Елена Амеличева – Офень флая федьма (страница 43)

— Мы за плетением пришли, — цапнула свой гримуар и удовлетворенно кивнула, почувствовав «косичку» внутри. — Все, давай делать ноги или как там воры говорят?

— Рвать когти, — Эзра спрятал бумаги за пазуху.

— Апчхиииии! — раздалось за нашими спинами, заставив подскочить — и нас самих, и наше сердцебиение.

Кого там еще нелегкая принесла⁈

Глава 69

Засада

— Я справа, — шепнул Эзра и как голодный роскошный хищник двинулся на фигуру, укутанную в плащ.

Значит, мне слева. Я тоже метнулась вперед. Поохотимся вместе!

— Аааай! — завопила «фигура», когда мы ее повалили на пол.

Причем, весьма знакомым голосом. Так, дайте догадаюсь, нас ждет еще один сюрприз?

— Что за?.. — демон сорвал с головы гостьи капюшон. — Марфа⁈ — выплюнул, увидев там свою сестру. — Ты какого дьявола тут делаешь? Ты же к подружке собиралась!

Мужчины такие наивные. Я закатила глаза. Надо запомнить на будущее — если у нас будут дочери, отпрашиваться на гулянки они будут только у меня! А не то мой чересчур доверчивый демон слишком рано станет знойным рогатым дедом!

— Не ори! — огрызнулась демоница. — Пропажа плетения — моя вина. Ты доверил, а я не углядела. Значит, сама и вернуть его должна. — Покосилась в мою сторону. — Пока не поздно. А не то прилетит Марьяне, где еще найду хорошую женщину, чтобы тебя, охламона, женить?

— Вся воровская семья в сборе, — я покачала головой. — Так, добро причинили, давайте уже выдвигаться в сторону дома.

— Давайте, — Эзра вздохнул.

— А вот с этим придется повременить, — пропел женский голос. — Домой вам пока не светит.

В воздухе протаяла женская фигура. Да, еще одна, такой вот таинственный вечер, щедрый на незваных гостей женского пола!

— Дамира! — потрясенно ахнула я.

Мы пропали!!!

— Да, это я, — пропела Верховная, изящным движением сняв капюшон плаща.

Он мягко опустился на ее плечи, показав кукольное личико. Такое безобидное на вид. Она словно кобра с невинным бантиком. Хочется протянуть руки и потрогать. Но цена таким уси-пуси — жизнь.

— Не ожидали? — продолжила женщина, изогнув бровь. — Странно. Я так вот вас давненько жду. Все думала, когда же явится тот, кто это плетение сотворил? Ведь придет, не оставит свое творение в лапах злой Дамиры — это уж точно.

Она рассмеялась заливисто, будто услышала удачную шутку.

— Всего-то надо было немного магии добавить, чтобы вас к этой улике нестерпимо потянуло — так, чтобы душа зачесалась до невозможности терпеть. И ведь не заметили даже. — Презрительно закатила глаза. — Как ты там всегда говорила, Марьяна? Что ты наивная метелка, да? Как верно! Всем помочь да угодить, всех спасти — в этом ты вся. Только про свою же задницу и позабыла в итоге. Как всегда.

— Мерзавка! — прошипел Эзра, прикрыв меня собой.

— От такого слышу, — парировала она. — И уж кто бы говорил, лорд Азраил. Сам-то влюбился во врага, в ведьму, все задания провалил, повелителя своего разочаровал. По всем фронтам облажался.

— Зато любимую обрел!

Я с нежностью посмотрела в его лицо. Слова демона бальзамом легли на израненную душу. Знала ведь, что ему из-за меня досталось. Он мог рассказать Архидьяволу Касьяну правду, отдать плетение, но не стал, так как это ставило его ведьмочку в опасность.

— Обрел, — Верховная кивнула. — Но скоро потеряешь. Ей придется заплатить за то, чт сделала. Такое ковен ей просто так не спустит. Получай, ведьма!

Резко выкинув руку в мою сторону, Дамира сжала кулак, и я захрипела, почувствовав, как невидимая магическая плеть огнем сдавила горло.

— Предала своих! — крикнула женщина. — Подставила повелительницу! Помешала планам ковена! Перешла на сторону врага!

С каждым новым обвинением удавка на моей шее сжималась все туже. Я захрипела, не в силах дышать. Паника опалила душу, разрастаясь внутри и все сжигая на своем пути дотла.

В глазах стремительно темнело. В этих «сумерках» едва сумела разглядеть, как Эзра бросился на обидчицу, но плотный защитный кокон вокруг нее обжег его и отбросил в сторону. Марфа швырнула в гадину сгустком огня, но тот был тут же потушен с жалким шипением, словно отсыревшая спичка.

А потом…

— ПРЕКРАТИТЬ.

Голос был тих, но ударил по ушам такой силой, что сам воздух вздрогнул и поспешил убраться с пути говорившего.

Магическая плеть сползла с моего горла безвольным щупальцем, мигом потеряв и огонь, и упругость. Я начала жадно хватать воздух ртом. Эзра подхватим меня, едва устоявшую на ногах, и прижал к себе. Закрыв глаза, прижалась щекой к его груди, слушая, как бешено стучит сердце любимого. Нет звука слаще!

