Елена Аксенова – Русская сказка (страница 19)

– Да, но вы пример правильного супружества.

– Ты знал, что Александра приедет?

– Бабу всегда действует прямо, – они продолжали смотреть в окно, им не нужно видеть лица друг друга, чтобы понимать. – Но мне нужна была ваша поддержка. Я собираюсь показать ему истинное лицо этой дамочки. Без вас не обойтись.

– Как помочь остановить этот произвол?

– Лишить его наследства, – повисла пауза. Феликс спиной чувствовал негодование дяди. Он ждал объяснений, потому что это последняя мера, на которую можно было рассчитывать. – Я понимаю. Но только когда он останется без денег, ее сущность вылезет наружу. Доверьтесь мне.

– На его месте, я после этого никогда бы не заговорил с отцом.

– Порадуемся, что вы не на его месте, дядя.

Аврора проспала до самого обеда. Ночью она никак не могла уснуть, беспокойно ворочаясь в кровати. Князь, церковь, нехватка воздуха. Все по кругу, снова и снова, снова и снова.

Каждое нарушение режима приводило к головной боли и выброшенному из жизни дню. Девушка неохотно разблокировала телефон. Ни одного пропущенного вызова или сообщения. Интересно, если бы с ней что-то случилось, через сколько ее обнаружили близкие? Родители все еще веселились в Риме, продлив свою поездку. Она обижалась, но никогда бы не сказала об этом, только не им.

Киноафиша оповещала о выходе очередного ужастика, который заранее разочаровывал описанием. Но делать было нечего, поэтому Аврора заказала онлайн билет в ближайший кинотеатр на Чистопрудном бульваре.

Через полчаса она уже выбежала на свежий зимний воздух в единственном пуховике и смешной белой шапке. Вишневые ботинки топтали малюсенькие наросты гололеда рифленой подошвой. Аврора бежала через весь бульвар за излюбленным бутером с индейкой в «Братья Караваевы» и нежнейшим латте в стакане на вынос.

Крупные снежинки медленно покрывали прибранную улицу, начинался снегопад. Касса с радостью обменяла электронный билет на бумажную копию, Аврора спрятала пакет с едой в сумку и незаметно пронесла кофе.

Кинотеатр «Ролан» был рядом с домом и почти безлюдным в любое время и сезон. Там всегда было немного прохладно и крайне уютно. Неспешное покрывало воды в фонтане, мягкие диваны в зале ожидания и самые яркие картины на стенах, соседствующие с модными афишами. В этом здании располагалась галерея по совместительству.

Уже хорошо знакомая бабушка-контролер улыбнулась девушке издалека. Вход со своими напитками и едой был запрещен, но на ее нарушения стражи порядка смотрели сквозь пальцы.

– Опять на всякую жуть пришла смотреть! – старушка, укутанная в вязенку оторвала краешек билета и осуждающе окинула взглядом свою любимую посетительницу. – Кто ходит в футболке в такое время года! Ужас!

Аврора вежливо улыбнулась и погладила изображение Джеймса Хэтфилда. Ее вкус к одежде всегда отличался разнообразием: от дырявых джинсов до строгих юбок-карандашей. «Ты соткана из противоречий, дорогуша», – так говорил Андрей, непризнанный музыкант и ее последний парень. Он был хорош собой, красиво ухаживал и единственный носил наушники чаще Авроры. Бывало они проводили всю ночь за спорами о бас-гитаристах или Бетховене, а потом ели шаурму, запивая газировкой. Да, за 3 месяца романа она набрала 5 лишних кило и глубочайшее разочарование в творческих людях. В поисках музы, он увлекся ее подругой Дашей и больше никогда не появлялся в ее жизни. По крайней мере честно.

Мягкое сидение пустого зала и полумрак, реклама еще не началась. Аврора достала горячий бутер и с удовольствием откусила хрустящую корочку. Теплый хлеб и мясо с салатом заставили прикрыть глаза от удовольствия. Как же хорошо, когда у тебя выходной.

– Это уже не смешно, – Феликс навис над ней в пальто. – У тебя что-то на футболке, – пока девушка отчищала часть салата, краснея от стыда, он скинул верхнюю одежду и сел на соседнее кресло.

– У вас что место рядом?!

– Нет, я никогда бы не сел в пустом зале рядом с кем-то, – Юсупов закинул ногу на ногу по светскому этикету и повернулся к Авроре, которая все еще не отрывала от него взгляда. – Есть приличия. Я тебя знаю, было бы неудобно игнорировать твое присутствие, хоть и приятно.

– Не думала, что вас можно встретить в таком месте, – девушка проявила сарказм. Она представляла князя в собственном домашнем кинотеатре в шелковом халате и с толпой слуг.

– Да, иногда и Боги сходят с Олимпа.

Они молча смотрели ужастик среднего качества. Аврора чувствовала, как на кресле появились иголки дикобраза. То и дело она пересаживалась на сиденье, боясь задеть случайно руку Феликса. На нем был костюм цвета мокрого асфальта, и черная рубашка в цвет волос. Однозначно, он был похож на человека с обложки журнала «Сноб». Такой стильный, такой недосягаемый, такой обаятельный.

