Елена Артемова – Антисказка. Пойди туда, не знаю куда (страница 19)

— Мириться, — заёрзал на пятой точке он.

Я вопросительно приподняла бровь, намекая, что для примирения тащат букет, а не девицу в постель.

— А если правду?

— Лаадно, — сник мужчина, — Мать меня достала, сил никаких нет. Найди работу, помирись с Алёной. Ну я и пришёл.

— Понятно, — усмехнулась я про себя.

Даже его горячо обожающая сына мама не выдержала бездельника. Такое и правда можно только по большой любви дома терпеть. Глядя на него сейчас, я никак не могла поверить, что ещё полгода назад рыдала в подушку после его ухода.

— Тем не менее завтра я подаю на развод.

— Не дам! Слышишь? — тут же подскочил на кровати муж, — Развода не будет! Заруби себе на носу!

— Кхм, — послышалось от дверей деликатное покашливание, — Не помешаю?

Кощей. Очень, надо сказать, вовремя.

— Проходи, мы закончили.

Взбешённый Антон вылетел из спальни, гневно сверкая газами. Спорить с тем, кто одной левой способен превратить меня во вдову, он опасался, предпочитая выражать свои эмоции пыхтением и сопением.

— Знаешь, тут Хорт интересные вещи рассказывал, — имея в виду Зимний дворец, завёл разговор Кощей, — Я бы посмотрел, как у вас тут дворцы строят.

Он принялся рассказывать, что интересного насмотрел Серый. Я слушала вполуха, мысли были заняты совсем иным. Что, если завтра и правда Антон заартачится, без его согласия это может растянуться.

Вечер прошёл в кругу друзей, а ночевать разошлись, как обычно: мы к Сашке, а мужчины остались в моей квартире.

Провожая нас на ночлег, Яга шепнула мне на ухо:

— Не волнуйся, внученька, я за ними присмотрю.

За кем именно она собралась присматривать, я не стала уточнять, слишком устала за день. К обращению «внучка» я как-то за это время привыкла и уже не обращала на него внимания.

— Завтра всё пройдёт хорошо, — успокоила меня «бабушка», — Ты не волнуйся, ни к чему это.

Глава 17

Желающих развестись в этот день собралось немало: хвост очереди выглядывал из коридора на лестницу. Раздражённые, некогда счастливые пары, посматривали на нас с любопытством, как на вновь прибывших, да ещё и с группой поддержки.

— Мда, — окинул взором толпу мой пока ещё муж, — А может, в другой раз придём? — очень ему не нравилась мысль потерять весь день, стоя в душном коридоре. Да ещё по такому отвратительному поводу — развод, которого он не желал.

— Сейчас всё будет, — загадочно пообещала Яга.

Она лукаво подмигнула Кощею, что-то шепнула себе под нос и, сунув пальцы в рот, свистнула так, что у меня заложило уши. Парочки, ожидавшие своей очереди, как-то странно закрутили головой по сторонам, словно не понимали, где они находятся и что вообще тут забыли. А затем просто стали выходить на улицу, освобождая помещение. Из дверей высунулась нервная работница ЗАГСа неопределённого возраста в строгом тёмно-синем костюме, высоченным начёсом волос на макушке, в чёрных туфлях-лодочках на ногах и неожиданно писклявым голосом поинтересовалась:

— Кто тут хулиганит?

— Милая, ты что ль тут самая главная? — проигнорировав её вопрос, задала свой Яга, — Мне вот внучку развести надо, да замуж обратно поскорее выдать.

Работница ЗАГСа скептически осмотрела нашу интересную компанию через свои толстенные очки, сползшие на кончик носа. Дольше всех остановилась на Кощее, а потом кивнула в сторону кабинета:

— Заходите. Странно, — всмотрелась она в пустой коридор, — А куда все подевались? Народу было столькооо, — она развела в стороны свои руки, видимо, показывая фронт работ на сегодня.

— Передумали, наверное, — пожала старушка плечами, проходя мимо Антона.

Яга неразборчиво шепнула себе под нос странную фразу, видимо, обзывательскую, на что муж раскрыл рот, но ни одного слова произнести не смог. От злости его лицо покраснело, глаза метали молнии, но сделать он ничего не мог. Оставалось только недовольно сверкать глазами.

— Почему он молчит? — на ушко спросила я у Кощея, но он лишь загадочно переглянулся с Ягой.

Всё понятно, её рук дело. Удивительно, но при переходе в наш мир её способности не пропали и даже не уменьшились. В отличие от Кощея и Хорта она спокойно ими пользовалась. Не всегда, правда, в плюс, но сейчас я была ей благодарна за помощь. Всю дорогу Антон, не замолкая, кричал, что развода он не даст, что любимая жена нужна самому, и всё в таком духе. Кощей держался из последних сил, чтобы не прибить поганца, и вот сейчас мой муж словно воды в рот набрал и не произнёс ни единого слова. Хотя его покрасневшее лицо явно говорило о том, что ему по-прежнему есть что сказать.

