Елена Амеличева – Знатный казус, или ДРАКОценная моя (страница 36)

— Стой на месте, или узнаем, какого цвета кровь у твоей демоницы, — в его руке сверкнул магический клинок, который он приставил к шее девушки.

— Не трогай ее! — вскрикнул я, кровь бросилась в виски, застучав набатом.

Сила рода взбунтовалась, просясь наружу. В таком состоянии мне очень сложно удерживать магию, я еще не приспособился к новым возможностям.

— А вот этого не обещаю, — Кирк мерзко усмехнулся. — Ведь именно за этим и пришел. Вы отняли у меня единственную девушку, к которой я почувствовал любовь. И за это вы оба поплатитесь!

— О чем ты? — непонимающе уставился на него.

— Хочешь, чтобы злодей излил душу перед тем, как сотворит возмездие? — тот, кого я долгие годы называл другом, расхохотался. — Изволь. Я говорю о Ламиссе де ля Сентон. Дочь той, кого вы нарекли ведьмой.

— Она и есть ведьма! — процедила Эффи. — Хотела выпустить Тартара, чтобы весь мир потонул в крови!

— Заткнись! Элаира любила его! Они всегда были вместе, ей пришлось несколько столетий ждать, чтобы появилась возможность освободить самого дорогого мужчину из ловушки, где его заточили Хранители! Когда Тэррара встретил тебя, магия истинности раскрыла тебя для Элаиры, она послала к тебе змею-фантома, нужна была твоя кровь. А следом я прислал паука.

— Так ты помогал той ведьме, — поздновато догадался я, увидев за стеклами мордашку одного из тройняшек.

— Потому что люблю ее дочь! — Кирк скривился. — А теперь ни ее, ни матери нет в живых — Хранители нашли их и убили! И за это вы поплатитесь жизнями, сдохнете на глазах друг друга!

— Возьми меня, — шагнул к нему. — Эффи тут ни при чем. Вымести свой гнев на мне!

— Не торопи смерть, Тэррара, — процедил он. — Сначала она, потом ты. Не порти мне удовольствие. Я долго все это готовил. Потребовалось много времени, чтобы все сошлось в одной точке — ты приехал к ней, чтобы помириться. Дома никого не было. Я смог обойти оба кольца охраны. Настало время моего триумфа! — усмехнулся. — Повторного. Первый был в тот день, когда ты опозорился перед всеми, решив, что ее отец-демон тебя предал. А сегодня будет финал!

— Хорошо, триумфатор, — я успокаивающе поднял руки, — сначала хотя бы объяснись. — Тройняшкам нужно время, чтобы что-то вытворить и тем самым дать мне шанс спасти Эффи. — Как с этим связан отец моей истинной?

— Все очень, очень просто, — Кирк повелся, и я возблагодарил небеса и мысленно поторопил мальчишек. — Тот связной, Гардар, не предавал тебя. Он был помешан на мире между драконами и демонами. А мне это было не нужно. Война делала меня богатым. Я вложил в нее все унаследованные от родителей деньги. Если бы ваша операция не сорвалась, мне грозило бы разорение!

— И ты подстроил все так, чтобы я счел его предателем, — потрясенно прошептал, сжав кулаки, — возненавидел демонов еще сильнее! А тебя, змею, пригрел, как друга!

— Верно. Ты же такой идиот, Тэррара! И сейчас поплатишься за это!

Безумный блеск в его глазах породил взрыв ужаса в моей душе. Просвистевший следом пущенный из рогатки камень разбил стекло и впился мерзавцу в висок. В тот же момент я бросился на него. Помещение не предоставляло возможности для маневра, поэтому просто вырвал из его лап Эффи, сжав клинок перед ее шеей ладонью. Оттолкнул любимую в сторону и прорычал, чувствуя, как Сила буквально течет из пальцев:

— Вот теперь пришло время возмездия, тварь!

Упругая волна моего огня ударила Кирка, сбила с ног, опаляя, коверкая плоть, уничтожая. Он изогнулся в агонии, запрокинул голову, распахнул рот. Но крик застрял в горле. Изнутри тоже вырвалось пламя. Вспышка погасла, и на пол лишь пепел осыпался, оставив все в прошлом.

— Как ты? — бросился к Эффи, застывшей рядом, осмотрел ее, прижал к себе.

— Твоя рука! — вскрикнула, отмерев от шока.

Высвободилась, бережно взяла мои ладони в свои.

— Воняют, — бросил, увидев опаленную плоть.

Вышедшая из меня огнем вспышка магии оставила свои следы. Ну и пусть. Зато моя любимая жива.

— Отжег ты, дракон, — прошептала она.

