Елена Арнольди – 50 правил Коко Шанель (страница 2)
Об Адриенне все же заботилась старшая сестра Альберта, забирая к себе на каникулы, а на летние брала и Габриэль за компанию. Чего не простила этой тетушке Габриэль, неизвестно, сама она немилосердно врала о детстве, утверждая, что ее взяли на воспитание богатые и вреднющие родственницы отца, воспитывали в строгости под ежеминутным наблюдением. Никакого своеволия, пригляд хуже монастырского.
Шанель категорически не желала, чтобы о ее прошлом стало хоть что-то известно, а потому сочиняла небылицы, надеясь, что этого достаточно. Но чем больше она лгала, тем въедливей журналисты раскапывали разные детали. Зачем Мадемуазель скрывать свое сиротство при живом отце и множестве родственников? Зачем придумывать богатых вредных теток? Зачем скрывать первые десятилетия своей жизни, прикладывая для этого неимоверные усилия?
Дело в том, что скрывать Шанель начала тогда, когда быть бедной и не иметь «приличных» предков считалось постыдным. Придуманная ею история не выдерживала никакой критики, но Габриэль поверила в легенду сама и продолжала ее повторять.
А идея об американском «успехе» отца родилась из… дешевых дамских романов.
Удивительно, но первые перышки на крыльях будущей Повелительницы Моды появились в доме у тетки, которая брала ее вместе с Адриенной на летние каникулы. Там на чердаке Габриэль обнаружила залежи аккуратно подшитых старых газет, где печатались дамские романы. В этих романах прекрасные принцы непременно спасали красавиц от каких-то опасностей и после женились. Причем все происходило не в Средние века, а опасности были вполне понятные, вроде гангстеров. Габриэль глотала романы один за другим, воображая себя современной Золушкой, и всерьез вознамерилась найти своего принца.
Некому было объяснить девочке, что в реальной жизни принцы никого не спасают, во-первых, потому, что нет необходимости, во-вторых, поскольку давно вымерли вслед за единорогами и розовыми пони.
Наверное, тетка пробовала побороть такую дурь в голове племянницы, потому и осталась в памяти Габриэль старой, противной занудой (ни старой, ни противной она не была).
Зато тетка научила Габриэль и Адриенну творить, создавая буквально из ничего изящные шляпки. Привить вкус к творчеству удалось даже за короткое время каникул…
А расправила крылья Шанель позже, когда уже выбралась из-под опеки тетки и монахинь, начав жить самостоятельно. Вместе с ней решилась на вольную жизнь и Адриенна. Из них двоих искательницей приключений и прекрасных принцев была только Габриэль, Адриенна просто следовала в фарватере.
Адриенна своего принца (пусть и не прекрасного вида) довольно быстро нашла, ее устроило быть гражданской супругой состоятельного человека. Каждому свое.
А вот Габриэль… Оказалось, что даже принц на белом коне недостаточен для столь беспокойной натуры, ей нужен полет, причем самостоятельный. Прекрасный принц по имени Артур Кейпел помог расправить крылья и стал настоящей любовью Шанель, но судьба за эти крылья потребовала жестокую плату – самого Кейпела.
И все-таки, если есть крылья, не смейте держать их сложенными. Жизнь в полете – это не ползанье по земле.
И растить крылья надо, растить, чтобы было что расправлять.
Правило 4: Девочек надо воспитывать принцессами, тогда им будет легче вырасти королевами
Именно так подходят к воспитанию своих малышек во многих странах. Разумно. Если девочку одевать в красивые (но обязательно удобные) платья, буквально наряжать, ей будет легче найти свой стиль позже. Нарядные белые передники дореволюционных гимназисток вовсе не были прихотью начальства. На белом переднике заметны любые пятна и дефекты, это приучало к аккуратности и воспитывало привычку следить за состоянием своей одежды постоянно, а не от случая к случаю. Даже самые «пацанистые» девочки гордятся своими бантами вкупе с оборками. Мамы, не пытайтесь дать им понять, что это обывательски пошло, лучше сшейте нечто этакое, чтобы всем захотелось повторить. Не приучайте своих девочек, что в одежде прежде всего удобство и способность не пачкаться.
Для прогулок во дворе можно и брючки или комбинезон, а вот на праздник непременно красивое платье, чтоб с оборочками как у принцессы. И попутно объяснить, как сочетаются между собой цвета, почему это красиво, а это нет. Не беспокойтесь, что малышки не поймут, достаточно того, что просто запомнят, позже память послушно извлечет то, что нужно. А еще и мамин пример девочке в помощь…
Шанель права – воспитывать королев надо с детства. Самой ей пришлось завоевывать корону с великим трудом.
Правило 5: Чем больше вы трусите или сомневаетесь, тем более уверенным, даже нахальным, должно быть ваше поведение. Помогает
Совет так себе, но иногда действительно работает.
