Елена Арматина – Каприсуэль. Во власти желания (страница 24)

Между тем  из  второго пакета, брошенного на пол Лиамом, вскоре над нами образовалось нечто, напоминающее походную  палатку. Похожую  на ту, что я видела  в книге на картинке. Она светящимся пологом зашелестела над нами и спрятала все ржавое убожество, окружавшее нас.

Лиам застегнул вход в палатку на змейку, и мы оказались отрезанными от всего остального мира. Только после этого он склонился над  моим телом, осторожно провел пальцами по прикрытым векам, тронул  мертвенно-бледные губы, и положил руку мне на шею.  Не знаю, что он сделал дальше, вероятно, нажал на очередную только ему известную точку, и мой фантом  стремительно ринулся в тело. Ослепительная вспышка резанула мои глаза. Нестерпимо запекло в груди так, будто я все это время не дышала.

- Тш-ш-ш-ш, тихо, девочка. Не спеши. Твоя кровь сейчас сделает свое дело.

И он был прав. Боль постепенно утихала, дышать  становилось легче, ушло и головокружение. Наконец я почувствовала себя достаточно хорошо для того, чтобы открыть глаза.

Я открыла и утонула. Утонула в его глазах, смотревших на меня с такой нежностью, которой я даже от своих родителей не получала. Казалось,  что края его радужки потрескались, и сквозь эти трещины к зрачку стекали огненные ручейки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Он навис надо мной так, что я дышала его прерывистым дыханием. Его торс был обнажен и от него исходил такой жар, что мог бы и обжечь. Да вот только я тоже горела. Не в силах, и не желая остановить то, что сейчас должно было случиться. Мне было плевать. Плевать на женихов, встречи с которыми я боялась. Плевать на то, что, возможно, через каких-то несколько часов мы и вовсе можем погибнуть. Вот только на него я наплевать не могла. Он был  сейчас для меня тем самым важным, что, возможно, даст мне стимул попытаться жить дальше. Вопреки всему.

- Я хочу, чтобы ты знала. Если ты сейчас разденешься, я тебя не пощажу.

Разденусь? Сердечко пропустило удар и ухнуло вниз, выжигая все на своем пути и оставляя зияющую  пустоту.

- Я заполню собой каждую твою клеточку, - шептали его губы, а я, наконец,  смогла сделать вздох, - и потребую сделать то же для меня.

Он жег меня своим взглядом, подарив мне право сделать выбор.

Мгновение… Его взгляд темнеет от нетерпения. Кажется, он даже не дышит в ожидании моего вердикта.

Я осторожно подняла руку, тронула ямочку на его подбородке. Опустила и медленно опустила молнию вниз…

- Я хочу, чтобы ты заполнил меня собой.

Закрыла глаза. И мир замер…

Глава 29. Не отдам

Это мгновение длилось целую бесконечность. Я сдалась ему, и не ждала пощады. Но что-то говорило мне, что я не пожалею о своем решении. Но… что же он так медлит?

Я не услышала ни шороха, не заметила ни движения, но он нависал надо мной уже совершенно голый. Ослепительно голый. Сердце зашлось в такой дикой пляске, что кровь молотом стучала в ушах,  а полумрак, казалось, отступил. Я все видела будто в каком-то сиреневом тумане. Каждая складка ткани палатки, контуры и выступы его тела подсвечивались неоновыми всполохами. Я подняла ладонь , все еще спрятанную  в рукаве и положила ее на щеку моему Лиаму. Моему… Это слово стало плавить меня изнутри. Я выгибалась навстречу его рукам, стаскивавшим с меня вспоротый его же когтем  комбез.

- Какая же ты красивая, моя лиловая девочка…

Какая странная ласка.

Я зажмурила глаза и подалась губами вперед,  вымаливая у него поцелуй. Легко коснувшись меня губами, вдруг опустил на них  свой палец.

- Разожми зубы, - велел он мне звенящим от напряжения голосом.

А стоило мне подчиниться, как во рту, между зубами, оказался его палец.

- Будет больно, кусай. И прости, я больше не могу сдерживаться.

Будет больно,  я знаю. И почему же я этого не боюсь? Почему же я так жажду этого? Я смотрела в его глаза,  а сама ласкала его палец языком. Исследовала каждую  клеточку, помогая себе губами. И эта странная, невинная ласка так на него подействовала, что на какое-то время он застыл в немом ступоре. И только глаза выдавали, что он еще жив. Что он меняется просто на моих глазах. Но меня это не пугало. Я уже видела его таким. Черты все еще очень напоминали Лиама. Но были более крупными, резкими, угловатыми. Моя ладонь, покоившаяся на его бледнеющей коже,  отливала, действительно, лиловым цветом. Я  такое же чудовище, как и он. Как и все те, кто еще жил  внутри умирающего космолета.

Черный цвет его глаз пульсировал, переливался разноцветными всполохами и менялся каждый миг. До тех пор, пока не уставился на меня нереальными змеиными глазами. Они завораживали. Серые, с черными и золотыми прожилками, будто стекавшими ручьями к зрачку.

В тело снизу словно  ударило молнией, когда самой моей сердцевины коснулся горячий, пульсирующий жезл.

