Елена Амеличева – Древняя душа (страница 12)

– Черт с ними, – отозвался мужчина. – Ох уж эти перепады! – он глянул на тучи в небе, что закрыли солнце, и, скривившись, потер висок. – Пойдем в отель, надо таблетки пить, опять башка на взлет идет.

Я проводила их глазами. Остальные зрители тоже выглядели не лучшим образом – посеревшие лица, потухшие глаза, усталость, которую было видно по сгорбленным спинам и тяжелым вздохам.

Да, погода явно портилась, атмосферное давление скакало, не лучшим образом сказываясь на здоровье, но это не объясняло резкий упадок сил и самочувствия у сотни людей самых разных возрастов и национальностей. Дети капризничали, родители, срываясь, шлепали их, и площадь вскоре наполнилась обиженным ревом малышни.

Кому-то стало плохо. Женский голос истерично взмолился о помощи. Что-то внутри заставило меня подбежать к кричащей. Упав на колени рядом с лежащим без сознания мужчиной, она теребила его, будто надеялась разбудить – вдруг некстати решившего вздремнуть посреди площади.

– Убери ее! – крикнула я Алексу, который последовал за мной.

– Саяна!

– Даже не начинай!

Выругавшись, Охотник обхватил женщину за талию и потянул на себя. Ее крик перерос в истошный визг, но я смогла пощупать у мужчины пульс. Которого не было. Впрочем, понять это мне удалось еще до прикосновения к сонной артерии. Как – без идей! Это просто появилось мыслью, как и осознание того факта, что у него сердечный приступ. И танцоры-ангелы – или уж скорее демоны – тому виной.

«Твоя кровь исцеляет, наверное, все», вспомнились мне недавние слова Алекса. Я сама видела, что от пореза на его руке после того, как мужчина выпил мою кровь, разведенную водой, не осталось и следа.

– И не думай! – предупредил он, когда наши глаза встретились.

Да, так светиться нельзя, он прав, вынуждена признать. По таким «следам» Горан Драган моментально отыщет свою жертву. Мозг лихорадочно заработал, и через секунду я улыбнулась. Что ж, схитропопим!

– У кого есть аспирин? – крикнула я на английском, сдернув резинку со своих волос.

Зеваки зашевелились. Вскоре вовсе не нужная таблетка отправилась в рот пострадавшего вместе с моей кровью, что вытекала из пальца, который я поранила, загнав его же крестик себе под ноготь в тот момент, когда склонилась над ним и закрыла обзор рассыпавшимися волосами. Хорошо, что они длинные!

Мужчина вздрогнул всем телом и шумно втянул ртом воздух, как вынырнувший на поверхность пловец. Жить будет, и долго – еще праправнуков понянчит! Хорошо!

Довольно улыбаясь, я встала и, пожав плечами, объявила, что это обморок из-за жары.

– Идем уже! – Алекс стиснул мою руку и утащил от толпы, которая начала расходиться.

– Больно ведь! – мне пришлось приложить много усилий, чтобы вырвать ладонь из его хватки.

– Ты с ума сошла?! – муж прижал меня к белой стене дома. – Так рисковать!

– А что нужно было сделать? Оставить мужика умирать?! – рявкнула я, оттолкнув Охотника. – У него обширный инфаркт был, даже до приезда «скорой» бы не дотянул! Дыра в сердце!

– Да, надо было бросить! Всем не поможешь!

– Пошел ты! – прошипела я, в свою очередь прижав Алекса к стене. – Если мне дали это дар, то не просто так! Если могу кому-то помочь, помогу, понял?! И ты меня не остановишь!!! – пришлось отвернуться, чтобы скрыть слезы.

– Понял. – Тихо сказал муж. – У тебя вся спина белая.

– Как смешно!

– Она на самом деле белая! – он начал ее отряхивать.

– Прости. – Я обернулась к нему. – Повернись, твоя тоже белая.

Приведя друг друга в порядок, мы обнялись.

– И раньше так ссорились? – прошептала я ему на ухо.

– Не часто, но бывало. – Охотник отстранился, улыбаясь. – Пойдем уже отсюда.

– Пойдем. – Я зашагала рядом с ним по булыжной мостовой. – Ты заметил, народ словно в транс впал под танец… – как назвать этих чертей?

– Может быть, гипноз, – пробормотал Алекс, оглядываясь по сторонам и уводя меня с площади.

– Может, – почему-то казалось, что муж знает куда больше, чем говорит, но своими догадками делиться явно не намерен. Что ж, тогда и я промолчу о том, что видела во время этого демонического танца. Да и о том, что сбежали они явно из-за меня, тоже упоминать не буду.

Я должна быть здесь, чувствую. Здесь и сейчас. Понятия не имею, в чем причина такой уверенности, главное – она есть. Непокобелимая, как говорил… Кто говорил? Не помню.

Но Алекс, конечно же, и слышать ни о чем таком не захотел. Я терпеливо улыбнулась и вернулась к этой теме через полчаса. Устало ругаясь, он был все также категоричен. Но еще через час уже только вздохнул, закатив глаза. И тогда в ход пошли запрещенные приемы – я прижалась к мужу, прошептала, что хочу здесь побыть подольше и осторожно прикусила мочку уха.

