Елена Арматина – Каприсуэль. Во власти желания (страница 37)

Я пытливо всматривалась в ее лицо,  надеясь поймать хоть намек на то, что она что-то помнит. Но она смотрела на меня спокойно,  без  тени какого-либо беспокойства.

Очень противоречивые чувства закружили меня. Я не представляла себя без  воспоминаний о Лиаме. Кто знает,  может наша с ним встреча так и останется для меня самой дорогой и значимой. Вот так и для Алу. Не думаю,  что она хотела бы забыть своего мутанта.   Но вот хотела бы она помнить о той боли,  которую  причинил ей Дэмисон? Уверена,  что нет. И я глубоко вздохнула. Пусть будет так,  как есть сейчас. Ведь, скорее всего,  она больше никогда не встретит своего мутанта.

- Каприсуэль,  минута, -  напомнила мне Нола,  появившись возле приборов.

Я не знаю  ее истинных намерений,  но сейчас в ее глазах  светилось сочувствие.

- Мы скоро встретимся,  Алу, -  я низко склонилась над  сестрой,  глядя в ее закрывающиеся  поволокой глаза.

- Она ведь вспомнит меня,  когда проснется? – спросила я,  все еще всматриваясь в неподвижное лицо сестры.

- Конечно,  вспомнит.

В этой ситуации мне не оставалось ничего, кроме как поверить доку.

- Когда это произойдет,  Нола?

- Это ты о чем,  девочка?

Женщина уверенно прошла к выходу,  пригласив меня следовать за ней.

- Когда она проснется? И что будет дальше?

- Дальше? – Нола решительно шагала по коридору.-  Дальше будет большой взрыв. И все мы,  и мои девочки…

В этот момент она открыла следующие двери и мы вошли в тот самый зал,  где стояли полукругом саркофаги-барокамеры.

- … полетим к нашему новому дому.

- А нас там,  конечно же,  ждут, -  не то, чтобы я хотела поспорить.

Просто как-то вырвались эти слова. Но женщина отреагировала на них  очень своеобразно. Она резко остановилась и развернулась ко мне лицом.

- Никто нас там не ждет. И никто не знает,  что именно нас там ожидает. Но в спасательных  космолетах есть все для того,  чтобы построить новую  цивилизацию. Есть воины,  беспрекословно слушающиеся своих  хозяев, -  она кивнула в сторону неподвижно стоявшего стражника, - есть оружие,  медикаменты и оборудование. И у нас есть будущее.

Она опустила ладонь на мой живот. Зверь внутри меня тихо заворчал и еще плотнее свернулся вокруг моего плода.

- Ты же не думаешь,  что я спасла твое дитя из любви к тебе?

Она говорила тихо,  проникновенно,  пристально заглядывая своими яркими глазами прямо мне в душу. Но отчего-то мороз пробежался по коже. Я замерла в ожидании.

- Огги не могут дать живое потомство. Все их  дети погибли. Ни одно их дитя не выжило в лоне матери.

- Но…Дэниэл сказал,  что девушки спят летаргическим сном,  а их  беременность удалось сохранить.

- Бред. Это полный бред. Эти девушки были беременны. Но каждая из них потеряла своего ребенка. Когда это случилось с первой избранницей Дэниэла и Дэмиса,  они попросту приказали утилизировать девушку. Мысль,  что именно они виноваты в гибели плода,  они отметали. Такая же история произошла и со следующими двумя девушками. Среди них  была и твоя старшая сестра. Ты ее никогда не видела,  ведь она погибла раньше,  чем ты встала на ноги…

Жар ударил мне в голову,  когда я услышала эти страшные слова. В груди стало так тяжело,  что я не могла даже толком вздохнуть. Пытаясь сделать глоток воздуха,  я сорвала повязку, наложенную  на шею. Но Нола не останавливалась. Ее слова падали отравленным ядом на мою мечущуюся душу.

- Когда подросли мои дочери и пришел их  черед лечь в постель к Огго,  я не выдержала. И я,  именно я придумала всю эту ложь. Нет никакой беременности. Их лона пусты и абсолютно здоровы. Я позаботилась об этом. И нет никакого летаргического сна. Они спят под действием тех  самых  препаратов,  что я ввела и твоей сестре.

Не в силах  выдержать груз,  который взвалила на мои плечи эта женщина,  я упала на колени.

- Зачем вы мне это рассказываете? Меня вы тоже усыпите?

Она подхватила меня за  плечи и помогла встать на ноги. Обняв, не давая мне снова упасть,  она продолжала говорить.

- Ты необыкновенная,  Каприсуэль. Ты – носительница крови иридианцев. И отец твоего ребенка тоже. Я это проверила. Но кровь отца этого малыша – живая и горячая. Не то,  что слизь, текущая в жилах Огго. И внутри тебя совершенно здоровый и главное,  живой ребенок. Не дитя из  пробирки. А самый настоящий,  живой. Если бы я сказала о нем Оггам,  тебя бы уже не было в живых. Ты -  моя надежда,  понимаешь? Надежда на то,  что все мои поступки не были совершены напрасно. И все эти девушки, они мне уже родные,  понимаешь? Они мои дети. И у них  есть шанс. Жить. Именно они – наша с тобой надежда. Огги помогут нам достигнуть Ириды. А мы с тобой построим новую  империю.

