Елена Амеличева – Древняя душа (трилогия + бонус) (страница 125)
- Ищи других кандидатов. – Я направился к двери.
- Беги, беги к ней, своей зазнобе! – понеслось мне вслед. – А она хоть знает, что ты еще девственник?
- Ты уверена? – Цета внимательно посмотрела на меня, собирающую вещи. И куда запропастилась моя щетка для волос? Все перекопала, нету ее! – Риэра, ты уверена, что должна это сделать?
- Нет. – Честно призналась я. Как ей объяснить, что после вчерашнего визита Люцифера думаю только о нем, хочу снова его поцеловать, обнять, быть рядом? Сама не понимаю, что это за шквал ощущений вдруг обрушился! Подобное чувствовала только к Гаяну. Но сейчас даже его лицо ушло на задний план, вижу лишь голубые льдинки глаз Люцифера. Чудеса какие-то!
- Что ж, тебе жить.
- Знаешь, мне кажется, Богиня хотела, чтобы я вышла за Деметрия и как-то смягчила его, что ли. Не знаю, получилось бы у меня или нет. Возможно, сгинула бы, пытаясь. Но может, в этом было мое предназначение? Спасти тех, кого смогла бы?
- Кто знает.
- Но вмешался Гаян, и все получилось по-другому. Боюсь даже думать, какую цену мой мир заплатил за это. Может, Деметрий уже всю планету в отместку в порошок стер.
- К чему ты ведешь, Риэра? – Цета присела на кровать и нахмурилась.
- К тому, что Люцифер – данный мне второй шанс. Он силен и… - я нахмурилась, подбирая слова, - амбициозен.
- Полагаешь, сможешь повлиять на него и помешать, - настоятельница тоже помолчала, - творить зло?
- Да.
- Детка, есть разница между тем, чтобы творить зло и быть злом.
- Ты такого о нем мнения?
- Чувствую в нем зачатки того, что способно прорасти небывалой тьмой и погрузить в нее весь наш мир.
- Тогда я нужна ему сильнее, чем думала.
- Риэра, скажу страшную вещь, но ты послушай. – Цета сложила руки на коленях и невидящим взглядом посмотрела в окно. - Во всех сказках да легендах всегда побеждает добро, верно? Так вот – это красивая ложь, не более. В жизни верх берет исключительно зло, всегда. Потому что добру его не победить, оно вечно и неизбежно гибнет в этой схватке. Тогда зло, оставшись одно, рано или поздно само уничтожает себя. И все начинается сначала. Это как с жизнью и смертью – последнюю не победить.
- Но в итоге, получается, зло все же оказывается посрамлено? – я почувствовала прикосновение к шее, провела по ней рукой и вскоре поняла, что это цепочка с кулоном-листом Офель порвалась. Вспомнились слова Аматара, который подарил ее: «Искренний дар перед древом – дар друга. Если цепочка порвется, вы в беде». Я отмахнулась от дурацких мыслей и повторила вопрос, - Цета, так как, в конце концов, выходит, все кончается посрамлением зла?
- Но добро для этого должно умереть.
- Может, оно для того и существует?
- Быть может.
Мы помолчали, думая о том, что не было сказано – ведь именно в этом всегда кроется самое главное.
Он вышел из темноты и направился ко мне. Белый пиджак длиной до колена, расшитый золотой вышивкой, такие же легкие брюки. Короткие светлые волосы и голубые глаза. Похож на ангела. Вот только по взгляду видно – этот ангел Падший.
- Все верно. – Мягко проговорил он. – Я был Ангелом. Давным-давно. А потом Отцу стало наплевать на нас, его первых совершенных творений. Он заинтересовался новой игрушкой – вами, людьми. Говорят, младших детей любят больше. С нами так и случилось. Но мы не подчинились. И за это были изгнаны с Небес!
- Так ты?.. – я не смогла это произнести.
- Люцифер. Верно. – Его губы тронула усмешка. Казалось, он забавляется ситуацией. А вот мне было вовсе не до шуток!
- Ты снился моей матери?
- «Тот, кто приходит ночью», - процитировал мужчина. – Да, это я. – Теперь твоя очередь видеть меня во снах.
- Почему?
- Неправильный вопрос.
- Зачем?
- Ближе к истине. – Он подошел ближе, и вместе с ним приблизилась тьма, что витала вокруг его фигуры, словно поглаживая Люцифера по плечам, рукам и волосам. – Твоя мать исполнила дарованное ей право, более в ней нет необходимости.
