Элен Скор – Хозяйка дома на холме (страница 23)
У меня получилось! Я колдовала! По настоящему! Пусть результат получился далеко от идеального, но ведь получился! Может всё дело в руках? Не стоило мне ими так сильно махать!
Тихонько, чтобы не растрясти пыль и снова не запачкать комнату, воровато выглянула за дверь. Никого! Стараясь лишний раз не шевелиться и не чихнуть, на цыпочках поспешила в свою комнату, молясь про себя успеть до возвращения кролика.
В своих покоях сразу направилась в ванную комнату и, забравшись прямо с ногами в чугунную ванну, оглушительно чихнула. Взлетевшее облако серой пыли вновь окутало меня, медленно оседая к моим ногам, а я, шмыгнув носом, который ужасно чесался, потёрлась им об рукав платья и снова чихнула, стряхивая остатки пыли.
Раздевалась я прямо здесь, не вылезая из ванной. Оставшись только в нижней сорочке, намочив тряпочку в холодной воде, протёрла лицо и руки. Волосы просто потрясла — всё равно мыть придётся, здесь влажной тряпочкой не обойдётся! Но у меня уже свербило в одном месте повторить свой эксперимент, тем более, учебник так и остался в одной из комнат второго этажа, хотя несколько строчек заклинания я уже выучила наизусть.
В этот раз я действовала немного по другому. Первым делом взяла из кладовки простынь, расстелив её на полу, встала сверху. Теперь, произнося заклинание, я не размахивала руками, стараясь вовсе лишний раз не шевелиться. И дышать через раз. Как оказалось — очень предусмотрительно.
Снова поднялся ветер, правда, теперь он уже не был таким сильным, но пыль он со всех предметов поднял. Вот только после этого вся пылюка просто повисла в воздухе большим серым комом. И что теперь делать? Зрелище серой пылевой тучки, зависшей посреди комнаты, вещь конечно интересная, но мне-то что с ней делать?
Может постелить простынь прямо под неё и она со временем сама потихоньку осядет?
Но стоило мне шевельнуться, как тучка тоже зашевелилась. Я замерла и пыль тоже. С третьего раза я поняла, что она реагирует на моё движение. А что если?
— Иди сюда, иди моя хорошая! — я поманила тучку к себе, тихонько шевеля лишь пальцами рук, маня её к себе. И она послушалась, направляясь прямо ко мне. В последнюю секунду, когда она уже надвигалась на меня, я опомнилась, сделав шаг назад, иначе вся пыль снова бы оказалась на мне!
Когда пылевая тучка зависла прямо над простынёй, я так же, шевеля лишь кистями рук, стала направлять её вниз. Немного подумав, решила опробовать ещё одну мою идею. Сделала вид, словно леплю снежок, прямо из воздуха. Мои догадки подтвердились — облачко начало уменьшаться в размерах, трамбуясь в небольшой шар.
Успех окрылил меня. Смыв пылевой клубочек в раковине, поспешила в следующую комнату. Теперь я действовала по одной и той же схеме: произносила заклинание, лепила пылевой снежок, опускала его на простынь, и потом неслась с ним в ванную комнату, которых на этом этаже было аж две штуки, и там смывала его под струёй воды.
Успокоилась только когда все восемь комнат, в западном крыле этажа, сверкали чистотой. Я бы не останавливалась до самого утра, но помнила, что обещала Паулю сходить к морю. Чувствовалось, что мальчишку что-то тянуло туда. Да и самой мне не терпелось первый раз в жизни побывать на морском берегу. А значит нужно спускаться вниз — мыть голову, а не то идти мне завтра на люди чушкой-поросюшкой.
Хорошо, что я приспособилась оставлять на плите пару кастрюль с водой, печь к утру выстывала, но вода оставалась слегка тёплой — чтобы умыться, самое то. Сейчас вода была ещё горячей, мне её хватило и самой вымыться и простирнуть вещи, смывая следы своего ночного эксперимента.
Теперь снова налить воды и поставить на плиту и можно на боковую! Я вернулась на кухню, держа в руках пустую кастрюлю.
— Ты что не спишь?
Я аж подпрыгнула!
Кролик, зараза, сидел за столом, смотрел на меня и светился голубоватым светом!
— Чтоб тебя! Чего пугаешь, так и заикой недолго стать! — я приложила руку к груди, успокаивая бешено стучащее сердце.
— А ты чего по ночам шастаешь?
— Читала вон, — я кивнула на учебник, лежащий на краю обеденного стола.
Я снова забыла его в одной из комнат, поэтому возвращаясь с узлом из простыни и своего пропылённого платья, захватила книгу с собой.
— Читала, ты же велел учиться. Потом вспомнила, что утром к морю идти — решила голову помыть, да и простирнуть заодно.
Кролика мой ответ вполне удовлетворил, сама удивилась, как у меня складно всё вышло.
— Пошли спать, а? Устала — жуть! — подхватила кролика на руки, не забыв захватить учебник, и пошла к себе, на третий этаж.
