Елена Амеличева – Сыны Каина. Капкан на любовь (страница 12)
Магда
Чужие губы коснулись моих – впервые в жизни. Лукьян, конечно, об этом не знал. И никогда не узнает. Странное ощущение. Приятно? Не знаю. Его легкая щетина колола мои щеки. Но сердце забилось быстрее. Может быть, от волнения?
Пока я размышляла, парень отстранился и заглянул мне в лицо, словно хотел убедиться, что не оттолкну. Нет, не оттолкну. Моя улыбка разрешила ему продолжить поцелуй. Руки поползли по моей талии. Лукьян прижал меня к себе. Я следовала за ним, постигая до того момента непознанное.
Оказывается, это несложно – лишь повторить за ним, ответив, прижаться и обвить руками его шею. И у него тоже бешено стучит сердце.
– Магда… – Прошептал парень, снова отстранившись.
– Бессовестные! – прошипела стоявшая рядом женщина. – На ступенях храма Господня непристойности творить! Вы еще потрахайтесь прямо здесь!
– Такого удовольствия мы вам не доставим, – бросил Лукьян, – придется вам, бабушка, как всегда, дрочить под порно из интернета!
Оставив женщину задыхаться от гнева, мы отошли подальше.
– Теперь ты веришь, глупая, что в первую очередь это было свидание? – прошептал он, вновь прижав меня к себе. Я промолчала. – О чем ты думаешь?
– О том, на что она больше обиделась, – мне пришлось изо всех сил сдерживать смех, кивая на пышущую злостью особу, что косилась на нас, – на пассаж с порно или на то, что ты назвал ее бабушкой!
– Без разницы.
– Кстати, правда на ее стороне. Не стыдно, господин Хранитель? Соблазняете невинных барышень прямо на ступенях божьего храма! А еще борцом со всякой нечистью называетесь!
– Невинных? – Лукьян прищурился, глядя в мое лицо.
– Ну уж извини, что не начала половую жизнь в 14! – разозлилась я.
– Какая же ты дура, Магда! – он расхохотался.
– Ах, так?! – обида заставила меня с такой силой оттолкнуть парня, что он вылетел прямо под ливень и тут же, не устояв на скользких ступеньках, на них же и упал. – Лукьян! – я бросилась к нему, но парень уже встал и, подхватив меня, закружил под дождем, хохоча.
– Дура ты, Магда! – прошептал он, поставив меня на ноги. – Но отныне и навсегда ты только моя дура!
Водная тема продолжилась и в отеле. Мы вошли в него насквозь промокшие, усиленно делая вид, что так и надо. Но портье, догнав нас в коридоре, огорошил:
– Приносим свои извинения, но в одном из ваших номеров потоп. Из-за ливня потекла крыша, номер этажом выше утонул, вашу комнату тоже залило. На устранение последствий уйдет пара дней.
– Ничего страшного, предоставьте нам другой номер. – Лукьян пожал плечами.
– Все заняты, простите. Мы обзваниваем отели, ищем вам свободный сьют. Все затраты, конечно, компенсируем.
– Посмотрите на нас, – Хранитель развел руками. – Мы готовы, по-вашему, переселяться в другую гостиницу?
– Приносим вам свои извинения…
– И что нам с ними делать?
– Постойте, – я решила вмешаться. – Вы сказали, что пострадал только один номер? Второй в порядке?
– Совершенно верно! – портье воспрял духом.
– Там две кровати?
– Нет, но там, э-э, двуспальная кровать. – Бедняга побледнел и зачем-то радостно добавил, – с отличным ортопедическим матрасом!
– Ну, раз там матрас ортопедический, то инцидент исчерпан! – Лукьян скривился.
– Он и в самом деле исчерпан, – я кивнула. – Переночуем в одном номере.
Под недовольное бурчание Хранителя мы перенесли вещи в его номер, который, в отличие от моего, не отправился в плавание, привели себя в порядок и вновь отправились гулять. Обратно вернулись уже за полночь. По очереди сходили в душ и начали готовиться ко сну.
– Могу поспать на полу. – Лукьян посмотрел на меня.
– Щедрое предложение, но ненужное – торжественно клянусь, что не буду пытаться лишить тебя невинности!
– Очень смешно.
– А вот кое-что не смешно. – Я постаралась сдержать улыбку.
– Что? – он напрягся.
– Где Уголовный кодекс?
– Зачем?
– Ты же обещал, что он будет лежать между нами? Вплоть до моего восемнадцатилетия.
