Елена Амеличева – Древняя душа (трилогия + бонус) (страница 112)
- Соскучился по тебе, любовь моя! – он нежно поцеловал меня, с трудом дотянувшись до губ из-за живота. – Как ты?
- Лодыжки жутко отекают, - с удовольствием начала капризничать я. – Прилягу, пожалуй.
- Отличная мысль! – дракон помог дойти до постели. – Надо больше отдыхать.
- Подай подушку, под ноги положить.
- Держи, любимая.
- Да не эту, а вон ту, которая больше! – я с трудом подавила желание запустить в Асатара чем-нибудь тяжелым. Какой бестолковый дракон!
- Не надо метать в меня молнии глазами, любимая, - он подложил под мои лодыжки подушку и сел рядом на кровать. – Теперь мы можем поговорить?
- О чем?
- О стене.
- Опять? – я закатила глаза. Дракончик в моем огромном животе словно почувствовал мамино раздражение и заворочался. – Тихо, маленький, не обращай внимания, просто папа у нас никак не может уяснить, что Падшие – наши союзники! Его союзники, между прочим!
- Опять за свое! – Асатар вздохнул.
- Я говорила о стене с Люцифером, успокойся! Мы обо всем договорились.
- До или после того, как он начал ее возводить? – прищурившись, уточнил любимый.
- После. – Нехотя призналась я.
- Тогда он просто поставил тебя в известность задним числом, Алатара. И не сверкай гневно глазками, драконица моя, ты знаешь, что я прав!
- Чем эта проклятая стена так тебе не угодила, в конце-то концов?!
- А ты подумай, для чего они возводятся, эти самые стены. – Он улегся на бок рядом со мной и легонько сжал мою грудь. – Какая она у тебя стала, м-м-м! Пышная!
- Подумай, как же, - прошептала я, уже задыхаясь. – Как будто в таком состоянии можно думать!
- Тогда давай просто зашлем к демонам парочку наших надежных слуг, а сами займемся более приятными вещами, - Асатар потянул наверх подол моего платья, оголяя ноги.
- Каких слуг?
- Не забивай свою прекрасную головку, - продолжил искуситель, нырнув пальцами туда, где все уже горело в ожидании. – Сам займусь. Лучше скажи, зачем опять приходили кахары?
- Да ну их! – я изогнулась, изнывая от желания. – Никак пару нашему дракончику найти не могут! Он придирчивый у нас, ждет свою принцессу. У него будет идеальная нареченная, а не как у нас с Алатаром.
- Но второму принцу не ищут нареченную.
- Асатар, это твой сын! Он будет правящим принцем после тебя!
- Упрямая моя! Иди ко мне!
- Хорошо, - не в силах больше терпеть, я повернулась к нему спиной и прижалась попкой к тому, что уже было твердым. Как же неудобно ласкаться с животом! Быстрее бы наш малыш появился на свет! Хотя, если будем так заниматься любовью – постоянно и с упоением, то мгновенно заделаем второго. Ну и пусть, моему принцу нужны наследники!
Цветущая роща лкесы издалека напоминала желтое облако, усевшееся в низину. Медовый аромат окутал нас с Саром, когда мы спустились к ней с пригорка, оставив далеко позади разросшийся Пандемониум, в центре которого теперь сиял, словно огромный кристалл, почти достроенный дворец Люцифера.Этот Падший часто приходил к Мулциберу, ставшему моим другом. Мы проводили вечера за неспешными разговорами и прогулками. А дни я работала в лазарете, который организовала с нуля. Он всегда был полон, ведь строительство – тяжелая и опасная работа.
Но сегодня в кои-то веки взяла выходной. Выдался прекрасный теплый денек, и мы с Саром с удовольствием согласились провести его в цветущей и благоухающей роще лкесы вместе с Мулцибером, его возлюбленной-драконицей и их крошкой-дочерью, которую я приняла недавно в быстрых легких родах, что прошли у нас дома.
Сколько было тревог, ведь Эва – первое дитя демонов и драконов! Но малышка родилась с отменным здоровьем и идеальным характером – всегда улыбается! Самое интересное, что беременность продлилась недолго, несмотря на то, что обычно драконицы вынашивают детей раз в пять дольше. И обошлось без яиц, ребенок родился как человек.
А теперь у нас был еще и крошка Даниар – сын Аматара и Дайи, второе дитя драконов и демонов. Вот он как раз, сидит на руках у матери и цветет улыбкой, глядя на отца, который уже и думать обо мне забыл, не может надышаться на свою возлюбленную. О том, что я жива, он поклялся никому не говорить. Все они стали моими друзьями и семьей. Я люблю их, а детей просто обожаю. Эва, голубоглазая блондинка, в маму. А Даниар, наоборот, брюнет с зелеными глазами. Они стали Сару братом и сестрой.
Мы с ним подошли к этим счастливым семьям и после обмена приветствиями расположились под кронами лкесы, вдыхая медовый аромат. За шутками, смехом, поеданием разнообразной снеди время пролетело незаметно. Но во взгляде Мулцибера протаивала тоска, хоть он и старательно это скрывал. Поэтому, когда друг предложил прогуляться, я согласилась и, не зная, как подступиться к этой теме, спросила в лоб, едва мы отошли от рощи:
- Тебя что-то гнетет?
