Елена Антонова – Вампиры замка «Черная роза». Книга 1. Настоящий вампир в замке «Черная роза» (страница 15)
Старик что-то говорил на непонятном мне языке, мне подумалось, что это древне-румынский, хотя я в таком состоянии могу и ошибиться. Его слова пронзали ее, словно мечем, от ударов которого демоница пыталась отбиться, закрываясь руками. Отогнав ее на приличное расстояние от нас, дед Микулэ накинул на мою шею гирлянду из чеснока, которая прежде висела на его шее, и помог мне подняться.
– Как ты мальчик мой? – Взволнованно спросил старик. – Нужно бежать скорей домой, там мы будем в безопасности.
Старик закинул мою руку себе на плечо и помог двинуться с места. Мне было чертовски тяжело шагать, так как тело было ослабленным, после выкачки крови и ноги плохо подчинялись разуму, но старик тащил меня, словно не чувствовал ноши, и мы все дальше углублялись в чащу.
Откуда-то сверху к нам подлетела вампирша. Она явно не желала упускать свою добычу, но распятье не позволяло ей подобраться ближе, и мы вновь продолжили свой путь, ускоряя шаг насколько это возможно. Хищница шла за нами на расстоянии, не решаясь, напасть снова.
У меня было такое чувство, что святая, невидимая сила причиняла ей боль, и оберегала нас каким – то невидимым пологом, что я уверовал в чудодейственность святого распятия и в силу Божью, против порождений тьмы.
Гримаса брезгливости и одновременной боли исказило лицо стригоици, и исчадье ада издала жалобный звериный скулеж, от осознания того, что ее добыча выскользнула из-под носа.
Я обернулся на ее зов и потерялся в сиянии расплавленного золота. Взгляд ее тоскливых глаз ранил в самое сердце, что мне даже хотелось оттолкнуть старика и броситься в ее нежные и приятные объятия, но голос учителя возвратил меня из минутного наваждения.
– Не смотри ей в глаза. Она может заворожить. – Встряхнул он мое тело. – Смотри на свет от дома и не отводи глаз. Он уже близко.
Я отвел взгляд, от вампирши преследующей нас, и увидел слабый огонек, который с каждым шагом становился ярче и больше. Дед Петру сказал правду, дом был уже совсем близко, и его льющийся свет из окна, придавал мне силы. Я смог вздохнуть с облегчением.
«Не уже ли, мы в безопасности?»
Маришка.
Мне хотелось рыдать, от того, что я чувствовала себя униженной. Хотелось поскорее смыть с себя грязные прикосновения этого скота. Я его и так на дух не переваривала, а сейчас просто ненавижу. «Этот извращенец чертов, стал мне еще больше отвратителен. Я не хочу за него замуж. Стоит только подумать, что эта сволочь прикасалась своими мерзкими пальцами ко мне, без моего на то позволения, то страшно подумать, что он сделает со мной после свадьбы? Скорей всего даже после обручения, в тот же миг, как на моем запястье окажется обручальный браслет, я тут же расстанусь с невинностью, тем более, эта тупая сволочь дала мне понять, что он намерен это сделать.
Жаль, что у меня нет огромной дрессированной зверюги, которая бы покусала этого извращенца в то самое место, которым Аурел думает. Было бы не плохо!
О, кстати. С чего это, звери, так ополчились на моих «недо» женихов?»
Мне вспомнились все случаи, когда, ухаживающие за мной парни, пытались поцеловать меня, либо обнять, то тут же возникало, какое – то животное, страдающее временным помешательством.
«Все началось с Раду – сына кормчего: нам было лет по двенадцать, кажется. Он первый раз меня поцеловал, и на него кинулась моя кошка и поцарапала. Затем Кэлин – его атаковал орел. Потом еще Богдан – ворон клюнул его в макушку. В общем, этот список был внушителен и с каждым, кто обидел или приставал ко мне, происходили какие – то чудеса. А теперь и этот тролль с ушами получил по заслугам.
Ух, ты как здорово! Может и правда, меня защищает Ангел Хранитель?»
Мысли о наказании моих незадачливых женишков подняли настроение. Теперь я обдумывала план мести «суженному» – на голову контуженному. Да, только как отомстить Аурелу, если он обещал опозорить и сплетни распустить. Э то все понятно, что он солжет, но моя бедная семья не вынесет этого, и, к тому же, я не хочу огорчать их снова. До сих пор себя не могу простить за смерть отца, хоть семья и утверждает, что я не виновата, все же груз ответственности и тягостного осадка отпечатались в моем сердце. А если про меня будут непристойные сказки слагать, то это разобьет им сердце окончательно.
«Черт! Что же мне делать? Как бы выкрутиться из этого болота? Как бы мне и свободу сохранить и семью не обидеть и от этого борова избавиться? Вот как? О, Боже. Надо срочно Дэша найти, может вместе, что придумаем?».