- Будет…Больно… Кусай, - хрипел он мне и раздвигая складочки, медленно двинулся вперед.

И только когда достиг тонкой преграды, остановился, отступил и ринулся вперед, вышибая мне от боли мозги и выбивая из легких воздух.

Солоноватая кровь на языке била адреналином в голову, заставляя меня подаваться ему навстречу. Будто эта боль должна отступить, когда он прошьет меня насквозь.

Лишь дойдя до упора, он остановился, давая мне возможность прийти в себя. Его пульсирующий в моем лоне член тянул на себя мою боль, растворяя ее и оставляя после нее лишь тянущее послевкусье и ожидание чего-то большего.

Я подняла вверх бедра и толкнулась в него. Зубы разомкнулись, позволяя моему языку зализать укус на пальце, сделанный моими же клыками.

- Дикая моя, - выгнулись в усмешке его губы. Он был рад. Я читала сейчас его мысли так же, как и он мои. Рад, что не убил. Рад, что не раздавил и не напугал.

Лиам осторожно вышел из меня, лишь горячая головка все еще жгла меня своим жаром. Я вскрикнула, вцепляясь в его плечи, и сразу задохнулась от той силы,   с которой он ворвался в меня. Я превращалась в зверя, впиваясь в его плечи когтями. И в то же самое время почувствовала его когти на моих бедрах.

Я двигалась под ним, осторожно насаживаясь на его пульсирующее орудие. Боль только подстегивала, толкая к бездне, обещая что-то запредельное. То,  что мог дать только он. И только мне.

-  Каприссссс, - выдохнул  мне в лицо,  а в следующее мгновение резко перевернул меня на живот, наваливаясь сверху  и ощутимо впиваясь зубами в шею.

Я вскрикнула, дернувшись. Но он не ослабил ни укус, ни хватку. Кожа у позвоночника вспыхнула, пуская вдоль него неприличную волну возбуждения.

Он брал меня со зверской, сумасшедшей жаждой.  И ему невозможно было не отвечать.

Я легла грудью на обжигающий холодом пол, порочно выставив вверх  свою попу. Он входил снова и снова, покрывая спину обжигающими укусами. И с каждым укусом я вздрагивала с диким, животным удовольствием. Хлесткие удары кожи о кожу заставляли нас рычать и вырывали из груди хриплое  дыхание. Будоражащий запах нашего с ним возбуждением вязкими волнами омывал наши тела.

На шее вновь сомкнулись его заострившиеся зубы, прижимая к земле и не давая возможности ни дернуться, ни пискнуть. Я чувствовала, как яд его слюны, проникая в кровь, смешивается с моим возбуждением и зажигает внутри,  в самой  моей сердцевине настоящий вулкан. Пальцы его накрыли лоно, еле касаясь, прошлись по возбужденной плоти. И он взорвался, выплеснув в жерло моего вулкана свой огонь.

Я опустошенно распласталась на полу. Лиам осыпал  мое тело осторожными поцелуями,  зализывал шершавым языком царапины и укусы.

- Лиам, не отдавай меня им, - не открывая глаз, прошептала я.

- Как же я смогу?  Никому не отдам…

Глава 30. Бездна

Поспать  мы смогли всего несколько часов.

- Капризу-у-у-уля, -  протяжно позвав, разбудил меня Лиам.

Мы все еще были обнаженными. Моя попа уютно устроилась в ложбинке между его животом и ногами, вместо подушки была его рука. Вторая же осторожно оглаживала мой живот. Почему-то особенно ему понравился мой пупок. Он все водил и водил вокруг него пальцем, посылая по уставшим нервам  терпкие импульсы.

Я повернула к нему голову и сразу натолкнулась на его задумчивый взгляд. Вроде бы он смотрел на меня, и все же был где-то далеко. Почему-то вдруг стало так обидно и горько, будто он не сдержал  так и не данного мне обещания. Я смотрела в эти отрешенные, смотрящие вдаль глаза, и вдруг поняла, что те слова, что он шептал мне совсем недавно, вряд ли будет исполнять. Кто я для него? Всего лишь красивое тело,  с помощью которого он рассчитывает спасти свою жизнь.

 Мне захотелось вдруг ударить его. Я недовольно заворочалась. Наконец-то на  меня обратили внимание. Он взял меня за шею, не пощадив новую рану, оставленную его зубами,  и притянул к себе.

Мягким поцелуем прижался к моим губам.

- Верь мне, Капризуля. И ты выживешь.

Всего-то? Так хотелось ему поверить. А что мне оставалось делать? Я улыбнулась, кивнула и отвела глаза. А в глубине  точил душу червячок сомнения. Всего лишь выживу?

Он лично обтер меня полотенцами. Достал из своего рюкзака пакетик с новым комбезом. Надо же, какой запасливый. Интересно, сколько там еще таких  пакетиков? Или он рассчитывал лишь на один раз? Стоило разорвать упаковку, и ее содержимое стало увеличиваться в размерах. Вскоре мое тело туго обнимал точно такой же комбинезон, как и тот, ошметки которого он спихнул ногой в угол.