Елена Антипова – Охотники за мумиями (страница 29)

— А у них у всех тут такие низкие кровати? — спросила я.

— Скажи спасибо, что она вообще есть. Мы еще настелили тебе кучу тряпья, а сверху положили самую чистую скатерть, которая теперь служит простыней. — Ирина показала на выцветшую желтую тряпку. — Какой-никакой комфорт все-таки.

— Точнее сказать — никакой, конечно, но выбирать не приходится. — Лешка принес мне вкусно пахнущий чай и кусочек булочки. — Надо поесть. И не вздумай сопротивляться!

— Хорошо, что в твоей сумочке мы нашли аспирин. У тебя был сильный жар и мы, растворив таблетку в воде, буквально вливали в тебя лекарство. — Лицо Андрея стало серьезным. — Ты металась по кровати, бредила, и мы не оставляли тебя ни на секунду, дежуря по очереди у твоей постели.

— И что я говорила?

— Мало, что можно было разобрать, — отвела взгляд Ирина, но я строго посмотрела на нее и подруга сдалась: — Ну... Кричала что-то типа: «Не трогай их! Бегите! », потом шептала: «Это я виновата. Я его убила... » и все в таком духе.

У меня кусок в горле застрял. В памяти моментально вспыхнула последняя картина у пропасти. Мои друзья, стоящие перед гигантским монстром. Ножницы. Летящее вниз тело. Я закрыла глаза руками. Значит, это был не сон.

— Ты ни в чем не виновата, — погладил меня по голове Лешка. — Ты спасла нам жизнь. Нам всем. Это было исчадье ада, а не безобидное существо. Оно бы убило нас, так что ты все правильно сделала, не сомневайся.

— Я вообще не понимаю, чего тут переживать? — возмутилась Ирина. — Да тебе медаль надо дать за избавление Египта от этого мерзопакостного типа! И памятник поставить.

— Посмертно, — глупо пошутила я.

— Ирина права. — Андрей налил всем чаю и принес поднос с фруктами. — Да тебе только спасибо скажут. Бери персик, а то высохла совсем. Я сказал — персик, а не маленькую изюминку! Вот и умничка, сейчас — молока налью.

Я растроганно смотрела, как они носились вокруг меня с лекарствами, булочками, фруктами, молоком, то и дело поправляя подушку, чтобы мне было удобнее сидеть.

— Какие же вы у меня хорошие. Я вас так люблю!

— Мы тоже тебя любим. — Все трое обняли меня, чуть не задушив. — Но поесть тебе все равно придется, не отвертишься!

— О, мы проснулись? — В домик вошел ветхий старичок в поношенной серой чалме, сразу напомнивший мне старика Хоттабыча. Даже борода была такая же.

— И даже немножко поели, — похвалилась Ирина.

— Это хорошо. Повторюсь еще раз: если вам что-то будет нужно, заходите в любое время, в моем доме всегда рады гостям.

— Это очень любезно с вашей стороны, — приподнялась я.

— Меня зовут Гасан. Я ваш сосед, — представился старичок и вежливо поклонился. — С вашими друзьями я уже познакомился, а с вами еще нет, юная принцесса Фархад.

— Ой, она этого не любит, — поморщилась Ирина, но я и не собиралась ругаться со столь уважаемым пожилым человеком.

— Лучше просто Элена. Или Лена, — приветливо улыбнулась я. — Титул принцессы слишком громкий для моей скромной особы. Но, как вы сказали, вас зовут? Гасан?

— Гасан или Хасан, как больше нравится.

— Не может быть!

— Почему? — не понял старец.

— Гасан Абдурахман ибн Хаттаб, — повернулась я к своим ребятам. — Вы не находите?

— Да... Действительно. — Лешка уставился на араба, как будто видел его первый раз в жизни. — Эго, случайно, не ваше полное имя?

— Нет, — засмеялся египтянин. — Вы, наверное, с кем-то меня путаете. Меня зовут Гасан Сулейман Машари. В нашем селении вообще нет ни одного человека с фамилией Хаттаб. Наверное, ваш знакомый живет южнее.

— Вообще-то, это отчество, а не фамилия, — поправил его Андрей. — Но не в этом дело. Гасан, а как звали вашего отца?

— Сулейман.

— А можно мы тогда будем вас звать Сулейманыч?

— Пожалуйста. Это даже интересно звучит. Я не против.

— Гасан, мы останемся еще ненадолго в вашей деревне. Лена еще очень слаба и вряд ли сможет перейти гору. — Ирина вопросительно посмотрела на старца. Тот тут же согласился:

— Конечно, конечно. Оставайтесь столько, сколько посчитаете нужным. Вы очень вежливые молодые люди, и мне приятно общаться с вами. Уверен, никто в селении не будет против. Вы такие добрые, даже помогли госпоже Латифе укротить верблюда. Она, кстати, должна скоро принести горячих лепешек. Лене нужно поправляться, а для этого нужно хорошо кушать.

— Ну! А я что говорю! — победно посмотрела на меня Ирина.

— Со мной все в порядке. Но подождите-ка, вы упоминаете какую-то гору. Что еще за новость? С каких это пор у вас тут горы появились, да еще и русские? Если это очередной холм, то я вполне смогу его перейти.