- Если посмеешь ее тронуть! – я задохнулась от злости и сжала кулаки.
- Дитя, ты восхищаешь меня! – расхохотавшись, сказал мужчина. – Такая порывистая, вспыхиваешь, как сухая трава от молнии! Готова пожертвовать собой, чтобы защитить дорогих тебе людей. Этим ты напоминаешь мне ее. – Его взгляд наполнился грустью, на лице появилась нежная улыбка.
- Кого?
- Узнаешь в свое время. Что касается твоей матери – я не собираюсь трогать ее. Если она не посмеет мешать моим планам, разумеется.
- Ты сказал, что она исполнила дарованное ей право, - напомнила я, - что это значит?
- Ей предначертано было родить сильное дитя, что способно позвать Богиню обратно. Тебя, Атапи.
- Причем здесь ты?
- Такая же, как Саяна, что на уме, то и на языке. – Он усмехнулся. – Не думала о том, что чрезмерная прямота может выйти тебе боком?
- Не сравнивай меня с ней! – ярость шипением сорвалась с моих губ.
- Да, тебя нельзя равнять с Ангелом! – в его глазах тоже полыхнула злость. – Ты недостойна пыль стирать с ее ног! А ведь когда-то она тоже была Избранной, как ты, ее выбрала ваша обожаемая Богиня. Но ей помешали исполнить предначертанное, и пошла череда воплощений во имя исправления ошибок – не ошибок Риэры, а того, что наворотили другие.
- Не понимаю.
- Тебе и не нужно. Выполни то, для чего создана, Атапи. Ничего более не требуется. Позови Богиню, открыв портал. Ангел придет туда сама. Более тебе ничего знать не надо. – Он прищурился, словно читая мои мысли. – А если посмеешь не подчиниться, твой обожаемый Рафаэль умрет – в адских муках!
- Я все сделаю. – Голос дрожал.
- Знаю, сделаешь. – Падший усмехнулся.
Тьма обняла его, неожиданно полыхнув в мое лицо непереносимым жаром и смрадом от сгоревшей плоти. Черный вихрь закрутился воронкой, и Люцифер пропал. Следом этот вихрь двинулся на меня. Безжалостная сила коснулась тела и обожгла небывалой болью, заставив изогнуться и закричать во весь голос.
- Атапи, проснись! Атапи!
Кто тряс меня за плечи. Я открыла глаза – надо мной нависала мать. Никогда прежде не видела такой тревоги в ее взгляде!
- Он явился тебе? – прямо спросила она. – «Тот, кто приходит ночью». Не отнекивайся, знаю, ты читала мои дневники.
- Прости, - стыд заставил отвести глаза.
- Атапи, не до этого сейчас! – взорвалась мать. – Отвечай на вопрос!
- Да, явился.
- Что он говорил?
Я кратко пересказала сон – если это вообще можно назвать сновидением, утаила только слова о Рафаэле, и в упор посмотрела ей в лицо.
- Не думаешь, что теперь ты должна мне кое-что рассказать, мама?
- Что ж, - она протяжно выдохнула, - ты права, пришло время.
Глава 7 Трон
Я вновь смотрела на Пандемониум с того же холма, с которого увидела его в первый раз. Город Падших вырос, обзавелся крепостями и замками, а в центре, оберегаемом широкими лентами вотчин Экзархов, блистал он – дворец Люцифера, словно несравненный бриллиант в короне. Несмотря на то, что небо казало темный лик, он переливался огнями, сиял изнутри белым светом и казался огромным кристаллом, устремленным ввысь.
Мое сердце учащенно забилось от восхищения этим произведением искусства. Но не только. Как ни странно, я предвкушала встречу с его господином. После того дня, когда он наведался ко мне в гости с тем приглашением на праздник, не могу перестать думать о нем.
Почему все так внезапно изменилось? Ведь совсем недавно намеревалась забыть мужчину и продолжать жить, как и до встречи с ним. Видимо, мне это свойственно – чувства к Гаяну тоже вспыхнули внезапно, да еще именно в то время, когда в душе зарождалась любовь к Деметрию, пробудившему мою чувственность.
Но несмотря на странность этих ощущений, они были мне приятны, будоража душу, сжимая сердце в сладкой тоске, заставляя глупую улыбку бродить на губах. Я пришпорила коня, и Красавец стрелой понесся к Пандемониуму, где меня уже ждали – чувствовала это сердцем.