Елена Архипова – Неожиданные повороты или не любовь (страница 2)

– Ну и отлично. Ладно, рад был увидеться.

– А уж я то как! – усмехнулась Лера и собралась возвращаться домой.

Увидев, что Пал Палыч машет ей в окно, приглашая ее войти, Лера вздохнула, поняв, что пробежка явно на сегодня отменяется.

– Ладно, схожу сегодня в бассейн, – решила Лера, заходя в подъезд и поднимаясь на первый этаж к квартире Пал Палыча, который уже ждал ее в дверях.

– Доброе утро, Лера, заходите, – он распахнул дверь, приглашая ее войти.

Пал Палыч жил один, что было странно, потому что мужчина он был видный. Всегда подтянут, одет с иголочки, очки в тонкой оправе, седая аккуратная бородка и такой же седой ежик на голове. На вид ему было около шестидесяти, сколько было на самом, деле никто не знал.

– Доброе утро, Павел Павлович.

Услышав свое полное имя и отчество, он рассмеялся:

– Лера! Вы третья, кто меня полным именем величает.

– Да? А кто первые два? – улыбнулась Лера – хотя, что-то мне подсказывает, что я знаю, кто именно.

– Так Ваша же матушка, и Марина Аркадьевна из соседнего подъезда. Подтвердил я Вашу догадку? – Лера, рассмеявшись, кивнула – Лера, Вы завтракали? Составьте компанию старику, тем более, нам есть о чем поговорить, – он по-прежнему улыбался, но вот тон уже был другим.

Скрывать ей было нечего, поэтому Лера разулась, прошла на кухню и села на один из стульев. Вкусно пахло кофе, сырниками и корицей.

– Сырники с чем предпочитаете? – поняв, что от завтрака она не откажется, задал вопрос Пал Палыч.

– Ох, умеете Вы уговорить! Со сметаной, – улыбнулась Лера – Павел Павлович, неужели кофе с корицей пьете?

– Да. А почему Вас это удивляет?

– Служили в Чехии? – догадалась Лера.

– Да, было дело, – усмехнулся он – что, кофе с корицей меня выдал?

– Есть такое дело, – рассмеялась она, – так о чем Вы хотели поговорить, Павел Павлович?

– Лера, расскажите мне, старику, как все случилось сегодня?

– Ну, особо и нечего рассказывать, – Лера вздохнула и пересказала, как собиралась на пробежку, спускалась по лестнице и услышала странный хрип. Что-то, скорей всего ее левая пятка, подсказывало, что информацию о каком-то Вороне Пал Палычу знать не обязательно.

– А когда Вы к нему нагнулись, он ничего Вам не говорил? – вопрос, как будто бы, напрашивался сам собой и задан был между делом. Пал Палыч доставал сметану из холодильника, и Лера не видела его лица. Но зато она видела, что, задав этот вопрос, он замер, ожидая ее ответа. Ответить она не успела. В этот момент раздался звонок в дверь.

– Полиция, – констатировал хозяин квартиры и пошел открывать. Действительно, это был Лешка. Пал Палыч пригласил его пройти на кухню, предложив и ему сырников.

– Лера, а ты здесь что делаешь? – увидев ее удивился он.

– Это я Леру пригласил, не ругайтесь, господин следователь. Все равно же мне потом весь дом будет вопросы задавать, – извинился Пал Палыч, – а я и не знаю, что людям говорить. Так что, Вы ешьте, молодой человек, а я буду на Ваши вопросы отвечать.

– Ну, Вы даете, – хмыкнул Лешка. Тогда давайте со стандартных, как всегда. Имя, фамилия, адрес.

Лешка запихнул сырник целиком и, пережевывая, записывал.

"Да уж, военные точно бывшими не бывают" – усмехнулась Лера, услышав, как сосед четко отвечает на вопросы.

– А, кстати, Павел Павлович, я даже не рассмотрела его. Лампочка же не горела. Он у нас в подъезде живет? – Лера явно продолжила начатый разговор.

– Да в том то все и дело, что да. Вот как раз на втором этаже, в квартире надо мной, – Пал Палыч показал рукой на потолок, – он въехал в квартиру на прошлой неделе. Я еще, грешным делом, порадовался этому. Надо мной же Петровы жили с тремя пацанами мал мала меньше. Можешь себе представить, сколько шуму от них было, – обратился он к Лере – понятно, что дети, но иногда просто хоть из дома беги от их игр! Вот с ними он и обменялся квартирами. У Виктора четырехкомнатная была, а он один остался, вот и обрадовался этому обмену на двухкомнатную. Доплату, опять же, ему, я так понял, не плохую дали.

