Елена Аксенова – История одного злодея (страница 9)

– Буйствовала, – мужчина постарше ласково провёл рукой по своему массивному колену. – Мы без вреда.

– Что кричала?

– Требовала главного.

Тут Астарот замешкался. Что если эта лиса решила провести его и сдать Люци со всеми потрохами. Как удачно бы всё для неё развернулось. Как нелепо бы выглядел сам Астарот. Втихую от начальства притащил наркоту заложнице. Все бы подумали, что он повелся на её миловидность и потёк. Люци бы пришлось что-то с этим сделать, слишком много всего происходило, слишком много раз Астарот ходил по краю.

Но откуда эта девица в курсе их дел? Да и зачем ей это надо?

Ответ лежал связанным внутри и Астарот открыл дверь. Комната была наполнена дневным светом, мягким и тёплым. Летний день длился долго, а от воздуха вокруг Замка внутри всё тоже пропитывалось какой-то волшебной энергией. Всё-таки дизайнер отлично потрудился над каждой комнатой в Замке. Эта выглядела тонкой и изящной, как запястье азиатской девушки, показавшееся из-под кимоно.

Под усилившиеся мычания Ани он прошёл к окну, поглаживая в кармане увесистый пузырёк морфия. Он знал, что выбросит его, как только выйдет из этой глубоко дамской комнаты.

– Значит ты решила, что тут самая умная? – Астарот с его красивым и холодным лицом выглядел старше обычного. – Ты подумала, что, поссорив меня с Люци, сможешь подобраться к нему ближе, да? – его самообладание уходило сквозь пальцы, голос дрогнул, но он держался. – Так ты ошиблась в расчётах, дрянь. У тебя не будет ни шанса поговорить с Люци, ни морфина. С сегодняшнего дня ты бросаешь свои пагубные привычки.

С деловым видом он удалился, надеясь, что был хоть немного похож на своего начальника.

Анна, всё ещё связанная, рассмеялась. Господи, надо же быть таким дураком!

Ресторан на воде на Чистых прудах отличался экстравагантной кухней и тихими пейзажами. Легкие вибрации воды предавали любым встречам шарм, как и свежий воздух.

Семён Карлович сидел за лучшим столиком, слегка вдали от остальных посетителей. Все официанты одаривали его радужной улыбкой, обязательно уточняя, нужно ли ему что-то для хорошего настроения.

– Нет, нет, спасибо. Я попробовал балканский хлеб, прошу вас передать шефу, что тесто просто великолепно! – мужчина по-французски поцеловал свои пальцы и молодая девушка в переднике хихикнула.

– Хороший он всё-таки мужик, – бармен перевалился через стойку к своему приятелю и аккуратно сунул ему бокал дорогого вина. – Если в мою смену приходит, я всегда ему по высшему разряду наливаю.

– Большой чай оставляет?

– Да нет, обычный.

– Так чего тогда ты распинаешься?

– Просто хорошему мужика не западло приятно сделать!

Семён Карлович осмотрелся на своих соседей. Гостей в ресторане было немного, лето так и выгоняло всех горожан на прогулке. Удовольствие есть на улице и дышать июльским ветром нельзя было сравнить с просиживанием штанов пусть даже в хорошем ресторане. Офисные клерки с радостью падали в объятия активному образу жизни под стаканчик карамельного айс-кофе.

По своему виду Пугин ничем не отличался от обычных людей. Он лёгкими движениями резал закуску, макал хлеб в зеленоватый соус и с преувеличенным, но естественным восхищением проглатывал кусок.

– Приятного аппетита, Семён Карлович, – Люци появился неожиданно, но настоящий дипломат не покажет гостю, что тот не вовремя.

Он был одет как всегда приметно, и немного вульгарно. Его круглые очки и нагловатая, но обаятельная ухмылка явно привлекла внимание дам за 30, которые скучающе пили вино в дальнем углу.

– Пошлешь им бутылочку кальвадоса? – Пугин еле заметным движением кивнул на нужный стол, но Люци не обернулся.

– Им бы кого помоложе и попроворнее, Семён Карлович, – он с улыбкой отказался от меню, заказав свежевыжатый морковный сок со сливками и греческий салат.

– Следишь за фигурой?

– Стараюсь. Надо же как-то за тобой угнаться.

Они дружески посмеялись и пожали руки. Тогда Люци и снял очки, отметив густую бороду Асмодея с другой стороны пруда. В этот раз вопрос был серьезный, поэтому Люци подготовился тщательно.

– Слышал, у тебя появились гости, – Пугин долил молока в свой кофе и благословил Бога, что Клава не видит, что он пьёт. – Достаточно знаменитые в определённых кругах.

– Есть такое, – слегка обвисшие щёки его соседа сотрясались от глотков, но его возраст почему-то украшал.

– Понимаю, что пригласил ты их не просто так, но вопрос в том, когда всё-таки они тебя покинут.

Разговор смолк при виде прекрасной официантки с оранжевым стаканом на подносе. Она оставила его возле Люци вместе со сливками, и горячо улыбаясь Пугину спросила, требуется ли что-то ещё.

