Елена Абрамкина – Печать клятвы (страница 15)

Ингвар рассеянно закивал, подстраиваясь под ее шаг и постепенно приходя в себя.

«Что произошло? Морок?»

Он беспокойно глянул на танцующих. Если Олрикс заметил его безумный порыв, допроса ему не избежать!

– Никто ничего не видел. – Тихо произнесла Кира. – Иллюзия.

«Иллюзия, – мысленно повторил Ингвар и вновь посмотрел на девочку. – Она еще и иллюзию держать умудряется в таком состоянии?!»

Танец закончили молча. Ингвар осторожно провел девочку к фуршетному столу, передал Климентину и в задумчивости отошел.

Глава 9

Климентин о чем-то долго переговаривался с Эрнстом по ментальному каналу, потом развернулся к сестре:

– Я не пущу тебя на экзамен без поглотителей, Кира. Ты просто не сможешь соображать нормально с таким уровнем боли.

Кира неотрывно наблюдала за профессором Реем, который в другом углу зала о чем-то также серьезно совещался с Эммой Клевис. После танца она долго чувствовала на себе его взгляд, несколько раз не выдерживала и оборачивалась, чтобы тут же отвернуться, опаленная пронзительными янтарями. Танец с Ингваром оказался совершенно не таким, как она ожидала: он все время, в нарушение всех норм приличия ловил ее взгляд, а когда наконец поймал… Что мелькнуло в его глазах? Что-то похожее она заметила вчера в глазах брата, когда нечаянно открылась ему. Удивление? Страх? Но чего мог испугаться маг такого уровня? А потом янтарь вспыхнул злобой и раздражением, и Кира уже потянулась к медальону Министерства, потому что только что видела эти эмоции в глазах Второго принца, но профессор снова сбил ее с толку – он испугался, сделав ей больно. Теперь уже точно, она чувствовала испуг в его словах, движениях, ускорившемся ритме сердца. Накинув на них иллюзию, Кира наблюдала за его дальнейшими действиями. Какое-то время он был заботливее Эрнста, осторожнее Климентина, и это настораживало – уж больно похоже на попытку отвлечь внимание перед нападением. Разговор, который Ингвар завел, усиливал это ощущение, и когда он дернул ее за руку так, что она едва успела активировать поглотитель, и попытался перенести куда-то порталом, Кира была в шаге от того, чтобы ударить его магией. И ударила бы, если бы не взгляд – такой паники она еще никогда не видела. Она проверила его слова про лекарей – он был абсолютно искренен, профессор Рей действительно извел полрезерва на то, чтобы открыть портал и унести ее к лекарям. Невозможно сыграть панику так, что анализ ауры будет показывать искренность! Тогда почему после танца взгляд снова стал раздраженным?

Никогда еще новый знакомый не вызывал у нее столько противоречивых мыслей и чувств, и ей до боли хотелось разобраться в происходящем, поэтому Кира небрежно отмахивалась от слов Клима и Эрнста о том, что в ее нынешнем состоянии сдавать экзамен опасно, глупо и, наконец, бесполезно, и продолжала наблюдать за профессором. Она остро ощущала, что играет с огнем, но остановиться не могла. Ей нужно понять, почему профессор так на нее реагирует! А если он из Ордена? –

«Ерунда! – Шептал внутренний голос. – Не может профессор Рей иметь отношение к Ордену Черного волка!»

И Кире так хотелось ему верить… Но чувство опасности, которое засвербило в груди при первом же взгляде на Ингвара Рея, заставляло не выпускать эту мысль без детальной проверки.

– Кира, ты меня слышишь? – Климентин взял ее за руку, пытаясь заглянуть в глаза.

Кира рассеянно кивнула и резко перевела взгляд на брата, чтобы не встречаться с повернувшимися к ней янтарями. На запястье защелкнулся изящный браслет с синим камнем. Кира вздрогнула и попыталась выпутать руку, но брат не пустил:

– Кирунь, я сниму, только если ты откажешься от этой затеи.

Камень засветился, разливая по руке тепло. Горячая боль, которая после танца с профессором захватила не только плечи, но и голову, остыла и померкла, и Кира не сдержала вздох облегчения.

– Нет, так дело не пойдет, маленькая. – Климентин взглянул на браслет и покачал головой. – Снимай перчатки.

Камень светился все ярче, в какой-то момент браслет вспыхнул голубым пламенем и, собрав боль, осыпался. Кира смущенно огляделась и, отвернувшись к окну, стянула длинные, расшитые жемчугом белые перчатки. Запястья ледяными клешнями охватили два новых поглотителя. Кира поморщилась и прижала руки к груди, но Климентин мягко, но настойчиво потянул их на себя:

– Кира, перестань. Ты сама видишь, уровень боли высокий, от волнения он подскочит еще единиц на пять, а если ауры слов проявлять заставят, то и на все восемь. Зачем тебе обморок на экзамене?

«Зачем тебе вообще этот экзамен сейчас, Кира? – В голове зазвучал взволнованный голос Эрнста. – Я договорюсь о переносе».

Кира протянула брату руки и вскинула на друга решительный взгляд:

– Нет!

На руках защелкнулась еще пара поглотителей.

«Что произошло во время танца? Ингвар сказал тебе что-то нехорошее? Сделал больно?»

«Нет. Все в порядке».

