Елена Абрамкина – Театр хаоса (страница 14)
Она вышла из кабинета замглавы МинМагии и направилась на этаж следственного отдела. Все комнаты допроса были закрыты заклинаниями, в коридоре горел красный свет и противно жужжали стационарные кристаллы ментальной магии.
«– Павел, где допрашивают неучтенного?»
«– В тридцать пятой. Леди Олрикс, без охраны не ходите! Мы сейчас прибежим с ребятами».
Кира проверила коридор на наличие ловушек и неспеша двинулась вперед. Спустя пару минут к ней присоединилась четверка из службы безопасности.
– Леди Олрикс, – парни синхронно поклонились.
Кира молча бросила Павлу печать Истины и приступила к экспресс-допросу.
Через пять минут в сопровождении слегка ошалевших после допроса парней она стояла напротив тридцать пятой комнаты и с интересом разглядывала дверь. Та была запечатана на три очень сильных амулета, и никто из ее сопровождения не имел навыка противодействия им.
Кого могли допрашивать с такими предосторожностями? Кто мог попасться? Ларис? Было бы логично, уж очень велик соблазн допросить того, кто продает и покупает информацию. Но Лариса нужно допрашивать не здесь, а в тюрьме, иначе с него ментальную защиту не снять никакими печатями. К тому же, на нем по печати Тишины на каждую мало-мальски важную новость, так что даже снятая ментальная защита ничего не даст, он скорее умрет, чем что-то скажет. Может, кто-то из покупателей? Просто, чтобы создать прецедент. Вероятнее всего.
«– Маркус, тут следаки окопались амулетами, мне нужен кто-нибудь из саперов».
«– Настурций чист, сейчас его пришлю».
Настурций Винкс, двухметровый бугай со свернутым на бок носом, был новый начальник службы безопасности. Он, пошатываясь, вышел из портала, и умоляюще посмотрел на Киру:
– Леди Олрикс, прошу Вас! Я не могу работать под ментальным контролем.
Кира протянула ему амулет и кивнула на дверь:
– Да, Настурций. Помоги нам, пожалуйста, дверь открыть.
– Это там что ли золотого допрашивают? – хмыкнул Настурций, осматривая ауру двери. – Кого ж они там поймали?
– Кого бы не поймали, эта информация не должна выйти за двери Министерства! – отрезала Кира.
– Будьте спокойны, леди Олрикс. Меня уже клятвой запечатали. Посторонитесь немного.
Кира махнула парням и отошла в сторону. Настурций задумчиво потоптался у двери, пошевелил пальцами, почесал свой многострадальный нос и пинком открыл дверь. Та щелкнула, вспыхнула и рассыпалась прахом.
– Пожалуйте! – оглядывая помещение и отряхивая руки, довольно улыбнулся маг.
Парни из службы безопасности шмыгнули внутрь, Кира хотела было последовать за ними, но Настурций преградил ей проход:
– Нет, леди Олрикс, это может представлять опасность для Вас. Ребята сами разберутся. Или меня позовут.
– Хорошо, – Кира наскоро прощупала ментальный план мужчины и кивнула. – Золотого ко мне в кабинет, если он жив.
Когда через десять минут Павел сообщил, что доставил допрошенного к ней в кабинет, и тот начал приходить в себя, Кира распрощалась с Маркусом и, сжимая в ладони кристалл резерва, направилась к себе. За десять минут они успели допросить двадцать человек, из них двое знали о заговоре и сдали еще пятерых. Но до головы этой шайки пока не добрались.
Павел встретил ее в дверях и, нервно кусая губы, пропустил внутрь. На диване, массируя виски, сидел бледный и измученный профессор Рей.
– Павел, спасибо. Оставь нас, – не отрывая взгляд от профессора, медленно произнесла Кира.
«Что ж, это повод поговорить».
Кира вытерла вновь выступившую под носом кровь и, стараясь не шататься, прошла к креслу. Профессор с замиранием сердца следил за каждым ее шагом, вздрагивая и подскакивая на месте каждый раз, когда колени девочки предательски подгибались. Кира дошла до кресла и почти упала в него. Камин вспыхнул, дотянулся огненными пальцами до потолка и расползся по нему, подбираясь к люстре. Кира усилила купол тишины, проверила емкость поглотителей и активировала защитный амулет, потом медленно выдохнула и протянула профессору кристалл резерва.
– Как Вы себя чувствуете, лорд Роттерфорд?
Ингвар попытался вскочить, но диван резко выбросил тонкие магические щупальца и схватили мага за запястья. Тот зарычал и задергался в путах, с отчаянием глядя на девочку:
– Кира, Вы с ума сошли?! Сейчас же уберите ментальный контроль, Вас же откатом убьет!
Кира успокоила камин и с интересом посмотрела на профессора. Тот обессиленно откинулся на диван и, часто дыша и облизывая пересохшие губы, смотрел на нее полными слез янтарями.
– Кирочка, – голос Ингвара задрожал, он проследил, как девочка вытерла рукавом не останавливающуюся уже кровь, и побледнел. – Ну пожалуйста, Кирочка! Не мучайте себя! И меня…
Кира поманила рукой огонь, быстро смахнула им следы крови с лица и тяжело вздохнула:
– Помогите мне, лорд Роттерфорд.
Ингвар встрепенулся, снова попытался вскочить с дивана.
– Конечно, Кирочка, конечно! Только развяжите меня, пожалуйста.