– Ещё один кофе, так, чтобы можно было долить молока – его тёплые карие глаза блеснули, отчего девушка зашлась краской.

– Что-то ты разошёлся, Семён Карлович.

– Пользуюсь отсутствием Клавы, – он осушил чашку одним заходом и отставил её в сторону. – Сам знаешь, она женщина не из робкого десятка.

– Да уж, – Люци смешал сливки с соком и отпил немного, припоминая как Клава обошлась с мвдшнками, вломившимися в их дом прошлым летом.

Они немного помолчали, глядя на воду. Спокойный пресный пруд собрал возле себя целые толпы москвичей и тех, кто был очень близок к этому. Дети, женщины, собаки. Всё смешалось в доме Облонских. Под эту уютную тишину официантка принесла салат.

– Может, попробуете лавандовое мороженое? Шеф предложил.

Пугин был тут постоянным клиентом, и как-то раз умудрился переговорить с поваром, когда тот возвращался с перекура.

– Я с удовольствием, – он принял от неё новую чашку и любезно отдал ту, что уже осушил. – И ещё дну порцию моему другу. Я настаиваю.

Такому Люци не смог бы сопротивляться. Так он понял, что вернуться домой засветло ему не удастся. Асмодей напряженно ходил из стороны в сторону, кто-то принёс ему шаурму из соседнего здания.

Глава 7.

Вечер ступал ленивыми летними шагами по знойному горизонту. Было уже около 9 вечера и машина Люци неспешно подрулила к Замку.

Встреча с Пугиным создала самые приятные впечатления, но с учётом ужасающей прошлой ночи, глава преступного синдиката, великий и ужасный, хотел выпить стакан апельсинового сока и выспаться полноценным 9-часовым сном.

Мужчина медленно вылез из своего розового зверя и помахал рукой Бельфегору. Тот залился от счастья, но у Люци не было времени об этом думать.

Чёрный ход для своих располагался прямо у центральной лестницы. Хитроумный архитектор расположил тайную дверь так, что из-за игры света и тени её невозможно было заметить. Да и не надо.

В своей лысеющей голове Люци всё ещё отчаянно пытался проанализировать предложение Пугина, сыграть партию с максимальной выгодой для себя, но предательски ум лежал тухлым моллюском и не шевелился.

«Старость,» – подумал Люци, кивая очередному охраннику.

Как же хотелось спать.

Чтобы дойти до такой далекой комнаты и не потерять сознание от усталости, Люци достал из драгоценной шкатулки своё самое дорогое воспоминание. Светлый образ Далии, укрытой тысячей платков, озарил сознание и всё тело пронзила глухая боль.

Время лечит, так говорят знатоки. Но что, если рана – это единственное напоминание твоей человечности? Люци знал, что если позволить жизни залечить это, он потеряет смысл, из-за которого хотел просыпаться. Не хотеть забывать, помнить вечно. Это то, что он обещал. А нарушить слово, значит перестать быть мужчиной, перестать уважать себя.

– Люци! – Астарот окликнул его прямо у дверей спальни.

– Не сейчас, – мужчина не обернулся и вошёл в свою комнату.

Охранники тут же преградили путь беспечному парню. Конечно, будучи любимчиком шефа, он пригрозил церберам и попытался войти ещё раз, но те слишком хорошо знали, что бывает за нарушение правил.

Если Люци захочет поговорить, он поговорит. И не дай Бог навязать ему чьё-то общество.

Астарот обречённо кинул проклятья (естественно так, чтобы его не слышали) и удалился.

Он мог поехать в клуб, в бар, на любую закрытую вечеринку. Но пальцы вертели пузырёк морфия и это жгло его взбунтовавшееся сознание. Какой же он наивный дурак! Как легко подловить его! Ведь Астарот был всего в шаге от бездны и вовремя посмотрел вниз. Все пытались надуть его, считали глупцом и с этим он никак не готов был мириться.

Охрана у комнаты Ани вальяжно сидела в креслах. По требованию Люци все посты менялись каждые 2 часа. Это было хорошее время, чтобы концентрироваться на происходящем, уделять внимание деталям. По прошествии этого периода одна смена уходила в домик отдыха (прямо за Замком), а другая заступала на дежурство. У двух других смен в этот день был выходной. Платили им не мало, Люци не жалел грязных денег ради своей безопасности. К тому же, у него был целый штат сотрудников, нуждающихся в защите. Халатное отношение к чему угодно неминуемо влечёт погибель. Многие побывавшие в этом Замке пали жертвой своего непрофессионализма. Люци не прощал оплошностей.

От того его отношение к Астароту у многих вызывало вопросы, которые никто и никогда не произносил даже в полголоса.

– Как эта? – молодой человек состроил самую безразличную свою гримасу, но охрана и не пыталась разгадывать фокусы. Им было безразлично всё, кроме порученного дела.

– Ребята сказали, что за день так и не поела, – начал рыжеволосый парень лет двадцати. – Кричала много, но как только кто-то заходит – велит выйти. Люци доложили, он велел передать информацию вам.