В спальне уложила кролика на кресло у окна, присев на колени погладила его по пушистой спинке, любуясь как в его белоснежной шерсти проскакивают голубые искорки. В темноте это смотрелось особенно эффектно.
Георг откровенно тащился от такой нехитрой ласки, разве что не похрюкивал от удовольствия, растекаясь по креслу белой пушистой лужицей.
— Спокойной ночи! — расчувствовавшись, я чмокнула его в розовый носик. Крол приоткрыл один глаз, едва слышно буркнув в ответ:
— Спокойной… — и тихонько засопел.
Я улыбнулась, какой он всё таки мимимишный! Прямо затискала бы!
Поднявшись на ноги, я провела рукой по подоконнику:
— И тебе спокойной ночи! — пожелала я дому.
Глава 16
Утро наступило уж очень как-то быстро. Вроде только опустила голову на подушку, как за дверью послышалось едва уловимое шуршание, а затем тихий стук.
— Кто там? — буркнула я спросонья, не открывая глаз.
— Леди Алиса, это я, Пауль. Утро уже, мы на море собирались…
— Утро!? — я резко открыла глаза, садясь в постели.
В комнате по-прежнему было сумрачно, за окном едва загорался рассвет. Рань-то какая! Конечно, я не выспалась, но там, там меня ждёт море!
Вскочила, путаясь ногами в одеяле и едва не свалилась на пол. Кролик с кресла молча наблюдал за мной, но я заметила, как у него дрогнули усы, смеётся надо мной, зараза пушистая!
— Ты с нами пойдёшь или дома останешься? — поинтересовалась я, беря платье и скрываясь с ним в ванной комнате. Переодеваться перед Георгом я как-то стеснялась, помня о том, что в его пушистой тушке прячется древний дух, мужика, между прочим!
— Идите без меня, Пауль за тобой присмотрит, на удивление смышленый паренёк.
Вот так! Не я должна присматривать за восьмилетним мальчишкой, а он за мной. Хотела сначала обидеться, но пока одевалась, решила, что кролик прав — я в этом мире больше на новорождённого котёнка похожа, который тыкается кругом своим носом, а толку от этого не так уж много.
Выйдя из ванной, выдвинула ящик комода, где я хранила шляпку, перчатки и все свои сбережения. Монеток осталось совсем мало, такими темпами скоро и на хлеб не останется. Может в город выбраться? Заглянуть в шляпный магазинчик — вдруг его хозяйка ещё вуальку продала. Да подкинуть ей идею о кошельках и сумочках, которые можно удобно крепить на поясе. Теперь, когда немного привыкла к длинной юбке и уже машинально приподнимала подол, я прекрасно понимала, что ни о каких сумочках, занимающих руки, и речи быть не может!
Решено! Схожу сегодня в город!
Пауль ждал меня на кухне. Рядом с ним стояла приготовленная корзина, в которой лежал небольшой свёрток, и стоял глиняный горшок, заткнутый деревянной пробкой.
— Что это? — мимоходом поинтересовалась я.
— Наш завтрак, — ответил Пауль. Я сразу вспомнила слова кролика, о том какой смышленый нам мальчишка достался. Лично я про завтрак даже и не подумала!
Выходили мы через главные ворота, повернув затем в другую от центра сторону. Пауль сказал, что эта дорога ведёт в порт. Не смотря на раннее утро, на улице было довольно многолюдно. Вместе с нами в сторону порта шли хозяйки, неся в руках большие корзины, мелькали платья горничных, изредка мимо проносились телеги, гружённые пустыми бочками. Это торговцы живым товаром спешили наполнить свои бочки рыбой и вернуться назад к открытию рынка.
Оно появилось неожиданно, едва мы завернули за длинный тёмный ангар. Оглушило шумом волн, терпким запахом соли и свежей рыбы. Море. Хоть я и ждала встречи с ним, увиденное меня впечатлило настолько, что я на мгновенье замерла. Солнце едва появилось над горизонтом, золотя волны своими лучами. Сотни парусов, лодок, кораблей — из окна моей спальни это виделось совсем по-другому. Как же их много!
И ещё больше народу на берегу. Крики чаек перемежаются с выкриками рыбаков, предлагающих свой товар. Я растерялась. Никогда не была особым знатоком рыбы, зная от силы два-три вида из тех, что завсегда лежали на витринах магазинов.
— Леди Алиса, держитесь за мной, — Пауль подёргал меня за рукав, вытаскивая из толпы, где меня едва не затоптали.
Он уводил меня дальше по берегу, народа становилось всё меньше, даже дышать стало легче — рыбный дух сюда почти не доходил, и я смогла полной грудью вдохнуть солёный морской ветерок.
— Куда мы? — спросила я, когда почти все торговцы остались позади.
— Я знаю, где можно купить рыбу совсем недорого. Она мелкая — но так даже вкусней! — заверил меня парнишка.
Как оказалось, мы шли к небольшой рыбацкой деревушке. Низенькие дома, выбеленные солёными морскими ветрами, кругом растянутые для просушки сети. Гирлянды сушёной рыбы между вбитыми в землю столбами, несколько лодок на берегу и стайка мальчишек чуть старше Пауля.