опустилась на лавку без сил:
— Всё, бобик сдох, — выдохнула она.
Алекс присел рядом и приобнял её за плечи:
— Ты молодец, вон какая чистота получилась.
Изба и вправду преобразилась. Сквозь чистые окна падали последние солнечные лучи, освещая белоснежную скатерть на столе. В печке уютно плясал огонь. Пол был чист, а на подоконнике стоял небольшой букетик полевых цветов, который Алекс собрал по пути на речку.
— Ты тоже молодец, одна бы я не справилась, — похвалила Катя, — А ещё я есть хочу — умираю просто, — поделилась она.
— А что хозяюшка, ужин скоро? — поинтересовался Алекс у старухи, и та скорбно нахмурила брови:
— Так нет ничего, касатик. Как муж ушёл, так с хлеба на воду перебиваюсь, — прибеднялась она.
Алекс тут же предложил:
— А не сварить ли нам кашу. Из топора, — подмигнул он Кате.