Элен Славина – Скандал в академии драконов, или позовите лекаря! (страница 19)
― Что тебе там делать? ― говорила она утром. ― Там же глухая деревня. Интернет не ловит, мобильная сеть тоже только на улице. Я съезжу ненадолго, поздравлю, а когда вернусь поедем в Питер.
Но Глебу не очень-то хотелось оставаться в обществе Асиной матери. Вчера вечером ее хватило ему сполна.
«Аська, пол бы хоть протерла, в квартире гость все-таки!»
«Ась, в магазин сбегай!»
«Ась, белье на балконе развесь!»
«Ась, там раковина вся ржавая, почисти!»
«Как укатила в свой Питер, так и зазналась! Не звонит, не пишет, ― ворчала она. ― Ей проще новости о родном городе узнать из сообщества "Подслушано Иваново", чем от родной матери».
Ася подай, Ася принеси, Ася вытри.
И это называется дочь всего на один денек приехала домой.
М-да…
А то, как она намеренно пристыжала Асю, рассказами, что она была неряхой и лентяйкой, так это вообще отдельная тема.
― Ой, вспомнить только как Аська начинала шить, ― вздыхала вчера за чаем мать. ― По всей квартире лоскутки, иголки, булавки, чуть с ума меня не свела! С утра до ночи бренчала своей машинкой. Все свои вещи перештопала по сто раз, до чего была неугомонной. В квартире, главное, бардак, а она сидит, шьет и шьет, шьет и шьет!
― Зато теперь стала дизайнером одежды, ― подчеркнул Глеб, заступаясь за Асю.
― Ой, какой из нее дизайнер? ― рассмеялась мать. ― У Аськи ж руки растут из одного места. Она вон, когда на почте работала…
Глеб вполуха слушал Асину мать, и теперь отчетливо понимал, почему она сбежала от нее в Питер.
Хорошо хоть бабушка по линии отца оказалась полной ее противоположностью. За столом расхваливала Асю, рассказывая, как она хорошо училась в школе, и какой была труженицей.
― …Шесть дней отучится, а потом едет ко мне в деревню коров доить, ― говорила она, гладя Асю по спине. ― Любимая моя внучка! Умничка! Дай бог, чтобы ей с тобой повезло.
Когда Ася ушла на кухню, бабушка подсела ближе к Глебу и зашептала:
― Ты уж береги ее, ладно? Девчонка такого в жизни натерпелась, что и врагу не пожелаешь. А она у меня знаешь какая добрая? Знаешь, какая хозяйственная? И жена из нее будет золотая, и мать! Аська, как никто другой, заслужила быть счастливой. Так что не подведи, богатырь, договорились? Вижу, парень ты хороший, ― похлопала она по плечу. ― Такому и нестрашно доверить единственную внучку.
Затем достала фотоальбомы и, сдунув с них пыль, всучила Глебу.
― Это Ася на соревнованиях в школе, ― подсказывала она, указывая пальцем на самую симпатичную рыжеволосую девчонку. ― А это она еще в садике, ― улыбнулась, глядя на маленькую девочку, усыпанную веснушками. ― А это она подобрала кота на улице, ― посмеялась бабушка над фото, на котором Ася прятала под курткой котенка. ― Пришла со слезами и говорит: его там собаки чуть не задрали, давай к себе заберем, а? Ася животных с детства любит. Когда в школе училась, так каждый вечер бегала в Ивановский приют ухаживать за бездомными. Говорю же, сердце у нее огромное!
― Ба, я чайник поставила, ― войдя в комнату, сказала Ася. ― Глеб, ты что будешь, чай или кофе?
― Кофе если можно.
― Ба, а тебе?
― А я клюковку, пожалуй, ― не отрываясь от фотоальбома, ответила она. ― О, смотри-смотри! ― ткнула локтем Глеба. ― Здесь Аське три года. До чего ей идет эта шляпа, да? Ты только глянь, какая она красавица! ― восклицала бабушка. ― Детишки у вас тоже будут красивые, даже не сомневайся. Ох, дожить бы до правнуков… ― вздохнула она и сердито посмотрела на Глеба. ― Намек понял?!
― Конечно! ― сделав очень серьезный вид, кивнул он.
― А тут она с папой, ― вернулась к фотографиям бабушка. ― Похожа на него, как две капли воды.
― А где сейчас ее отец? ― поинтересовался Глеб, и на всякий случай добавил: ― Просто Ася о нем ничего не рассказывала.
― В Рязани живет, ― черство ответила она. ― Как с ее матерью развелся, так и не появлялся больше в Иваново. Сначала хоть звонил, подарки ей присылал, а потом и вовсе забыл, что у него дочь растет. Жалко Аську… ― покачала головой бабушка. ― Сколько слез пролила из-за него, ты бы видел. Любила, души в нем не чаяла. Только и слышно было: «Папа, папа!» А он бросил ее на растерзание матери, и поминай как звали.
О любви Аси к отцу можно было и не рассказывать, Глеб понял это по фото, на котором маленькая рыжеволосая девочка целовала в щеку такого же рыжеволосого мужчину.
― Это они с ним в гончарной мастерской, ― перелистнув страницу, сказала бабушка. ― Любили ходить туда по выходным. Я, кстати, до сих пор храню ее глиняные чашки.