Бежала я без оглядки. Рыночную площадь, можно сказать, перевернула вверх дном, от части, конечно же. Заглянула в каждый закоулочек, каждую норку. Пару раз цеплялась за прилавки своим сарафаном и порвала его немножко, за одно, еще и стеллаж с платками перевернула, не заметила. Три раза сбила с ног прохожих. Ну, не без этого. Перерыла весь рынок, все полянки с хороводами, а Дэша так и не нашла. Решила домой направиться и рассказать все Штефану.
«Может он меня, как всегда пожалеет, приголубит, может этому козлу, в морду даст? Было бы здорово, тогда бы моя репутация не пострадала, чего не могу об этом гаде сказать, поплелся бы домой избитый, опозоренный и не удовлетворенный. Ха – ха. А это мысль! Что – то мне уже и горевать расхотелось, хотя неприятный осадок остался.
На подходе к дому заметила толпу, топчущуюся у нас во дворе. Мужчины, женщины, дети и еще жирдяй какой-то. Я не решилась на пролом идти, мало ли что, поэтому подкралась ближе и спряталась за угол соседского дома, и от туда осторожно выглядывала, пыталась разглядеть незваных гостей.
«Так. Не поняла я юмора. А что в нашем дворе, эта делегация делает? Что за праздник, да еще и меня не позвали? Блин горелый, как некстати эти пришлые, че им вообще – то надо? Приперлись, да еще, когда вечереет на дворе. Твою дивизию! Меня ж мамка лозинкой по спине отстегает, если домой с закатом не поспею!»
Жирдяй во дворе оказался нашим старейшиной, да и остальные тоже знакомы. Вся семья Бырцоев пожаловала, и все такие довольные, разодетые.
Когда мне удалось разглядеть людей, то меня затрясло, и я чуть не зарыдала с досады. Паника накатила не детская. Мне пришло в голову, что сволочь белобрысая, выполнил свое обещание и опозорил мое честное имя своим лживым ртом, а эти все пришли, чтоб поглазеть на меня и посудачить.
«Тьфу, ненавижу. Снобы заносчивые. Уж лучше б не добром хвалились, а воспитанием детей. А то вырастили, черт знает кого».
Рассуждала я не долго, так как время меня торопило, но в дом заходить тоже нельзя, поэтому решила обойти жилище с другой стороны, и пройти через хоздвор незамеченной, чтобы послушать, о чем толкуют все эти люди, так как их счастливые и довольные лица ни как не стыковались с моими мыслями.
С ловкостью кошки я пробралась через забор, и пересекла хозяйственный баз. На цыпочках подошла к окну и прилипла спиной к стенке дома, затем заглянула в мутное стекло. Женщины, лица которых нельзя было с точностью разглядеть в искажающем изображение стекле, восторженно порхали по комнатам и отдавали друг другу поручения. За накрытым столом, в центре комнатенки, я узнала брата по его густой бородке, он сидел с серьезным лицом, а напротив – гад белобрысый, покушавшийся на мою честь и достоинство.
«Вот, зараза! Какая точная сволочь? Ты погляди? Обещал на закате сосватать, и вот, пожалуйста. Закат – сваты. Только фигушки, я живой в руки не дамся. Вон, на бабуле моей пусть женится, она и так согласная. Вот только мне что делать? Может в сарае до утра схорониться?»
Я стала вертеться по сторонам, в надежде отыскать себе уютный ночлег, и случайно задела по уху нашу серую кошку, которая мирно дремала на бочке под окном. Она приоткрыла свой зеленый глаз, и, увидев, меня любимую, спрыгнула на землю со своего облюбованного места, лениво подошла ко мне и стала тереться о ногу, довольно мурлыкая и мяукая, намекая на то, что ее давно пора покормить.
– Отстань. Я кому сказала, Фло! Брысь, непослушная кошачья морда! – Шепотом говорила я и пыталась отпихнуть ногой свою домашнюю любимицу, но эта недовольная хитрюга протяжно и громко замяукала, и чуть было не сорвала мне всю конспирацию.
Тогда, я взяла ее на руки, но как только серо-полосатая капризуля оказалась на моих руках, внутри дома послышался голос матери, которая завела речь обо мне. Я с замиранием сердца прислушалась к разговору, но Фло стала вырываться из рук и оцарапала меня. Я аккуратно откинула кошку в сторону, не глядя, а сама тем временем таращилась в окно. Кошка приземлилась прямо на большой глиняный кувшин, стоящий возле злосчастной бочки. От внешнего воздействия, кувшин слегка зашатало, и я молниеносно подскочила к нему, чтобы предотвратить падение, и получается, что только усугубила положение. Подставив руки, я сама того не желая толкнула его еще сильнее и он упал на землю и разлетелся на куски, издав громкий звук «Хрясь!» Свидетельница моего фиаско, мяукнула, и, задрав хвост, удрала с места преступления, оставив меня в состоянии шока. Я медленно повернулась к окну, и последнее, что я увидела в нем, это, как Аурел направляется за мной. Не помня себя, я со скоростью света перемахнула через забор, и, вылупив глаза во все стороны, понеслась по соседским грядкам, не разбирая дороги.