— Не совсем, — потупили взоры мои друзья. — Мы тут рассказали Гасану, кто мы такие и куда направляемся. Оказывается, Моранд уже несколько лет терроризирует их деревушку, постоянно увеличивает дань. Народ тут немногочисленный и, захоти он, смог бы стереть с лица земли весь поселок вместе с жителями. Они боятся своего правителя.

— Гасан — самый старый житель деревни. Он очень умен и поделился с нами соображениями насчет покровительства злых сил и безграничной власти Моранда, — продолжал вводить меня в курс дела Андрей. — Мы не стали его переубеждать и рассказали про Расдая. Мы сделали это, не посоветовавшись с тобой, но Гасан — честный и добрый человек, ему можно доверять.

— Я абсолютно уверена, что так оно и есть. Гасан мне сразу понравился, — в очередной раз улыбнулась я скромно сидевшему в уголке старцу и получила в ответ искреннюю беззубую улыбку. — Но вы опять ничего не сказали про гору. Может, хватит темнить? Я уже выздоровела и многое могу пережить, даже ваш холмик. Если его нужно перелезть, нет проблем. Что уж он, такой высокий?

— Встать сможешь? — вместо ответа спросил Лешка.

— Думаю, да, — приподнялась я на кровати. Голова кружилась, но мне очень хотелось выйти на свежий воздух, и я, опираясь на Лешку, подошла к двери.

— Вот он, твой «холмик», — показал он на огромную черную гору, упирающуюся верхушкой в небо. — Ну как?

Я стояла, раскрыв рот от удивления. Вот это «холмик»! Да мы через эту громадину в лучшем случае месяца через три перейдем. Откуда она только взялась?!

— Гора образовалась здесь примерно тридцать лет назад, — угадал мои мысли Гасан. — Это произошло внезапно, как будто кто-то просто поставил ее сюда.

— Мы посовещались с Гасаном и единогласно решили, что без Расдая тут не обошлось, — вставил Андрей. — Правда, Гасан?

— Истинная правда, — подтвердил старец.

— Ну и как нам пройти ее? — уныло спросила я. — Если переходить, то долго, под землей наверняка нет хода.

— Нет, — согласилась Ирина. — Но Гасан поведал нам кое-какую важную информацию, которая может помочь.

— Как соорудить дельтаплан?

— Лучше. Оказывается, можно пройти сквозь гору. Когда Гасан был моложе, он заходил внутрь горы через отверстие с правой стороны. Он и сейчас помнит, где оно, — с гордостью посмотрел на старшего товарища Леха.

— И как далеко ты прошел? — спросила я араба. — Через всю гору? Там тоже есть вход?

— Нет, нет. — Старик поспешил прекратить фонтан моих вопросов. — Я не проходил гору целиком, но метров на сто внутрь заходил.

— Этого мало. Ну да ладно, спасибо и на этом. Мы в любом случае должны ее пройти. Очень хорошо, что ты помнишь, где вход.

— Как только вы поправитесь, я отведу вас туда. А еще дам вам в дорогу провизии и питья и теплое одеяло, чтобы не замерзли.

— Спасибо, Гасан, — еще раз поблагодарили мы.

— Знаете, о чем я тут подумал? — сказал Андрей, когда я вновь легла немножко отдохнуть. — Почему Терос нам ничего не сказал про гору? Он говорил о селениях, но ни словом не обмолвился про такое серьезное препятствие.

— Да, это интересно. Тем более, Гасан сказал, что гора образовалась целых тридцать лег назад. Неужели Теpoc об этом не знал? — поддержала я.

— Терос — хороший. И я уверена, если бы он знал о такой преграде, то, несомненно, сказал бы нам, — встала на защиту египтянина Ирина, хотя никто и не собирался его в чем-либо обвинять.

— Я тоже так думаю, — согласился Леха. — Пока все, о чем поведал нам Терос, сбывалось, и у нас нет оснований не доверять ему.

— Ну хорошо. Так когда отправляемся? — Я решительно встала с кровати, но заботливые руки Ирины тут же уложили меня обратно.

— Куда это мы собрались? Лежи уж, альпинистка! Вылечись сначала, а потом о горах будешь думать.

Понятно?

— Понятно, — кротко вздохнула я и позволила напоить себя молоком.

Так я провалялась в постели до вечера. Потом зашла госпожа Латифа, принесла выпечку и верблюжье мясо. По-видимому, мальчишки все-таки не до конца приструнили непокорное животное. Госпожа Латифа оказалась дородной женщиной, закутанной в паранджу с ног до головы, но с весьма приятным голосом и манерами. Она заходила к нам почти каждый день, как и Сулейманыч, принося что-нибудь вкусненькое. Так постоянно, то из уважения к нему, то к Латифе, я изо дня в день съедала кучу фруктов, булочек и прочей снеди. Лиса Ирина только и приговаривала, что нельзя обижать таких почтенных людей, что я должна есть. Лешка с Андреем ее полностью поддерживали. Сначала я не заподозрила подвоха, но вскоре стало ясно, что они все просто-напросто сговорились. Я понимала, что они лишь заботятся обо мне, и решила подыгрывать. В общем, усиленное питье, постельный режим и прогулки по вечерам пошли мне на пользу, и уже через неделю я чувствовала себя абсолютно здоровой и полной энергии.