― Только не показывай их Глебу, ― войдя в комнату, хохотнула Ася. ― Не стоит пугать его моими творениями.
Пока она как пчелка кружилась возле стола, расставляя чашки и разрезая торт, Глеб невольно за ней наблюдал.
Вязаный свитер, шерстяные носки, натянутые на потертые джинсы. Ее кучерявые волосы были убраны в высокий хвост, на лоб свисала рыжая прядь, больше похожая на спираль.
«Как в ней уживаются две такие противоположности? ― задавался вопросом Глеб. ― Ведь она запросто может быть вот такой простой деревенской девчонкой. Может надеть резиновые сапоги, накинуть какой-то старый тулуп и пойти за водой на колодец».
Потом вызвал в голове ее образ на дне рождении Маркова: зеленое платье, которое ей невероятно шло, туфли на высокой шпильке, красивая прическа, макияж. Там она была совсем другой.
Вспомнив про бирку на платье, улыбнулся.
«Непредсказуемая девушка!»
Еще совсем недавно, будучи в отношениях с Вероникой, Глеб даже подумать не мог, что вскоре ему придется проводить много времени с такой вот Асей Солнцевой.
Она не была похожа ни на одну его предыдущую девушку.
Если бы сейчас здесь на ее месте была Вероника, то она точно сидела бы в дорогом платье, увешанная украшениями и, как всегда, с безупречным макияжем. Даже несмотря на то, что кроме коров и куриц здесь не перед кем красоваться.
Держала бы спину прямо, и ни за что бы не позволила себе забраться с ногами на диван и натянуть на колени свитер, как это только что сделала Ася.
Она совершенно не старалась понравиться Глебу. И это даже немного огорчало. Ведь девушки рядом с ним вели себя совсем иначе.
«Неужели я вообще ей неинтересен?» ― глядя на Асю, задумался Глеб.
А ведь и правда, за все время их знакомства Ася не дала ни единого намека на флирт, ни разу не посмотрела на него томным взглядом, не звонила, якобы, случайно ошибившись номером, как это делали почти все его предыдущие девушки.
Он прекрасно знал себе цену и отчетливо понимал, что если случится так, что он окажется ночью в одной комнате с девушкой, то та не упустит возможность лечь с ним в одну кровать.
А что вчера сделала Ася?
Правильно ― постелила ему на соседнем диване, а сама устроилась на кровати. Утром еще и обвинила, что он всю ночь храпел, не давая ей нормально поспать.
К таким обвинениям Глеб точно не был готов. Ну хоть теперь знал, что по ночам ревел подобно льву в момент брачного периода, как выразилась Ася.
Во время чаепития Асину бабушку пришла поздравить соседка. Глеб долго не мог понять, чем вызвал у нее такое отвращение. Во взгляде старухи было столько ненависти к нему, что у него сложилось чувство, будто бы он ее чем-то оскорбил.
― Это потомственная ведунья, ― шепнула на ухо Ася. ― К ней со всех деревень приезжают. Моему отцу она еще в детстве предсказала, что у него будет дочь, и что он разведется со своей будущей женой. Бабушке предсказала проблемы с ногой ― тоже сбылось. А одному мужику из соседней деревни советовала держаться подальше от воды, так он чуть не утонул, когда на лодке перевернулся. В общем, очень сильная! Очень! ― показала она класс.
Глеб во всю это чепуху с предсказаниями никогда не верил. Но спорить с Асей, которая не ела перед зеркалом, чтобы не утратить красоту и здоровье, и которая объезжала за километр черных кошек, не стал.
Когда пришло время уезжать, Глеб, со всеми попрощавшись, пошел в машину, а Асю задержала та самая очень сильная (по ее словам) ведунья…
Она села в машину минут через десять, и явно была чем-то расстроена, но поделиться этим с Глебом не посчитала нужным.
― Лучше бы я вообще ничего у нее не спрашивала, ― вздыхая, сказала она, и, пристегнув ремень, устало прикрыла глаза.
На въезде в Иваново начался дождь, с которым едва справлялись дворники, в машине тихо играла музыка, а Ася спала, прижавшись головой к окну.
Глеб открыл крышку кожаного подлокотника, достал протеиновый батончик и, вспомнив про пироги, которые положила в дорогу Асина бабушка, убрал батончик на место.
Для мужчины, который тщательно следил за своим телом, поедание мучного поздним вечером было неприемлемым. Но против пирогов Асиной бабушки он оказался бессилен.
«Очень вкусно, ― жуя, кивнул он. ― И бабушка у нее хорошая. Пожалуй, даже единственное из хорошего, что ее окружает».
Глеб заметил, как на заправке, которую только что проехал, завязалась драка между двумя водителями, проехав чуть дальше увидел спящего на скамейке мужчину, потом навстречу попалась компания агрессивных парней, разбивающих бутылки об стену магазина и грубо толкающих друг друга.
Почему-то в этот момент вспомнилась мать Аси, которая вчера навешивала на нее ярлыки, потом перед глазами появился образ ее бывшего парня-гопника и его дружка с битой.
«Эта девчонка заслуживает лучшей жизни», ― остановившись на светофоре, подумал он, и в памяти всплыли слова из ее школьной записки.