— Эффи, умоляю, прости, — покаянно выдохнул и опустился на колени. — Знаю, что поступил как последний гад с тобой. Но…

Договорить не дали. В кухню ворвалось тройное торнадо. Следом вбежал енот с тазиком в лапах. Таз-то ему зачем, скажите на милость?

— А где? — нагрянувшие спасители выпучили глаза, оглядываясь.

— Вон там, — указал на пепел.

— Вот мерзавец! — они набросились на то, что осталось от Кирка.

А я, воспользовавшись их занятостью, подхватил Эффи на руки и утащил подальше, пока не начались очередные обнимашки.

Унес в комнату наверху, уложил на кровать, встал рядом на колени, сбивчиво попытался объяснить, что чувствовал с тех пор, как узнал, что она демоница.

— Замолчи! — потребовала и встала с постели.

Прогонит, пронеслось в голове новой огненной волной. Такое не прощают. Я предал ее. Отказался, отрекся. Сам все испортил.

— Дай руки, — велела, вернувшись с коробкой в руках.

— Эффи…

— Молча, — уточила и начала обрабатывать ожоги.

Я молчал, опасаясь, что оказав мне первую помощь, выставит вон.

— Все, — сказала, наложив повязки.

— Не все, — возразил. — У меня еще сердце разбито. Вдребезги.

— От этого у меня тоже есть лекарство, — шепнула девушка.

А затем прижалась ко мне, поцеловала, заставив задрожать всем телом. Вырвала стон из самого сердца. Запустила руку в волосы. Наши языки сплелись. Я отдался моей демонице, понимая, что не откажусь от нее никогда и ни за что, пусть хоть пламенем ада грозят, все равно! Душу отдам, лишь бы быть рядом с ней, ощущать, как горит в моих объятиях, как льнет ко мне, как желает стать единым целым!

— Нам срочно пора жениться, — прохрипел, когда понял, что прижимаю ее, полураздетую, к постели.

— Прямо сейчас? — прошептала нежно, взвинчивая сверх мыслимых пределов.

— Ну уж нет, — уткнулся лицом в ее шею и силясь взять себя в руки. — Ты достойна того, чтобы я поберег самое сокровенное для первой брачной ночи, как и подобает! И чего бы мне это ни стоило, сделаю именно так!

Зарычав, рывком встал с кровати. Она поднялась следом.

Кулон отца, сорвавшись с ее шеи, разделился на две половинки и упал к нашим ногам.

— Что это значит? — прошептала Эффи, присев рядом с ним на корточки.

— То, что он выбрал себе двух Хранителей вместо одного, — дала ответ демоница Стефания, войдя в спальню.

Мне оставалось лишь благодарить небеса, что смог оторваться от любимой незадолго до этого. Иначе сейчас ситуация была бы более чем пикантной. Хотя жениться пришлось бы быстрее, а это плюс.

— Предвосхищу вопрос: я пришла, потому что Эффи позвала, хотя сами и не поняла. Камешек, мной данный, помог, — гостья подняла половинки и вложила в наши руки.

Одну Эффи. Другую мне. Кулон полыхнул, подтверждая правильность ее слов.

— Храните его, дети, — прошептала она. — И берегите мир между демонами и драконами, — улыбнулась. — И готовьтесь к свадьбе, побыстрее, пока невеста еще невинна!

Моя дракоценная хихикнула, покраснев. Я притянул ее к себе, поцеловал нежно и шепнул на ушко:

— Не волнуйся, поженимся очень, очень скоро!

— И ты не пожалеешь, что взял в жены демоницу? — пытливо вгляделась в мое лицо.

— Я возьму в жены любимую женщину, — ответил честно. — Лишь это имеет значение. Дочь друга, который, как оказалось, меня никогда не предавал. Самую красивую, нежную и страстную девушку на свете. Мою истинную пару, дарованную высшими силами. Ту, что смогла простить мне то, что прощать нельзя, — помедлив, спросил, — ведь простила?

— Простила, — кивнула она.

— Но как?

— Все просто — потому что люблю!

Ее губы вновь потянулись к моим. И кто я такой, чтобы ей отказывать? Могу лишь отдаться искусительнице, чтобы растерзала своими ласками, свела с ума, сделала самым счастливым на свете.

Мы целовались, а жизнь кружила вокруг. Ей некогда стоять на месте. Ведь нужно соединить Льюиса с Розой и, коварно похихикав, подарить им еще одну тройню, на этот раз совместную. Даровать нам с Эффи кучу самых любимых на свете детишек. А также помирить два вида враждующих существ — драконов и демонов, чтобы все малыши на свете жили в мире и благоденствии.

И много, много чего еще. Ведь жизнь никогда не стоит на месте, она несется вскачь, только вперед, к лучшему, светлому, чистому — в вечность, чтобы растаять в ней звездным светом, навсегда!