Взгляд друга неожиданно обжег холодом. Эрнст скользнул по ее щекам, скатился на плечи и ненадолго задержался на вырезе платья, потом опустился ниже, обрисовывая изящный силуэт. Кира сжала кулаки и отвернулась. Говорила она отцу, что это платье слишком откровенное, но он запретил прятать плечи и шею, скрыв ее раны под иллюзией, и Кира весь бал терпела любопытные взгляды там, где обычно была затянута в невинное кружево. С голыми плечами и открытой шеей она чувствовала себя обнаженной и беззащитной, и это еще больше усиливало волнение. Зато позволяло Климентину незаметно и быстро использовать лечебную магию.

На плечи опустилась белая шаль, отец незаметно коснулся магией ее головы, проверил ауру, посмотрел на блокираторы на руках:

– Хорошо. Лучше с погремушками и с головой, чем без них и без сознания.

Кира шевельнула рукой, с неудовольствием прислушалась к металлическому перезвону и вздохнула:

– Лучше живой шут, чем мертвый маг?

– И это тоже, – не дернув бровью, произнес отец. – Когда вы идете?

Кира выдохнула и повернулась к Эрнсту. Друг смотрел на нее обеспокоенно и немного виновато.

– Когда мы идем?

Эрнст вздохнул и протянул ей руку:

– Сейчас. Пойдем.

Когда Эрнст вывел ее из зала, профессор Рей уже ждал их. Он стоял у окна и задумчиво смотрел на вечернее небо, в котором ярким факелом пылала одна-единственная звезда. Услышав шаги, он обернулся, окинул Киру равнодушным взглядом и задержался на Эрнсте, о чем-то совещаясь. Потом снова перевел на девушку равнодушный взгляд и кивнул:

– Что ж, раз Вы уверяете, что готовы, не станем терять времени. – Он решительно шагнул к ним, точно преодолевая внутреннюю преграду. – Вы умеете пользоваться порталами?

– Да, профессор. – Кира вглядывалась в янтарные глаза и не узнавала. Холодные и непроницаемые, будто вовсе не человеку принадлежащие. Где тот пылающий янтарь, который преследовал ее после танца? Обычные светло-карие глаза, сердитые под нависшими рыжими с сединой бровями.

– Так открывайте, чего Вы ждете? – Пытаясь отвести взгляд, резко бросил Ингвар.

Кира посмотрела на скрытый под иллюзией черный браслет и задумалась. На территории дворца использование заклинаний выше третьего уровня не разрешалось, и каждому при входе надевали браслет-блокиратор. Для открытия портала ментальной магией требовался пятый уровень, и теоретически Кира могла воспользоваться медальоном Министерства, чтобы нейтрализовать блокиратор. Но медальон был крайней мерой, его применяли только при серьезной опасности, например, как в ситуации со Вторым принцем. Сейчас ситуация опасной не казалась, поэтому оснований для ее активации у нее не было. –

– В чем дело? – Ингвар насмешливо вскинул рыжую бровь. – Забыли заклинание ментального портала?

Кира отругала себя за долгие размышления и качнула головой:

– Нет, пойдемте.

Она уже развернулась и направилась к выходу из дворца, но ее окликнул еще более насмешливый голос:

– Куда Вы? Решили спасаться бегством?

Кира чуть повернула голову и улыбнулась:

– Не вижу необходимости бежать, но во двор выйти нам придется. Здесь запрещена магия выше третьего уровня, а ментальный портал пятого.

Ингвар нетерпеливо дернул плечами:

– Ну так используйте стихийный, он как раз третьего. Мы потратим больше времени на поиски выхода из этого лабиринта, чем на экзамен.

– Я могу открыть огненный портал для Вас, но не для лорда Вилора, у него другая стихия, а на щит, опять же, не хватит разрешенной магии. – Кира полностью развернулась к профессору, ожидая его решения.

Ингвар коротко глянул на нее и кивнул:

– Хорошо, тогда выведите нас из этих катакомб.

– К чему тратить на это время, Ингвар? – Эрнст все-таки вмешался и выступил вперед. – У нас не экзамен по спортивному ориентированию.

Ингвар поморщился и с досадой перевел взгляд на коллегу:

– Лорд Вилор, Ваш голос – наблюдательный, а не решающий. Или леди Олрикс не в состоянии найти выход из дворца?

Ледяной сжал кулаки и с вызовом посмотрел на мага, тот снова поморщился и покачал головой. Пару минут они переговаривались по ментальному каналу, а Кира, закрыв глаза и стараясь не думать о странном поведении друга, быстро сплетала в уме карту и искала кратчайший путь к выходу за территорию дворца. Путь, которым обычно проходили в бальный зал гости, был длинным и извилистым, Гуриг специально проложил его так, чтобы продемонстрировать роскошь и богатство королевской семьи: густо облепленные самыми дорогими картинами и гобеленами белые стены, изложенная в тридцати аляпистых фресках на низких потолках история Карташтара, многочисленный двери, украшенные толстым слоем позолоты. Но Кира знала другой путь, и сейчас она хотела понять, свободен ли он. Зажмурившись, она мысленно потянулась к стражнику, удалявшемуся по коридору, и вслед за ним восстанавливала в памяти каждый поворот и уже почти добралась до двери, когда Эрнст мягко коснулся ее плеча: