Элен Славина – Огонечек для ледяного герцога (страница 11)

Мне нужно было попасть в один из таких домов и передать целую корзину сладостей. Я предполагала, что в этом доме живут дети, раз было заказано так много десертов. Я быстро отыскала нужный особняк и зашагала по брусчатой дорожке, стараясь не поскользнуться на выпавшем с неба снегу.

Снежная крупа сыпалась без устали, словно из мешка, не собираясь заканчиваться. Она покрывала мой полушубок и платок, таяла на сапожках и варежках, оставляя на щеках и губах сладкий привкус надвигающегося мороза.

Подобрав повыше подол своего платья, я поднялась по ступенькам лестницы и остановилась перед красивыми лаковыми дверями с позолоченным колокольчиком. Убрала с лица прилипшие пряди волос, поправила сбившийся платок и постучала металлическим кольцом по такой же пластине.

Когда дверь открылась, я увидела перед собой высокого пожилого мужчину в чёрной ливрее и белых перчатках. Он был подтянут и безупречен. Дворецкий подумала я и улыбнулась самой очаровательной улыбкой, понимая, что никогда прежде не видела дворецких. Да и куда мне, необразованной ведьме и оборотнице, которая редко выползает в город и уж точно никогда не была в богатых домах лордов и герцогов.

— Добрый вечер, мисс. Чем могу помочь? — произнёс дворецкий с невозмутимым видом, и ни одна морщинка не дрогнула на его лице.

— Добрый вечер. Я принесла вам сладости от мадам Лионеры.

Я показала на корзинку и довольно кивнула. — Наверняка у вас целая куча детей, раз вы столько заказали.

— Проходите мисс. Сейчас хозяин особняка спустится и примет у вас заказ. — Всё тем же официальным тоном произнёс дворецкий, никак не отреагировав на мои высказывания про детей.

— Спасибо, — кивнула, и мокрый снег с моего платка, упал на лицо и ливрею дворецкого, что тут же вызвало фырканье и недовольство со стороны мужчины.

— Сударыня, вы не могли бы быть аккуратнее. Все же вы находитесь в особняке господина Фростхарта, а не у себя в лавке.

— Как вы сказали? — Ахнула я от услышанного и попятилась назад к закрытой двери. Коснувшись попой, я замерла, не зная, что предпринять? Нужно было бежать. Бежать как можно дальше от этого дома. От этого мужчины, который здесь проживал. И как так получилось, что именно сюда мне пришлось нести сладости мадам Лиорены.

— Он сказал, что это особняк господина Фростхарта, — услышала я знакомый голос того самого герцога, который ночевал сегодня в доме моей бабушки. И сейчас этот человек спускался по белоснежной лестнице, устланной красным ковролином, и приближался ко мне.

Бежать было поздно, и я просто стояла у двери и непрерывно хлопала ресницами, понимая, что не могу произнести ни слова. Я смотрела, как герцог подходит всё ближе и ближе, а сердце моё колотилось всё сильнее и сильнее.

— Раэлла, — довольно хмыкнул герцог Талориан и посмотрел мне в лицо, — как ты здесь оказалась? Как ты… эм-м… нашла меня?

— Я вас не искала, — охрипшим голосом произнесла я, не решаясь смотреть в синие, почти ледяные глаза герцога, от которых у меня дрожали колени и учащалось дыхание.

— Не верю, — прошептал мужчина, приблизившись на опасно-близкое расстояние и буквально опалив меня своим дыханием, — после того поцелуя в хижине, ты никак не можешь забыть меня.

— Вы все вспомнили? — Ахнула я от удивления. — Но как же? Ещё утром, вы говорили, что ничего не помните, а потом резко уехали, словно ничего и не было.

— А что было? — Хмыкнул герцог и отошёл от меня. — Ты ранила меня, потом залечила. Я переночевал в вашей старой хижине, а утром уехал домой. Всё. А теперь говори, зачем ты вернулась? Может быть, ты хочешь что-нибудь вернуть мне?

— О чём вы? — Непонимающе спросила мужчину, и мне показалось, что мои щёки обожгло жаром.

— Ну не знаю. Я кое-что оставил в вашем доме и теперь хотел бы получить это обратно.

Герцог обернулся и, заметив дворецкого, который всё ещё стоял рядом с нами, с недовольным видом кивнул ему, как бы говоря: «Проваливай!». Затем он резко схватил меня за локоть и повёл вглубь дома.

— Куда вы меня тащите? Отпустите немедленно! — кричала я, но, кажется, мои слова были слышны только мне самой, настолько тихими и почти неслышными они были.

А потом герцог завернул за угол, и мы оказались в пустом коридоре, по сторонам которого находились закрытые двери.

— Мне нужно письмо, — решительно произнёс герцог и протянул ладонь, — то самое мировое соглашение с жителями деревни.

— Письмо? — Тихо спросила, всё ещё не веря в то, что слышу. Я была уверена, что он потребует от меня свой золотой перстень, а ему оказывается нужно от меня письмо.

— У меня нет никакого письма, — покачала я головой, — оно у бабули.

