Елена Архипова – Одна ошибка до счастья (страница 2)

С мужем они в прошлом году отметили серебряный юбилей свадьбы, как и 25-тилетие детей. Дети, Олег, старший, на целых 10 минут старший, и Ольга младшая, разъехались сразу после окончания школы, друг за другом, как и родились.

Сын, хоть и жил с ними в одном городе, но в гости приезжал редко, а вот звонил матери часто, каждый день. У него свои дела, свои заботы, Катерина это понимала и не обижалась на сына, что не приезжает. Но ведь звонит же! Каждый день звонит! Он, так же как и отец, занимается своим бизнесом. Они с отцом хоть и снимают один офис на двоих, но каждый занимается своим бизнесом. Катерина в хитросплетениях деловых пересечений мужа и сына не разбиралась. Да они очень-то и не рассказывали о работе. На её вопрос:

– Как дела на работе?

Муж выдавал дежурное: "Работаем". Сын был более разговорчив, но и он отшучивался:

– Мам, да не забивай ты свою прекрасную голову мужскими проблемами! Олег был её любимцем, её первенцем, он и был точной её копией.

– Ваша порода! – усмехался всегда муж, – куда нам, крепостным, до вас, дворян. Но кровь мы вашу, голубую, разбавили и, то хорошо!

– Да, наша, – улыбалась Катерина, и добавляла:

– Но склад характера у него твой.

– Да уж! – ворчал муж, – хоть что-то у него от меня, кроме полового признака! Зато Олька – моя! – отец называл дочь именно так, через "К" в её имени. Считая, что так звучит менее пафосно.

Дочь жила во Франции. Она, так же как и Катерина, стала переводчиком. Устроилась в туристическое агентство и возила туристов из родной страны по Франции. И да, дочь пошла в отца и его родню. Ей, в отличие от самой Катерины, чтобы держать стройность фигуры, приходилось много двигаться.

– Мам, ну вот хорошо тебе: лишние килограммы к тебе не липнут! А мне же достаточно только посмотреть на этот несчастный круассан – и сразу 500 грамм плюсом к моему весу прилетает! – сокрушалась дочь.

– Зато у тебя нормальный размер ноги для женщины, а не мой сорок последний! – успокаивала Катерина дочь с улыбкой, – да и округлость форм для женщины только аппетитности ей в глазах мужчин придает.

– Мне бы твои проблемы, мам! – сокрушалась дочь, – а ты знаешь, что женщина, которая после сорока лет ест и не толстеет – однозначно ведьма!

– Ольга, как тебе не стыдно! – вступался за Катерину сын, – мама у нас красавица! А ты, раз уж от одного взгляда на круассан толстеешь, то не смотри на них! Смотри лучше на фрукты – полезнее будет и для здоровья, и для фигуры!

Катерина занималась переводами на дому. Ходить в офис ей не было смысла. Слава всесильному интернету! Заказы приходили на электронную почту, готовые переводы она отправляла так же, а с начальством она общалась по видеосвязи. Вот и получалось, что целыми днями Катерина была в квартире одна. В такой работе были и свои плюсы, и свои минусы. Из плюсов – было то, что не надо было ходить в офис, сидеть в одном помещении ещё с кем-то, выслушивать чужие новости и делать вид, что её чья-то чужая жизнь интересует. Сплетни Катерина терпеть не могла. Ни слушать, ни, уж тем более, пересказывать! А из минусов вот как раз и была её больная спина.

С Игорем они поженились, по нынешним меркам, рано, сразу после окончания Катериной университета. В школу она пошла в 6 лет, а потому по окончанию университета ей был всего 21 год, Игорю 25.

Ухаживал Игорь за ней не долго, покорив её сердце необычным подарком. Казалось бы – это была обычная кованая статуэтка. Обычная, да не совсем! Юноша, стоящий на одном колене и держащий в руках розу из стекла. Необычное сочетание стекла и металла завораживало и притягивало взгляд.

– Этим ты меня и подкупил! – смеялась Катерина каждый раз, протирая статуэтку от пыли.

Жили Катерина и Игорь дружно, любили друг друга, не ругались, да и некогда им особо было ругаться. Квартира им досталась от бабушки Катерины, пусть двушка, но зато в старом фонде и ведь не съемная, своя. Когда родились дети, совсем стало некогда ругаться, просто не до этого! Там бы выспаться успеть, когда уж было ругаться?

Олег рос спокойным ребёнком, покладистым, а вот Ольга всегда была беспокойной и подвижной. Так же у неё и зубы резались, и разные детские болячки протекали: всегда по самому максимально сложному сценарию, в отличие от Олега, который, если и болел, то всегда легко и недолго.

– Отстрелялись сразу и успокоились! – шутили они всегда с Игорем.

Катерина, раз уж сидела дома с детьми, взвалила тогда весь быт на свои плечи. Как тогда взвалила, так до сих пор и несла, полностью освободив от домашних дел мужа.

Хотя Игорь у неё молодец: без работы никогда не сидел. Не боялся начинать с нуля свое дело. И ведь два раза начинал и поднимался, а она, Катерина, обеспечивала ему крепкий тыл и домашний уют. Ну, а то, что он слов красивых жене не говорил и подарками её не заваливал, так не это же главное в жизни, правда?

Справедливости ради, надо сказать, что цветы муж дарил исправно на все праздники, сам, без напоминания. С подарками дело обстояло хуже, их муж выбирать не умел от слова совсем, предпочитая спрашивать у самой Катерины, что она хочет получить в подарок, а уж потом шел и покупал, то, что она ему сказала с четким указанием цвета, размера и формы. А в последнее время, и модели, например, новомодной техники для кухни. Главное, что деньги в семью приносит и обеспечивает всем, пусть даже и в виде подарков для кухни. По итогу-то ведь это Катерина получает удобство и облегчение в быту.

Через несколько лет они с Игорем обменяли ту квартиру её бабушки на лучшую, более просторную, потом вот и совсем новую квартиру они купили. Хоть бабушка почему-то в завещании и указала отдельным пунктом, ту квартиру не продавать и не сдавать. Но бабушки уже много лет не было в живых и Игорь, махнув рукой и бросив:

– Чудачества это всё ваши, белогвардейские! – даже не вникая, что это была квартира маминой мамы, а совсем не той, “голубых кровей”, как Игорь называл маму отца, – но две квартиры нам не потянуть! – и нашел хороший обмен.

Дети росли, болели, чудили, не так чтобы вот очень чудили, но как все нормальные дети. В школу родителей из-за чудачеств детей специально не вызывали. На родительском собрании, разве что, сделают замечание на неусидчивый характер сына или дочери, и всё.

– Ну, так на то он и парень, чтоб иметь неусидчивый характер! – ворчал всегда Игорь, выслушивая очередные замечания в адрес сына на школьном собрании, – я бы больше расстроился, если бы мой сын начал с девочками на переменке в куклы играть!

– Попрошу без намёков! – заводилась каждый раз на эти слова одна из мамаш, – мой сын будет великим дизайнером одежды! И в куклы, как Вы изволили заметить, он не просто так играет! Он придумывает новые модели платьев.

– Игорь, ну вот зачем ты её каждый раз дразнишь! – отчитывала Катерина мужа по дороге домой, – она одна его воспитывает, и что плохого в том, что парень шить умеет? Это наш с машинками играет, а её сын с тряпочками и швейной машинкой. И потом, может, он действительно станет известным модельером одежды.

– Ага, со всеми вытекающими предпочтениями и отклонениями! – соглашался муж, оставаясь при своем мнении.

– Не хочешь выслушивать жалобы на сына – отдай его в спортивную секцию! Он, кстати, хочет плаванием заниматься или с парашютом прыгать.

– Ну, наконец-то! А то уж я думал, что мы сына мазурке будем учить фехтованию, верховой езде и стихоплетству! – хмыкнул муж и записал сына в бассейн.

Глава 3

– Спасибо. Очень вкусно! Очень люблю твою солянку.

Это было что-то новое из разряда “давно забытое старое”: муж сам, без вопросов похвалил. Катерина удивилась, но вида не подала, было, конечно, приятно, что муж сам похвалил, но всё-таки это было странно. За столько лет совместной жизни она уже выучила мужа, а потому знала, что за этим последует. Наверняка муж скажет, что ему надо уехать. Но вслух она спросила:

– Кофе сделать?

– Да, давай, – согласился Игорь и, помолчав, добавил:

– Кать, мне надо в соседний район съездить.

Катерина стояла к мужу спиной, а потому он не видел её усмешки: "Как я и думала".

– В чем проблема, Игорюша? – спокойно спросила она, – надо, значит, поезжай.

– Я на три дня уеду. Поеду сегодня, в ночь. Не хочется терять завтрашний день в дороге. День, ну, максимум два, там, на месте, и время на дорогу обратно. Ты ведь тут справишься одна? – продолжал убеждать Катерину муж.

"Да что с ним такое? Не в первый раз же уезжает. Да и я не беспомощная барышня" – удивилась опять она. Она уже давно привыкла к таким внезапным командировкам мужа. Бизнес требовал, она и смирилась.

– Хорошо, конечно. Надо, значит, надо. Какие вещи тебе с собой положить? Костюм, рубашка, галстук? Или у вас там встреча на высшем уровне, но без галстуков? – попыталась она пошутить.

– Быстро ты мужа из дома выпроваживаешь! – выдал вдруг Игорь, – и сама, что ли, собралась куда-то? Ногти вон на ногах красным накрасила.

– Что? – Катерина рассмеялась, – Игорюша, что происходит? Я не могу просто так, для себя, накрасить ногти на ногах?

Да, она накрасила ярко-красным лаком ногти на ногах, но ведь именно Игорю всегда нравилось, что она красит именно таким цветом. Он, правда, всегда шутил на тему размера ноги жены, говоря, хорошо, мол, что у тебя ногти накрашены, сразу видно, чья нога из-под одеяла торчит – твоя или моя. Да, у мужа тоже был 42-й размер ноги, хоть он и был выше жены на полголовы. Вот такая ирония!