– Ты бессовестно мной манипулируешь! – выдохнул он, поглаживая сначала мою спину, а потом немного ниже.

– Ага! А как я тобой в спальне манипулировать буду, м-м-м!

– Саяна! – простонал муж. – У меня мозг отключается!

– Вот и отлично! В том, чего мне хочется, нужны другие части тела, – промурлыкала я, увлекая его к отелю. – Пойдем снимем номер!

– Свободных номеров нет. – В третий раз повторила администратор. И без того узкие губы, накрашенные темно-фиолетовой помадой, сжались в ниточку.

– «Номеров нет» и «номеров нет совсем» – две большие разницы, – пробормотала я по-русски, приглядываясь к мужчине на заднем плане. – Сэр, вы нам не поможете? – мой голос был максимально беспомощным.

– Конечно! – он белозубо улыбнулся, утонув на секунду в моем декольте. Объяснив ему ситуацию, я похлопала глазками.

– Номеров нет! – прошипела администратор.

– Конечно, конечно, – он углубился в изучение странички на экране, телом подвинув ее в сторону. – Есть один! Он забронирован, но въехать жилец сможет только завтра во второй половине дня. Можете снять его на ночь, и освободить к обеду.

Рассыпавшись в благодарностях на словах и в купюрах, мы зарегистрировалась на поддельные, конечно же, паспорта, и поспешили в номер.

– Малышка моя! – выдохнул Алекс, когда я прижала его к стене. – Ты творишь, что хочешь! Так нельзя!

– Конкретно сейчас мне хочется сотворить кое-что с мужем! – моя ладонь поползла вниз по его груди. – Ты против?

– Нет, но…

– Завтра утром мы уедем отсюда, хорошо? – я подтолкнула его к кровати. – Так что можешь прекратить волноваться и начать наслаждаться.

– Саяна!

– Алекс, ей-богу, заткнись уже! – не выдержали мои нервы. – И лучше по-хорошему, иначе привяжу к кровати и вставлю кляп!

Глава 10. Подготовка

Касикандриэра.

Сад наполнял звон скрещенных мечей и короткие выкрики на выдохе – мои и брата, Кассия. Сталь хищно вспыхивала, когда лезвие ловило солнечные лучи, и со свистом разрезала теплый воздух. Мы оба были одеты в костюмы для тренировок – темно-серые, плотно прилегающие к телу, и в какой уже раз отмечая их удобство, я с досадой жалела, что нельзя постоянно такое носить. Тяжелые платья, да еще с корсетами частенько, в которых душно, неудобно и приходится прибегать к помощи служанки и чтобы облачиться в это орудие пыток, и чтобы от него избавиться, это сущее проклятие прекрасного пола!

Так нечестно, мир несправедлив к женщинам с самого нашего рождения! Большинство мужчин кривится, услышав от повитухи «Девочка, господин». Хорошо, что наш отец не такой. Я покосилась на короля Аконта – что бы ни говорил Деметрий, он навсегда останется королем – папа внимательно следил за нашим с братом поединком, подбадривая то его, то меня.

Скрещенные мечи заскрежетали, Кассий надавил и, толкнув, заставил отступить к пышному кусту с увядающими атулиями – огненные лепестки вызывающе пышных цветов уже скукоживались. Что ж, брат сильнее физически, потому что мужчина, зато я хитрее – потому что женщина! У каждого пола свои достоинства и недостатки.

Мне не составило труда на первый взгляд неудачно отразить его следующую атаку и попасть в незавидное положение. Брат тут же обрушил на просчитавшуюся сестренку каскад рубленых с плеча ударов.

– Отличная скорость, Кас! – подбодрил отец. – Ри, не отставай!

И не собиралась! Подавив усмешку – уж папа точно знал, к чему ведет старшая – принцесса мельком глянула в небеса и, удачно подловив момент, поймала и солнышко, и Кассия в ловушку. По лезвию пробежал луч света. Легонько накренив меч, я стрельнула солнечным отсветом прямо в глаза противника.

– Тебе не одолеть девчонку, Кассий! – поддразнила я, изогнув бровь и покачивая оружием, пока он промаргивался. – Уже расплакался? – по его лицу на самом деле бежали слезы, но, конечно же, из-за солнца.

– Неправда! – возмущенно взревел брат, бросаясь на меня.

Разозленный соперник уже побежден – так меня учил отец.

Я скользнула в сторону, заставив Кассия сделать выпад в воздух, воюя с пустым пространством, и пнула по мягкому месту, придав скорости – для полета в кусты атулий. Смех отца разлетелся по саду.

– Умничка, – похвалил он, подойдя ко мне, – зазнаек надо учить! Но представляю, как будет бурчать садовник!

– Я ему пирог с кухни отнесу!

– Да шучу, он тебя обожает, дочка. Тебя все любят, родная.

Кроме родной матери, которая ненавидит. После скандала с Деметрием она вовсе не выходила из покоев. Наверное, это к лучшему. Потому что сероглазый следует за мной с того дня как приклеенный. Вон стоит, со скучающим видом глядя на нашу тренировку, словно на драку мелкотни в коротких платьицах, зазнайка.