- Есть кое-что. – Мужчина вгляделся в деревеньку, что красивыми нарядными домиками уселась вдоль вьющейся вдалеке реки. – Меня беспокоит Люцифер.
- Ему не нравится дворец? – я приставила руку козырьком ко лбу, разглядывая рыбаков.
- О, нет, он-то ему как раз нравится. – Мулцибер невесело усмехнулся. – Проблема в том, что ему весь этот мир нравится.
- И что плохого?
- Риэра, Люцифер не удовлетворится дворцом, даже если тот будет самым прекрасным из всех. Ему всегда будет нужно больше. – Друг посмотрел на меня с тоской. – Видела, на окраинах начали сооружать стену?
- Нет.
- Это он приказал. Хочет отделить свои владения от земель драконов.
- Почему тебя это тревожит?
- Потому что вскоре Люциферу станет мало Пандемониума, он захочет владеть и тем миром, что за стеной.
- Почему ты так решил?
- Потому что ему нужно больше, чем у Отца.
- Но если судить по тому, что рассказывают Падшие, Отец владеет абсолютно всем!
- Вот именно. Риэра, после того, как он стал Отступником, проклятым самим Создателем, в его сердце образовалась огромная дыра, - мужчина с мольбой посмотрел в мои глаза, словно я могла что-то изменить, - она поглотит и уничтожит все, ее ничто не способно залатать! Эго Люцифера не насытится никогда!
Холодный порыв ветра толкнул меня в грудь. Рыбаки на речке начали поспешно сматывать удочки, увидев лиловую тучу, что выползала из-за горизонта вместе с диском темной луны, что казался зловещим оком, неприветливо глядящим на благоухающую рощу. Я с жалостью посмотрела на нее – лкеса только-только зацвела! Если поднимется буря, вся красота будет мгновенно уничтожена. Ведь она такая хрупкая!
Самолет взлетел. Градус напряжения тоже. Нет, я не думала о демонах-оборотнях и ведьмах. Должна была, но не могла, потому что взгляд Горана, сидящего напротив, скользил по мне, прожигая на расстоянии и заставляя чувствовать себя льдинкой в пламени газовой горелки. Я понимала, что ему это доставляет особое удовольствие, потому что супруг отлично знает - его жертва теперь тоже помнит полет, когда он заставлял меня ерзать на кресле в точности, как сейчас.
- Не получается? – наблюдающий за его издевательствами Ковач усмехнулся.
- Еще как получается! – мой санклит самодовольно ухмыльнулся.
Да, получается. Я могла смотреть в иллюминатор на безумно интересные белые облака, делать вид, что мне все равно, и ни черта у меня не горит каждый миллиметр тела, но Драган прекрасно видел сходящую с ума жилку на шее, румянец, покрывающий лицо и закушенную почти до крови губу. А сбегать-то некуда! Хотя…
Я встала. На лице мужа расцвела улыбка победителя. Но злая супруга потянулась, разминая затекшее тело и заодно демонстрируя себя во всей красе, уселась в кресло в соседнем ряду и взяла из люльки дочку. Маленький ротик поглотил бутон соска и сонно зачмокал. Палитра эмоций на лице Горана, который за секунду до этого напоминал гепарда перед прыжком, была непередаваема.
- Пойду-ка, пожалуй, - Ковач встал и направился дальше по проходу, хохоча в голос.
- Злая! – зацокал супруг.
- Почему? – ласково пропела я, следом начав кормить сына.
- Потому что. – Пробурчал он, с завистью глядя на малыша, сжимающего мамину грудь. – У них к тебе круглосуточный доступ.
- Можно подумать, у тебя нет! – фыркнула Ангел, чувствуя легкие покусывания. – Да не может быть! У тебя уже зубки режутся?!
- А вот я не кусаюсь. Наоборот, люблю, когда ты кусаешься, - промурлыкал Горан.
- Уревел. – Я положила сытого малыша в люльку. – Идем, Драган, покусаю!
В туалете, больше напоминающем шикарную комнату, я прижала довольно рычащего супруга к стене. Все было так же – моя рука в шевелюру, его стон, обжигающая кожа под ладонями, вкус поцелуя – нежность и страсть. И вот уже он во мне, мощный, яростный, нежный и бережный, берет и отдает, растворяется в нашем желании, купает в своем обожании и страсти!- Мой! – рычу я, прижавшись к любимому как можно крепче.
- Моя! – в ответ рычит он, заглянув мне в глаза и сверкнув хмельной улыбкой.
- Люблю тебя! – слова сами срываются с губ. Наслаждение накатывает мощной волной, взрывает сплетенные тела, соединяет воедино души.
- Люблю, - еще дрожа, хрипло выдохнул Драган.
Я подтолкнула его к дивану и, когда мужчина уселся, приземлилась сверху. Никогда не перестану его желать – так сильно, что даже больно. Лишь в стальном кольце рук Горана хочу быть всегда, отдаваться ему и вычерпывать мужа до донышка!