Кира напряженно оглядела его ауру. Резерв медленно, но неотступно падал, и ни близость источника, ни кристалл его не восстанавливали. Перед глазами промелькнул взрыв источника, окровавленная рубашка профессора, а следом за ними – золотые ножницы. Кира смотрела на измученное лицо дракона и видела тонкую золотую нить с узелком у самого кончика.
– Я развяжу, если Вы пообещаете не вставать. Вам нужен покой, – она выдохнула и резко оттолкнулась от подлокотников. – Сейчас я заварю восстанавливающий чай, должно стать легче.
– Кира, давайте я нашей магией поделюсь, она хорошо боль снимает. Уровней семь может снять, – Ингвар, не мигая, следил, как девочка дрожащей рукой бросает в стеклянный чайник несколько ярких бутонов.
Голова гудела, как стенки колокола, удерживать ментальный контроль становилось все труднее. Кира вспомнила бархатистую магию и чуть не застонала, представив, как она прокатывается по телу, унимая боль и освежая сознание. Уровень боли почти доходил до рабочего, и если сейчас снять хотя бы пять уровней, сил может хватить еще на пару часов. А ей еще допрашивать и приводить к присяге две трети Министерства…
Кира снова скользнула взглядом по ауре профессора. Резерв продолжал падать, хотя уровень боли был достаточно низкий, а ментальный контроль на него, похоже, не подействовал. Нет, его сейчас вообще трогать нельзя. Даже слабый ментальный допрос может скачком обрушить резерв. Нет. Слишком опасно. А снова спорить с Хароном за его жизнь… Кира содрогнулась.
– Благодарю, но мне нужна другая помощь, – она плеснула в чайник воды и обняла ладонями стеклянное дно, медленно выпуская огонь.
– Ох, да все, что попросите, Кирочка! – Ингвар отчаянно ловил ее взгляд, искренне желая хоть чем-то облегчить ситуацию.
«Да что же мне с Вами делать, лорд Роттерфорд?!»
– Зачем Вы искали порошок из зуба дракона? – выдохнула Кира, стискивая руками бурлящий чайник. – У Вас нет на него лицензии. Если бы Вас поймали с этим порошком, то говорить бы Вам пришлось с Маркусом или даже лордом Олриксом. И я сомневаюсь, что они не узнали бы Ингариона Роттерфорда.
Несмотря на опасения Киры, дракон отреагировал достаточно спокойно, он усмехнулся и поднял на нее чуть прищуренный взгляд:
– Они не знают?
– Нет, – Кира налила чай в две белые кружки и протянула одну из них профессору. – Пейте. Вам нужно восстанавливать силы.
Тот опустил янтарные глаза к кружке и губы дрогнули в улыбке:
– Спасибо, Кира. Я думал, меня из-за этого сюда и притащили.
– Тогда мы бы сейчас не сидели в моем кабинете, а искали политического убежища в дальних странах, – Кира усмехнулась, разглядывая дракона. Он был не такой старый, как показалось в первые минуты разговора. Рыжие бакенбарды были сбриты, и на четко очерченных скулах виднелись светлые точки, янтарные глаза задумчиво следили за отсветами огня в кружке, а губы то и дело вздрагивали в улыбке.
– Думаю, бесполезно спрашивать, откуда Вы знаете о предмете моих поисков, – не поднимая взгляд от красноватой жидкости, усмехнулся дракон. – Я действительно искал порошок из зуба дракона. – Улыбка исчезла, и дракон обеспокоенно посмотрел на девочку. – Я же знаю, что Вы последняя из сильнейшего демонского рода. Я чувствую, что Вы одной крови с Киарой Роттерфорд. Одной крови с нами. И Вы не представляете, Кира, как много это для нас значит! Мы искали потомков Киары больше тысячи лет! И нашли, когда уже утратили надежду. Но этот потомок бросается в руки всем опасностям, которые может собрать. И по пятам за ним идет Орден Черного Волка. – Дракон вздохнул и улыбнулся девочке. – Я просто хотел сделать Вам амулет, Кира. Защитный амулет на крови. – Он вздохнул, стер улыбку и снова опустил глаза к кружке. – Теперь Вы знаете все, леди Керинар. И даже если это яд, большего я бы Вам все равно не рассказал.
Кира вздрогнула, когда дракон резко выдохнул и поднес кружку к губам, и подалась вперед:
– Стойте!
Ингвар замер и медленно поднял на девочку по-детски обиженные глаза.
– Не надо залпом пить чай, – выдохнула Кира и пригубила из своей кружки. – Он же только закипел.
Дракон несколько секунд с сомнением смотрел на нее, потом снова обратился к кружке и осторожно коснулся губами красноватой жидкости.
Ингвар наконец выплеснул то, что мучило его последние несколько недель, и теперь, казалось, успокоился. В глазах его, то и дело обращавшихся к ней, больше не читалась паника и отчаяние, там было счастье. Простое счастье обретения того, что так давно искал. И даже приправленное грустью и беспокойством, счастьем оно быть не переставало. Дракон допил чай и осторожно поставил кружку на стол, с улыбкой разглядывая девочку. Но Кира не могла разделить его радости, она внимательно следила за аурой дракона и все больше нервничала. Резерв продолжал падать, и даже концентрированный восстанавливающий чай, который, Кира знала это на собственном опыте, при абсолютно пустых резервах восстанавливал магию за считанные секунды, не оказывал должного эффекта.