— Ты издеваешься надо мной, оборотница? — воскликнул герцог, и его глаза потемнели до тёмно-синего, почти чёрного цвета. Ноздри раздулись, а скулы заострились настолько, что казались острее бритвы. — Мне нужно это письмо сегодня же. Делай что хочешь, но добудь его и принеси мне.

— Убери от меня руки, Фростхарт! — я вдруг почувствовала прилив смелости после его слов об оборотнице. Меня охватила ярость, и я с силой вырвалась из его хватки. — Если тебе так нужно это письмо, то ты мог бы забрать его сегодня утром. Спокойно попросил у бабушки, и я уверена, что она бы не отказала и вернула его. Но ты, разозлившись, нахамил всем, кто вылечил и приютил тебя этой ночью и уехал, даже не поблагодарив хозяев. Неужели гордость не позволила тебе сказать спасибо бабушке и той, кто вылечила твою ногу, из-за которой ты мог умереть ещё в лесу?

— Ведьма, — прохрипел герцог и сделал шаг в мою сторону. Прижал меня к стене своим мощным телом так, что у меня перехватило дыхание, — ты заплатишь за свою дерзость!

— Если, ты сейчас же не отойдёшь от меня, я обращусь в снежного леопарда и порву тебе вторую ногу. Так и знай.

— Не обратишься. Только не здесь, — прошептал мужчина, почти касаясь моих губ своими. А затем накрыл их своими — горячими, настойчивыми и требовательными. Его губы страстно завладели моим ртом, словно он никогда раньше не целовал ни одну женщину.

Глава 13

Он мой дорогой друг

Ну я-то точно никого до этого не целовала. Это вообще был для меня первый поцелуй. То, что произошло в доме бабушки, прошлой ночью не считается. Я лишь понюхала его и лизнула. Как кошка.

А сейчас… сейчас это было совершенно иное. Ни на что не похожее касание губ, языка, зубов. И это не было противным, как я думала раньше, когда видела что-то подобное у прохожих. Поцелуй был приятным, нежным и не похожим ни на одно из ощущений, с которыми я была знакома.

В голове всё смешалось, чувства притупились, и я осознала, что если мы не остановимся, мои ноги подогнутся, и я упаду на пол.

Но кажется, герцогу нравилось то, что происходило между нами, потому что его рука вдруг начала расстёгивать пуговицы на моём полушубке.

И я поняла, что это было уже слишком.

Нехотя прервав наши страстные поцелуи, которыми мы обменивались с герцогом, я проскользнула между руками мужчины и выронив корзину со сладостями, побежала в сторону выхода.

Хорошо, что у дверей никого не было, и дворецкий не остановил меня, иначе я не знаю, как бы выкрутилась из этой ситуации. Но оставаться в этом доме и целоваться с герцогом, который, как мне казалось, хотел от меня чего-то непонятного… хотя, возможно, всё было предельно ясно, — я не собиралась.

Я была слишком гордой и свободолюбивой, как дикая кошка, чтобы поддаться на уловки этого человека с холодным сердцем. И я точно не хотела оказаться в ситуации, подобной той, что пережила моя мама, когда её бросили.

— Стой, Раэлла! — недовольно крикнул Фростхарт, когда я уже стояла на лестнице с другой стороны открытой двери. — Куда же ты?

— Мне уже пора, — посмотрела на сквер, возле дома и увидела, как фонарщик, медленно переходя от фонаря к фонарю, осторожно гасит их один за другим. Это было предупреждение — ещё немного и этот город поглотит тьма.

— А как же документ? Верни мне его!

— Я уже сказала, у меня его нет. — Пожала плечами и, улыбнувшись, сбежала по лестнице, даже не поскользнувшись.

— Где ты остановилась? Адрес назови! Раэлла! — Слышала я голос герцога, который раздавался мне в спину, но ни разу не обернувшись, поспешила покинуть сквер и этот переулок. Выбежав на главную улицу, я поняла, что здесь ещё было довольно светло от пока ещё не закрытых ставен магазинов и зажжённых окон жилых домов. По улице ещё ходил народ и о чём-то перешёптывался, как будто боялся спугнуть ночь, наступающую на этот красивый город.

Быстро добежав до кондитерской мадам Лиорены, я буквально влетела в тёплое и уютное помещение, в которой ещё сохранялся запах свежей сдобы и конфет и выдохнув от сильного бега, села на лавочку возле камина. Протянув ноги и руки к огню, я только сейчас смогла расслабиться и подумать о том, что только что произошло в доме герцога Фростхарта.

— Раэлла, это ты? — раздался голос хозяйки кондитерской, и я обернулась. Она стояла возле лестницы и настороженно смотрела на меня. Видимо, услышав, как я вбегаю в её лавку, она спустилась со второго этажа. — Почему так долго? Я уже начала переживать, а вдруг ты заблудилась и пропала. Да мало ли чего. Город всё же чужой, и ты в нём чужая. Наша Ветраноса не всех принимает, бывает, такое учудит, что людей неделями ищут и так и не находят.