Елена Алябьева – Исторические сказки. Беседы о жизни людей в разные времена (страница 2)
Мальчик так увлекся, что уже не слышал то, что читала мама. Вдруг ему в глаза забил яркий свет. Витя подумал, что мама включила в его спальне свет, и зажмурился. Когда он приоткрыл веки, то обнаружил, что свет остался таким же ярким. Открыв глаза, мальчик понял, что находится не в спальне. Вокруг много людей в странных одеждах, как будто шла съемка исторического фильма.
Витя огляделся и понял, что находится в Москве. И в реальной жизни он жил в российской столице. Однако город показался ему странным. Перед глазами мальчика сразу возникла картина с изображением старинного Кремля XVII века, которую он видел в художественном музее. Витя подумал, что картина ожила.
«Неужели я попал в прошлое, в Русское царство? Оно же существовало четыреста лет назад! Я-то живу в XXI веке. Вот это скачок во времени! Значит, сказка стала машиной времени! Может, Пушкин знал, что его сказки могут перенести человека в прошлое?!»
Витя удивился и одновременно испугался. Он увлекался историей и вместе с папой изучал исторические энциклопедии. Мальчик умел читать, поэтому из книг узнавал о прошлом России.
«Что же теперь со мной будет? – встревожился Витя. – Я совсем один! Как я проживу без мамы и папы в Русском царстве?»
Мальчик попытался успокоиться. Он стал глубоко дышать, чтобы преодолеть волнение, как его учила мама. Вообще-то Витя был не из робкого десятка и быстро взял себя в руки.
Оглядевшись, мальчик увидел, что стоит посреди большого двора, обнесенного высокой оградой из бревен, заточенных сверху конусом. Витя заметил в ограде несколько ворот, но лишь одни, главные, были украшены надстроенными башенками с узорами. Затем мальчик увидел терем и крыльцо с остроконечной крышей, украшенное колоннами. по форме они походили на кувшины (были кувшинообразными). От крыльца вверх, на небольшую террасу, огороженную точеными перильцами, вела широкая лестница.
Маленький путешественник сразу вспомнил иллюстрацию к «Сказке о рыбаке и рыбке» А.С. Пушкина, на которой была изображена старуха в образе столбовой дворянки, стоящей на высоком крыльце. Витя оглядел терем снизу доверху и от удивления даже присел. Такое здание он видел только на иллюстрациях к сказкам. Деревянный терем был украшен башенками, резьбой и росписью.
– Вот это дом! Красота-то какая! Хотел бы я жить в таком доме, а не в многоэтажном! – воскликнул Витя.
Мальчик вспомнил свою поездку с родителями в музей-заповедник «Коломенское». Там он видел дворец-терем царя Алексея Михайловича, который правил в XVII веке. Красота дворца тогда поразила Витю. Терем боярина походил на царский, только поменьше.
«Я, наверное, попал в усадьбу боярина, – подумал мальчик. – Это хорошо. Может, и царя увижу. В Русском царстве правили не князья, а царь. Это я точно помню. Не зря мы с папой столько читали о жизни людей того времени. Помню, что бояре жили в Москве, были самыми богатыми и находились на государственной службе у царя. Это похоже на наше правительство во главе с президентом».
Витя стал внимательно разглядывать небольшую усадьбу (отдельный дом со всеми постройками). Мимо мальчика сновали слуги (работники для личных услуг и исполнения поручений боярина), но никто из них не обращал на чужака внимания. Витя не мог этого понять. Он решил обратиться к кому-нибудь из слуг.
– Извините, подскажите, пожалуйста, чей это дом? – спросил Витя у проходящего мимо слуги.
Слуга по инерции ответил:
– Это дом боярина Михаила Ивановича.
Он повернулся, чтобы посмотреть, кто его спросил, но никого не увидел.
– Свят, свят, – перекрестился мужик, – уйди от меня, нечистая сила!
Слуга куда-то убежал, а Витя понял, что стал невидимым. Это его сильно обрадовало. Теперь он мог беспрепятственно войти в дом боярина и понаблюдать за жизнью его семьи.
Обойдя усадьбу, мальчик заметил, что кроме жилого дома на дворе имелись баня, погреб для хранения продуктов, конюшня, сенник для хранения сена, сараи с разной домашней утварью, инструментами, садовым и огородным инвентарем и стойла домашних животных. На отдельном дворе стояли амбары для хранения зерна. Кроме этого, в боярской усадьбе располагались небольшой сад с фруктовыми деревьями и цветник.
Все постройки на боярском дворе были деревянными. Витя представил такую усадьбу в современной Москве с высотками, большими проспектами, метро и засмеялся. Хорошо, что его смеха никто не услышал. Скорее всего, такую усадьбу сегодня мог бы иметь богатый фермер в сельской местности.