– Завтра куплю! – Лукьян сверкнул глазами и лег под одеяло.
Утром я проснулась, как в пошлом анекдоте, потому что какая-то хрень упиралась мне в попу. Через пару секунд удалось понять, что это было, и покраснеть. Лукьян, прижавшись ко мне, сопел в мою шею, разгоняя приятное возбуждение по телу. Стоило двинуться, как он, не открывая глаз, обхватил меня руками и пробурчал:
– Куда собралась?
– В туалет, – честно призналась я, приподнявшись.
– Что? – парень, наконец-то, проснулся. – Хотя неважно. – Он уронил меня на кровать и начал целовать.
В этот раз его губы были настойчивыми, нетерпеливо сминающими мой рот. Дыхание парня обжигало лицо. Язык встретился с моим, дразня. Тяжесть его тела была приятна. Мое в ответ само льнуло к нему – видимо, сработали инстинкты. Начав целовать шею, Хранитель заставил меня пораженно ахнуть от переизбытка ощущений – новых, искушающих и столь сильных, что стало страшно.
Его руки быстро расправились с пуговками рубашки, в которой я спала. Шершавые пальцы погладили грудь, по коже побежали мурашки. Застонав, он втянул один сосок ртом. Непонятная молния пронзила мое тело, заставив изогнуться. Я запустила руку в его волосы и вновь ахнула, когда теплые губы проложили дорожку до пупка.
Мне хотелось, чтобы он продолжал. Но парень посмотрел в мое лицо затуманенным взглядом, лег рядом, поцеловал в губы и замер, прижавшись ко мне.
– Что не так, Лукьян? – прошептала я, гладя его по волосам.
– Уголовный кодекс, – со смешком выдохнул Хранитель и уткнулся лицом в мою грудь. – Прости, мне спросонок не удалось с собой справиться.
Непонятное томление еще приятно ныло в теле, но желания утихомирились, и мне пришлось признать, что парень был прав, остановившись. Я бы жалела потом, если бы мы сделали это. «Это». Как маленькая, честное слово! Занялись бы сексом. Так это называется.
А вот как назвать то, что минуту назад я хотела Лукьяна, а теперь рада, что ничего не произошло, не знаю. Здравствуй, сложная взрослая жизнь!
Аарон
Дверь открылась. Свет из коридора лег на пол кабинета желтым прямоугольником. Мне не позволено было видеть того, чья тень черным крестом легла сверху на светлое пятно. Я сидел в кресле спиной к нему и всем телом, которое становилось все более немощным день ото дня, чувствовал мощь того существа, которое явилось на мой зов.
– Ты сделал то, что я просил? – голос его был тих, но каждая моя мышца задрожала.
– Изгнанники собраны, господин. – Мой ответ перешел в кашель, что уже неделю изводил меня, не давая спать ночами. Вся грудь болела от него.
– А вторая часть?
– Веду переговоры, но они не торопятся. Простите, я сделал все, что было в моих силах, клянусь!
Он молчал. Во мне мутным осадком поднялось беспокойство.
– Простите, что потревожил вас, господин! – торопливость заискивающей речи была противна самому. – Но мое физическое состояние сильно ухудшилось, посему рискнул просить помощи, чтобы быстро и точно, беспрекословно выполнять ваши приказы.
– Твоя мольба понятна. Я внял ей.
На мои плечи легли его ладони. Какие горячие, до боли! Как оказалось, это было только начало. Вскоре начало жечь и торс, и конечности, и голову. Меня затрясло. Ужасно и в то же время прекрасно! Чувствовать, как в тело течет сила, это потрясающе! Физически чувствовалось, как отступают болячки, возвращается забытое со времен зрелости состояние – когда ничего не болит, когда смертная оболочка послушна тебе, когда просыпаются желания.
Но свидание с бессмертием было кратким. Я едва не застонал от разочарования, когда он убрал ладони с моих плеч. Хотел упасть на колени – теперь смогу легко это сделать, и молить дать еще, еще, еще! Еще жизни! За это сделаю все, что прикажет!
– Ты получил желаемое. – Тихо произнес он. – Учти, если не сможешь порадовать меня, все заберу обратно. Тогда умрешь в муках в свой срок. А он близится – Ангел Смерти уже совсем рядом.
– Все повеления ваши будут исполнены в срок, господин! – заверил я, с трудом заставив голос не дрожать. Страх возвращения боли и старческой немощи сжал сердце, что вновь стучало без перебоев. – Вы будете мной довольны!