— Мама?.. — голос Дамиры донесся до слуха глухо, словно к уху прижали подушку.

Любопытство возобладало, заставив открыть глаза и ахнуть, увидев прежнюю главу ковена, Ядвигу. Неужели чудится? Ведь она умерла!

Поморгав, потрясла головой для наведения четкости «прицела», вгляделась в высокую худую гостью в возрасте, с тонкими чертами аристократичного лица, белоснежные волосы вокруг которого своим сиянием подчеркивали высокие скулы и огромные, светящиеся изнутри Силой глаза.

— Не ожидала свидеться, доченька? — едко спросила гостья. — Ну, разумеется, ведь ты же своими руками меня отравила. Так властвовать хотелось, что сил не было ждать. Родную мать отправить на тот свет решила.

Ого! Вот это страсти-мордасти! Я ахнула и прикрыла рот рукой.

— Ты как, ведьмочка любимая? — заволновался Эзра, хмурясь и пытаясь поймать мой взгляд.

— Тсссс! — прижала палец к его рту. — Дай послушать, тут же самое интересное начинается!

Глава 70

Конец

— Ты сама виновата, мамочка! — Дамира вздернула нос. — Думаешь, я не знала, что ты задумала, старая ведьма? Наследницей своей дочь мою хотела сделать, а меня побоку! Опозорить вздумала перед всем ковеном!

— Потому что недостойна ты власти! — прикрикнула Ядвига, и стены комнаты задрожали, загудев. — Это ответственность, бремя, даже наказание. Тут чистая совесть нужна — чтобы трудиться во благо ковена, забывая про себя, про свою семью, всю себя отдавая. Это служение!

— Про семью да, ты успешно забывала без проблем, — прошипела доченька.

— Недоглядела, верно, — женщина печально улыбнулась. — Спохватилась только когда поняла, что прогнила ты насквозь. Почестей хочешь, богатств, чтобы боялись тебя, дрожали да пресмыкались перед тобой.

— Да, хочу! — выплюнула та. — И ничего в том плохого нет, все хотят!

— Таким власть не дают, ибо злу такие, как ты, служат! А мы — ведьмы. Мы ворожеи. Мы на службе у Света стоим. Врачуем людей, природу храним и чтим, баланс бережем. Остальное — удел чернокнижниц, что душой своей сама знаешь, кому платят за силы свои поганые, заемные, ядовитые.

— Поэтому ты разыграла свою смерть, — фыркнула Дамира. — Чтобы меня наказать?

— Много о себе мнишь, дитя, — мать покачала головой. — Я до последнего надеялась, что ты остановишься. Что дрогнет в твоей душе струнка какая, помилуешь мать. Но просчиталась, нет в твоем черном сердце ни любви, ни жалости, ни благодарности.

Она развела руки в стороны. Лицо прорезали глубокие морщины, мигом сильно состарив женщину.

— Потому позволила тебе считать, что ты довела дело до конца. Разрешила примерить на себя роль Верховной. А заодно еще и свиту свою я проверила на вшивость. И все они поплатятся за то, что присягнули убийце матери.

— Даже тут ковен на первое место поставила! — с ненавистью выдохнула теперь уже не Верховная. — Ты в своем репертуаре, мамуля, никогда своего не упустишь, все красивыми словесами прикроешь и кого угодно виноватыми выставишь, кроме себя любимой!

— Грехи свои знаю, — возразила та ей. — И за каждый ответ держать буду, когда придет время. Ни от одного отнекиваться не стану. Но ты, доченька, тоже предсказуема, — Ядвига указала на темноволосую девушку, что стояла у дверей. — Дочь свою не пожалела, талант ее редкий использовала во зло, приказала ту лихоманку сплести — так, чтобы все указывало на демонов. Войну с ними развязать хотела, остальных в нее втянуть, ослабить, а потом добить по одному. И стать единоличной императрицей, так ведь?

— Так ты знала, что бабка жива? — Дамира сжала кулаки, посмотрев на дочь.

Ту самую, как я понимаю, что и стала по заданию Касьяна невестой моего Эзры.

— У нее совесть имеется. Пусть поздно, но все же пришла она ко мне и рассказала, что ты творишь, лихоимка. Я как раз только от отравы твоей оправилась тогда.

— Жаль, — процедила гадина.

— И мне жаль, — Ядвига кивнула. — Что дочь моя имя наше несмываемым позором покрыла — жаль. Взять ее, — произнесла тихо.

Из воздуха тут же материализовались боевые ведьмы. Бывшая Верховная не сопротивлялась. Наверное, знала, что это бесполезно. Ее увели. Все, конец пришел Дамире. Надеюсь, на этот раз не вывернется змеюка, не избежит справедливости.

— Не плачь, — вернувшаяся Верховная обняла всхлипывающую внучку. — Теперь все будет хорошо.

— Мне так стыдно, бабушка, — прошептала та. — Я столько натворила.

— Ты не могла сопротивляться магии матери, — Ядвига погладила ее по голове. — Что сделано, то сделано, девочка. Впредь умнее будем. Что можем — исправим. И будем молить высшие силы о прощении.