Тут на крыльцо вышел хозяин с окладистой (широкой, густой, начинающейся от висков) бородой. Одет он был в широкую и длинную (до колен) рубаху, отделанную красным шелком, золотом и жемчугом, стянутую на поясе шелковым шнуром. Вместо пуговиц – две большие жемчужины. Роскошная одежда указывала на то, что перед Витей стоял боярин. Мальчик знал, что в Русском царстве бояре были самыми богатыми, некоторые из них – даже богаче царя.
Витя прошмыгнул мимо боярина в терем, чтобы посмотреть внутреннее убранство боярских
В доме Витя то и дело натыкался на слуг. Их было так много, что мальчик потерял счет. Одни готовили пищу, пекли хлеб, варили квас, выполняли столярные и кузнечные дела, шили и чинили обувь, ухаживали за лошадьми, другими домашними животными, пряли, ткали, вышивали и шили одежду. Другие убирались в доме и во дворе, ухаживали за садом и цветником, следили за внешним видом членов семьи боярина, топили печи в доме и бане и еще делали много разных дел по хозяйству. Они трудились весь день и всю неделю. Витя не заметил ни стиральной машины, ни пылесоса, ни газовой плиты, ни посудомоечной машины, ни другой полезной техники, которая была в его доме.
«Я бы не смог так много работать, – подумал мальчик, – хорошо, что я живу не в XVII веке. А боярином, пожалуй, я хотел бы стать».
Витя заметил, что слуги были одеты не очень привлекательно – в старую, заштопанную и застиранную одежду.
«Не балует своих слуг боярин, – подумал мальчик, – мог бы и получше их одеть. Сам-то вон в какой рубахе ходит, а слуги – в отрепьях».
Витя заметил, что с самого раннего утра около слуг постоянно появляются два человека. Они были лучше одеты и командовали слугами. У одного на поясе висела большая связка ключей. Он постоянно давал слугам какие-то поручения по хозяйству, отпирал и запирал кладовые, отсчитывал деньги, посылая за покупками, принимал покупки, проверяя, какие товары купил слуга и хорошего ли они качества.
«Это же ключник! – догадался Витя, – вон у него сколько ключей. Он, наверное, заведует всем хозяйством. С него боярин каждый день спрашивает, на что потрачены деньги. Трудная у ключника работа. За всеми слугами надо проследить, все проконтролировать, чтобы не попасть под горячую руку хозяина. А ведь тот и наказать может. Нет, ключником я не хочу быть».
Витя прокрался мимо ключника, когда тот ругал слугу. Он так кричал, что мальчик решил уйти. Мальчик так быстро рванул с места, что вызвал небольшой воздушный вихрь. Одежда ключника заколыхалась. Он сразу перестал ругать слугу и огляделся. К его удивлению окна и двери были закрыты. Ключник почесал затылок и даже забыл, за что отчитывал нерадивого слугу.
А Витя чуть не натолкнулся на другого управителя делами. У него не было ключей, но мальчик заметил, что он следил за тем, как вели себя слуги, усердно ли они выполняли свою работу. Об этом мальчик узнал, когда боярин позвал управителя.
– Дворецкий, – сказал хозяин, – иди-ка сюда. Доложи, как ты разрешил спор между Иваном и Никитой, как наказал виновного.
«Не хотел бы я оказаться на месте Ивана и Никиты, – подумал Витя. – Могут и розгами (прутом, срезанными тонкими ветками) выпороть. Мало не покажется. Особенно, если розги вымочат в соленой воде. Потом не сядешь и на спину не ляжешь».
Мальчик выскочил на улицу. Он боялся, что его заметит боярин и накажет за проникновение в усадьбу. День шел на убыль. Вечерело. Витя решил заночевать в сеннике. Он давно об этом мечтал. У бабушки в деревне не было домашних животных, и сено она не заготовляла. А в других сельских дворах имелись коровы и лошади, овцы и козы, которым зимой оно требовалось.
Однажды Витя с деревенскими ребятами играл на сеновале. Сено пахло травами и цветами. Сухие стебли немного кололись, но лежать на сене было приятно. Они с ребятами рассказывали смешные и страшные истории. На сеновале страшные истории воспринимались более таинственно. После этого Витя попросил дедушку накосить для него травы и высушить ее.
Мальчик удобно устроился на сене, накрылся старым кафтаном[4], висевшим на гвозде, и крепко уснул.
Проснувшись утром и потягиваясь, Витя услышал разговор двух слуг, остановившихся около сенника.
– Мне за этот год боярин заплатил десять рублей, – сказал один, – да еще новую рубаху пожаловал.
– А я всего два рубля получил, – печально сказал другой, – хорошо еще, что кормят, а то бы на такие деньги не прожил.
– Нас боярин кормит и жалованье платит. Стрельцы же тяжелую службу несут, а получают за месяц всего один рубль. За год же – всего двенадцать рублей. Я слышал, что стрельцы возмущались: им платят мало, а полковник получает аж четыреста восемьдесят рублей в год и сорок рублей в месяц!