– Лера, ты ешь, а то сырники остынут, – он подвинул ей тарелку, почему-то вдруг обратившись на "ты" и сам сел напротив – м-да, вот так живешь себе, планы строишь. А потом раз и кирпичом по голове.

После этой фразы Лешка бросил быстрый взгляд на Пал Палыча, но ничего не сказал.

– Да уж, – Лера вздохнула. Вспомнив мужчину, лежащего на полу, и лужу крови под ним, есть расхотелось. Но и обижать Пал Палыча не хотелось, поэтому, сделав над собой усилие, один сырник она все-таки съела.

– Ой, там же такая лужа крови, и лампочка не горит. Сейчас же соседи на работу пойдут, надо что-то сделать, – она посмотрела на Пал Палыча и на Лешку.

Пал Палыч тоже вопросительно посмотрел на следователя.

– Ну, мы там уже закончили, так что можете убирать. У меня к вам обоим только еще один вопрос: вы никого не видели?

– Я точно нет. Я же сверху спускалась.

– Я, конечно, человек хоть и немолодой, и в такое время уже не сплю, но тоже никого не видел.

– Ладно, тогда закончим на сегодня. Из города никуда не уезжайте пока, – Лешка поднялся со стула, – Павел Павлович, вот здесь распишитесь, и спасибо Вам за сырники. А то ведь я теперь не знаю, когда домой попаду.

Уже при свете лампочки стало видно, то, как много крови потерял этот новый жилец.

– Лера, похоже,Вы вовремя его обнаружили, – задумчиво произнес Пал Палыч, опять переходя на "вы". – Лера, Вы идите, Вам же на работу пора, я тут уж сам дальше.

– Ой, да? Точно справитесь? Может, мне маму Вам на помощь прислать?

– Не выдумывайте! Сам справлюсь. Идите уже, – сказал, как отрезал, и пошел к себе Пал Палыч.

Лера побежала к себе на пятый этаж. Мама встретила ее в коридоре.

– Лера, что там у нас стряслось? Я в окно выглянула, а там и скорая помощь, и полиция. Кого-то уже грузят в скорую помощь.

– Ой, мам, сходила, называется, я на пробежку, – выдохнула Лера – на площадке второго этажа нашего нового жильца кто-то ударил – Лера озадаченно замолчала, вспомнив фразу Пал Палыча про кирпич. "Очень странно, а он откуда знает, что его кирпичом ударили? А, кстати, чем его на самом деле ударили?" – замелькали мысли в голове.

– Лера, да ты слышишь ли меня? – мама смотрела на нее, явно ожидая ответа.

– Да? Что? – Лера моргнула, переведя взгляд на мать.

– Он жив, я спрашиваю?

– А, да, жив. Полицейские мне сказали, что я вовремя его нашла.

– Серьезно? Это ты его нашла?

– Да, я, – и Лера опять пересказала все с самого начала, только теперь уже маме, та только покачала головой – знаешь, мам, что странно, он меня по имени назвал и просил передать какому-то Степанову, что Ворон жив, и что он узнал его. Откуда он мое имя знает? Кто такой Степанов? А Ворон – это имя или кличка?

– Дочь, ну это уж не твоя головная боль! Ты следователю все рассказала, вот пусть теперь он голову и ломает. В конце концов – это его работа.

– А еще ты ни за что не догадаешься, кто следователь! – Лера улыбалась.

– И кто же? – заинтересовалась Ольга Николаевна.

– Лешка Кузьмин! – видя, что мама не понимает, о ком речь, Лера продолжила – ну помнишь, одноклассник у меня был, который парашютным спортом занимался?

– А, да, вспомнила! Он же влюблен в тебя еще был, – закончила мама.

– Мам? – Лера удивленно уставилась на мать, – а ты откуда знаешь?

– Ну, при взгляде на вас со стороны, это сразу видно было, – улыбнулась мама.

– А я его как друга всегда воспринимала, – протянула Лера озадаченно, потом вздохнув, произнесла:

– Ладно, мамуль, пошла я Вовку будить, пора нам уже собираться.

Лера заглянула в комнату сына. Из-под одеяла торчала ножка 46-го размера.

– Сынулька, подъем! – она подергала сына за большой палец ноги.

С противоположной стороны показалась лохматая голова. Сын приподнялся на подушке и посмотрел на часы на стене.

– Ну, мам, ну еще же 15 минут до будильника! – протянул он.

– Знаю я, как ты будильник ставишь. Впритык до секунды. Давай, давай, поднимайся!