– Ты в курсе сколько стоит мой костюм? – Юсупов говорил тихо, хотя в зале они были совершенно одни. – 350 000 рублей. Примерно.

– А мне эта информация зачем?

– Стоило оповестить тебя о возмещении ущерба. Ты протрешь на мне дырку своими глазами.

Девушка покраснела, что было заметно даже в редких вспышках экранного света. Феликс смотрел на нее с умилением, ее простая красота была завораживающей. В отличии от женщины, мужчина может себе позволить, что называется «пялиться в наглую». Да, несомненно, он встречал много женщин эффектнее и сексуальнее. Она бы никогда не смогла составить конкуренцию Джен или ее подругам, но было в ней что-то интригующее, и это не футболка с каким-то разъяренным рок-музыкантом.

– Стесняешься доесть при мне? – молодой человек быстро остыл к сюжету типичной страшилки, но уходить не хотел. С детства он любил кинотеатры, их атмосферу. А тут еще и необычная собеседница.

– Какие глупости! Я просто уже сыта, – Аврора врала, и они оба об этом знали. Кусок бы процарапал ей горло, но так и не попал в желудок. Она знала это и ждала окончание дурацкого фильма, чтобы расправится с остатками завтрака дома. Можно было уйти, но это бы значило проигрыш Его Светлости.

– Где твоя подруга?

– А где ваш брат?

Снова повисла пауза. Разговоры заходили в тупик и такого мучительного диалога ожидали оба. Но пока Аврора грезила мыслями о том, как сбежит, Феликс думал, как ее остановит. Ниточка за ниточкой он выбирал пути продолжения их общения и свято верил, что это чистой воды любопытство.

– Характер у тебя достаточно скверный.

– Скажите это своему отражению в зеркале, – хорошая подколка, но смешно не было. Почему-то стало стыдно.

– Да, общение у нас не выходит, – он вздохнул, понимая, что для любой женщины это настоящий вызов, проверка ее способностей. Так уж устроен человек. – Какие планы у тебя на сегодняшний день?

– Притворяться, что я тюлень, несправедливо выкинутый в мир людей, – довольная своими выходными, Аврора растянулась в улыбке и впервые немного расслабилась. – У каждого человека должен быть один день ничегонеделания в месяц.

– Интересная теория, – Феликс не помнил, когда в последний раз разрешал себе целый день не заниматься делами. Кажется, всю жизнь он работал без выходных. – Но я привык с пользой проводить свое время.

– От этого можно получить расслабление. Вы же постоянно в напряжении! Когда у вас был отпуск в последний раз? – никакой информации. Он уставился на экран. – Серьезно? У вас никогда отпуска не было?

– Я много путешествую, просто люблю оставаться в курсе последних новостей во всем, что касается моей работы, – было что-то оправдывающиеся в его голосе, отчего стало не по себе. Почему он вообще должен объяснять свои решения? Кто она такая? – Если ты не рядовой сотрудник, нельзя быть беспечным. Твое участие требуется постоянно.

– А как же личная жизнь? Семья?

– Моя семья всегда стоит на первом месте, – на экране мелькали странные сцены, но двое уже повернулись лицами друг к другу, забыв о месте и времени. – Я бы не поставил работу выше. Никогда. Мой отец в детстве часто пропадал в компании, я его почти не видел. Это было сложно, – стоп, стоп! Никаких душевных разговоров! Но он не мог остановиться, слова лились потоком, неиссякаемым Гангом. – Помню, мне было пять. Утренник в детском саду…

– Неужели, вы ходили в обычный садик?

– Не говори глупости, это было учреждение для элитных детей. Но суть не в этом. Я должен был рассказать стихотворение на 2 страницы, сложное и запутанное, долго учил его с бабу, старался. В общем, ждал его до последнего, но он не пришел. Я остался один, без поддержки и опоры.

– А Анна Феликсовна?

– Поехала к Артуру, он подхватил кишечный грипп. Была уверена, что отец заменит ее на вечном посту и поучаствует в моей жизни.

– Мне очень жаль, – ее сердце сжимала обида за маленького человека, от которого отстранился родной отец. – А где была ваша мама?

– Я не знаю свою мать, – впервые он произнес эти слова с ощущением облегчения. Кажется, еще ни с кем он не говорил так свободно о самой больной теме в своей жизни. – Она ушла, когда я был не в состоянии запомнить ее лица.

– Вы никогда ее больше не видели? Она не пыталась заговорить с вами?

– Не стоит меня жалеть, – Феликс улыбнулся, искренне и без притворства. Сегодня он почувствовал, что этот тяжелый камень стал немного легче. – Я крепкий орешек, меня такими вещами не сломить.

– Да уж, – Авроре хотелось согреть его своей добротой, обнять. Почему-то она была уверена, что это не просто болтовня, что он доверил ей нечто сакральное, что-то самое дорогое. Теперь ей придется следить за этим.