- Это ужасно…

- Нет,  это наш единственный выход. Кто отец твоего ребенка,  Каприсуэль? Он нам нужен…

Мне было страшно. Впрочем,  все последнее время страх так и не  покидал меня. С каждым часом я узнавала все новые детали о том мире,  в котором я оказалась. И они вселяли в меня ужас. И эта ужасная женщина,  которая спасла меня и мое дитя,  и еще этих несчастных  девушек. Я должна была бы быть ей благодарна. Но она навевала на меня такой ужас,  с каким мог поспорить только Дэмисон Огго.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Что за уколы принимают Огги?

- Ах,  это. Ничего серьезного. Просто это помогает держать в узде их зверя.

- В них  живет зверь?

- Во всех  Иридианцах  живет зверь. Вернее, звериная сила. Вот только у Огго эти звери вырываются наружу,  покоряя их  человеческую сущность.

Я вдруг вспомнила,  что Нола так и не активировала мои браслеты. И мой зверь был очень этому рад. Как странно было думать о моем втором "я". Я его не боялась. И почему-то была уверена,  что он не станет меня сминать и превращать в "ничто". Я подружусь со своим зверем, когда он решит выбраться наружу.

Тихо зашипели разъезжающиеся в сторону двери. По залу прокатилось звонкое эхо,  обгоняя того,  кто к нам приближался.

Дэниэл Огго,  собственной персоной.

Глава 42. Дэниэл

Док,  готовьте ваших  подопечных  к погрузке. Даю  в ваше распоряжение восемь воинов.

- Сколько у меня времени,  командор?

- Пять часов. Времени не много,  но нужно успеть. Грузите их в четвертый звездолет. Туда же нужно упаковать и всю  вашу лабораторию. Не буду вас учить,  мы это уже не раз  обсуждали.

- Но,  Дэниэл,  пять часов - это очень мало. Мы не успеем.

Я переводила взгляд  с мужчины на женщину,  стараясь не упустить нить разговора. Нола выглядела очень взволнованной. А вот Дэниэл был слишком уж невозмутим.

- Даю двадцать воинов и пять часов времени. Думаю,  не стоит уточнять,  что вы и сами по окончании должны находиться в спасательном шлюпе.

- Подождите,  подождите…

Я видела,  что женщина металась,  явно пытаясь выторговать хоть какую-то отсрочку. Я была ей должна,  а долги,  как известно,  нужно отдавать.

- Дэниэл,  -  я покорно опустила голову и потупила глаза, -  я не очень хорошо себя чувствую. Док обещала еще раз  осмотреть меня утром.

Надеюсь,  я не сильно переигрываю. Да и по моим расчетам утро должно наступить часов эдак через семь-восемь. Посмотрев краем глаза на дока,  я поймала ее благодарной взгляд. Эй,  док! Держите себя в руках,  не то командор раскусит мою уловку. А чем это тогда закончится для нас еще не известно.

Я все еще смотрела на слегка подсвечивавшиеся панели под ногами,  когда почувствовала легкое прикосновение . Я подняла глаза на Дэниэла. Понять его эмоции было невозможно. Он стоял передо мной,  словно оживший памятник Аполлону.

- Док,  у тебя пять часов. Потом осмотришь Каприсуэль,  и вернешься к своим подопечным в спасательный шлюп.

- Но…

- Никаких "но", -  командор устало вздохнул, -  Пожар добрался до реакторов. Мы больше его не контролируем. Звездолет  может взорваться в любой момент.

Нола в ужасе прикрыла ладонью  рот и больше не стала спорить. Она поспешила по своим делам,  а я осталась один на один с Дэниэлом.

- Что теперь будет?

- Пусть тебя это не волнует. Пока ты рядом со мной,  все будет хорошо.

Громкое,  но совсем не успокаивающее заявление. Рядом и хорошо -  вряд ли это возможно. Как еще он отреагирует на мою  близость с другим мужчиной? Или Нола и об этом побеспокоилась?

Дэниэл протянул мне свою  руку. Дождавшись,  когда я вложу  свою ладонь в его,  не спеша пошел к выходу. Это он шел не спеша, а я же бежала за ним чуть ли не вприпрыжку. В конце концов, это ему надоело и он попросту снова подхватил меня на руки. Ну, я же не виновата,  что рядом с ним я чувствовала себя лилипуткой.

Створки двери в уже знакомую  мне спальню  тихо разъехались в стороны.  Комнату окутывал полумрак,  ненавязчиво светившиеся у самого пола огоньки отбрасывали на стены замысловатые тени. Все также мерцали за окном звезды,  след от кометы застыл неподвижным росчерком. Время остановилось. Лишь грохотало в груди сердце,  отсчитывая мгновения до неизбежности. Я давно смирилась со своей участью. Так почему же так хочется плакать?

Я и не заметила,  как схватилась за ворот его кителя обеими руками. Он же не обращал внимания на мой страх,  на мои судорожно сжатые кулачки. Попросту сбросил  меня на кровать,  опустив ровно в центр огромного ложа. Пока меня здесь не было,  кто-то заботливо перестелил простыни. Сейчас мой бордовых  халатик неприлично алел на холодных  синих  простынях.