Шанель испытала это на своей шкуре.
Когда повзрослевшую Адриенну родственники собрались выдать замуж за совсем не привлекавшего ее человека, Габриэль решила: пора бежать. Что две наивные мечтательницы и сделали – удрали из монастырской школы. Только куда? Тетка пришла в ужас и попыталась их вернуть, но в Обазине отказались принять беглянок, правда, определили их в другое заточение – при монастыре в Мулене. Еще два года красавицы постигали мастерство белошвеек в четырех стенах за наглухо закрытыми воротами. Хорошо хоть без окон в клеточку.
Но закончилось и это заточение. В монастыре могли жить только будущие послушницы, становиться каковыми сестры (Габриэль и Адриенна считали себя сестрами) не собирались. Их определили на работу в магазин дамского белья, где в том числе в мастерской перешивали и чинили одежду. Небольшая комнатка над магазином, строжайший присмотр со стороны опекунов и никаких перспектив. В восемнадцать лет это не лучший вариант.
Габриэль снова взбунтовалась и настояла на съеме отдельного жилья (пусть крошечная комнатка на окраине города, зато без присмотра). Они частенько просиживали ночи с иглами в руках, чтобы немного подработать, экономили на всем, а в выходной день позволял себе роскошь – чай с пирожными в местном кафе. И даже в «Ротонде» – кафешантане, где проводили вечера офицеры 10-го егерского полка, квартировавшего рядом с Муленом. Целый полк красавцев в ярко-красных шароварах, голубых венгерках, обвешанных золотым позументом, в заломленных набок огромных беретах… Это даже лучше благородных принцев-разбойников, которые могли сначала спасти красавицу, а потом на ней жениться.
Егеря спасти могли, а вот жениться… Даже сделать любовницей и содержать могли, но к алтарю повести нет. Родня не позволила бы. Гулять гуляй, но в семью не вводи.
Габриэль довольно быстро осознала бесперспективность погони за егерями, даже рожденного ребенка могли отобрать у матери, а ее саму легко выбросить обратно в нищенский мир. Что же делать – выйти замуж за кого-то попроще, наплодить детей и всю жизнь гнуть спину по ночам ради скромного заработка? Она решила иначе: если нельзя стать светской дамой (в ее тогдашнем понимании светскими были все дамы, которым не приходилось работать и экономить деньги), значит, надо стать актрисой! Вернее, певицей в той же «Ротонде».
Адриенна пришла от такой перспективы в ужас, это не чай с пирожными в кафе, а настоящее преступление против монастырских правил. Но Габриэль, как обычно, оказалась настойчивей. Красавицы отправились к хозяину «Ротонды» осчастливливать своим решением петь по вечерам. Хозяин видел всякое, но столь откровенный наезд едва ли. У Адриенны хоть внешность была интересная, а у Габриэль голос слабенький, фигура мальчишеская, умения флиртовать никакого… Но он ничем не рисковал, ведь платить не обязан, певички собирали деньги прямо в зале. Пусть попытаются пару вечеров, будут освистаны и сами откажутся от столь нелепой затеи.
Адриенна петь категорически отказалась, но согласилась пройти со шляпкой между столиков, собирая гонорар. У Габриэль в репертуаре были всего две песенки, в том числе о несчастном потерявшемся песике по имени Коко. Во второй вообще присутствовал петушиный крик.
Дебют удался. Приятели из 10-го егерского так горячо поддерживали подружку, что ее собственный голосок не был слышен за их гвалтом. И денег набросали достаточно. Владелец «Ротонды» пожал плечами и через неделю заключил договор с начинающей певицей, потребовав расширить репертуар и обновить гардероб.
Вот она слава! Каждый вечер егеря требовали «Коко» и рукоплескали Шанель.
А один из них – Этьен Бальсан – даже спонсировал очередной безумный (нахальный) поступок Шанель. Мадемуазель вознеслась в облака и решила, что захолустный Мулен для нее мал, нужно ехать в Виши, куда собирается публика побогаче. Бальсан честно предупредил Габриэль, что ее ждет провал, но та закусила удила.
Увы, в Виши нахальное поведение не сработало, там не было приятелей-егерей, заглушавших своими голосами слабенький голос Шанель. Ее просто никуда не приняли. Деньги, выделенные Бальсаном, быстро растаяли, пришлось вернуться в Мулен к Адриенне.
Но неприятности на этом не закончились. Ее спонсор объявил, что уходит в отставку и на полученное после смерти дяди наследство покупает небольшое имение, чтобы разводить там лошадей. У Коко имелся только один вопрос: «А я?!» Этьен был добрым малым, не обремененным строгой моралью и надзором множества тетушек и дядюшек, а потому спокойно предложил последовать в имение вместе с ним.