— Вот бланки заявлений, заполняйте, — протянула нам хозяйка кабинета листы.

Я послушно взяла ручку в руки, а Антон демонстративно отодвинул от себя анкету вместе с письменными принадлежностями. Кощей усмехнулся и принялся сам заполнять за него документ.

— Можно нам сразу заявление на брак подавать? — тем временем поинтересовалась Яга у регистраторши, которая что-то щёлкала на компьютере.

— Ишь шустрая у вас бабуля, — усмехнулась женщина, — Через месяц разведутся и пусть женятся на здоровье.

— Как месяц? — оторвался от бумаг Кощей, — Разводи сейчас, чего ждать-то? Все согласны! — он ударил ладонями по столу, от чего все предметы, лежащие на нём, подпрыгнули, листы разлетелись по полу, а ручки раскатились по поверхности.

— Молодой человек! — угрожающе поднялась женщина со своего места, нависая над нами, — Что вы себе позволяете в МОЁМ кабинете! — очки опять сползли на кончик носа, брови сошлись у переносицы, а в глазах заискрился такой гнев праведный, что даже Кощей смутился

— Извините, погорячился, — вынужден был отступить тот, кого боялись все в Тридевятом, Тридесятом и во всех окрестных королевствах. А тут спасовал перед бюрократическими процедурами, — Просто мы очень спешим.

— Ну-ну, — усмехнулась она, поглядывая на мой живот.

Интересно, о чём она подумала, но Яга, тут же проследив за её взглядом, прошипела под нос:

— Всё видит. Ууу, кикимора.

И уже громче обратилась к ней:

— Как вы проницательны, уважаемая. Натворили дел, сами понимаете, а детишечкам-то отец нужен. Родненький, а не это недоразумение, — кивнула бабка на Антона, который с отрытым ртом пялился на мой живот.

— Детишечкам? — средним пальцем отправила очки на место регистраторша, — Двойня что ли?

— Почти. Тройня, — наступила мне бабка на ногу под столом, видя, что я собираюсь возразить. Кощей же сжал ручку так, что побелели костяшки пальцев.

«Интересно, почему он так нервничает. Может, даже мысль о детях его нервирует? Надо будет спросить», — сделала я себе заметку.

— Это другое дело, приносите справку из консультации. Сделаем в лучшем виде. Разведём, поженим и потом опять разведём, — хохотнула она своей шутке, но под тяжёлым взглядом жениха осеклась, — Простите, неудачно пошутила.

Тем временем мы заполнили заявления, требовалась только подпись Антона, но он не спешил ставить автограф и нервно крутил ручку в руке.

— Подписывай, касатик, подписывай, — елейным тоном пропела бабуля и, наклонившись к самому уху, шепнула, — А то ведь я не только заклинание немоты знаю…

Антон вздрогнул и широким росчерком пера обозначил своё согласие.

— Завтра вернёмся, милая, — пообещала бабуля на прощание.

Мы шагали мимо лимузинов, подвозивших всё новых и новых брачующихся, мимо невест в белоснежных платьях, взволнованных родственников в полном молчании.

— А, да, — щёлкнула пальцами перед носом мужа Яга, — Отомри.

— Ты, да ты, да я тебя, — тут же зашипел Антон недовольно, — Что ты творишь? Я тебя зачем привёз? Знал бы — там оставил! У, ведьма!

— Яга я, милай, — посмеивалась, ничуть его не опасаясь, старуха, — Или запамятовал?

— Яга, что ты там про деток болтала? — Кощей остановился посреди тротуара и уставился на старуху, — Это правда?

Я тоже напряглась. Неужели бабка не наврала, а действительно что-то видит?

— Нууу, — одними глазами старуха улыбалась, переводя хитрый взгляд с Кощея на меня, на мой живот и обратно на Кощея, — Кто ж такими вещами шутит? Ты что, сам-то не чуешь?

Мгновение — и меня подхватили сильные руки будущего мужа, закружили, прижимая к себе крепко-крепко!

— Я так рад, ты даже не представляешь! Как я мечтал о детях.

— Поставь на место, ирод! — недовольно ворчала бабка, — Ишь чего удумал!

Кощей нехотя опустил меня на землю, но из объятий не выпустил. До меня медленно-медленно доходил смысл произошедшего. Я. Беременна. Тройней. Капец. Нет, я, конечно, рада, но тройня?

— А ты уверена, что?.. — задумчиво стал что-то подсчитывать в голове Антон.

Он принялся лихорадочно вспоминать, сколько времени прошло после того, как он ушёл, хлопнув дверью.