Элен Ош – Аукцион грехов. Двойной соблазн (страница 3)

— Спасибо, — говорю я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно. — За поздравления и… за компанию.

— Это только начало, — шепчет Алекс, подходя ко мне ближе.

Он берет мой бокал из рук и ставит его на столик. Его прикосновение обжигает мою кожу. Затем он осторожно кладет руку на мою щеку, большим пальцем нежно поглаживая ее.

— Ты очень красивая, Алина, — говорит он, глядя мне прямо в глаза.

Я не знаю, что ответить. Его взгляд словно гипнотизирует меня, заставляя забыть обо всем на свете.

Марк подходит сзади и обнимает меня за талию. Его руки сильные, уверенные, но в то же время нежные. Он слегка прижимается ко мне, и я чувствую тепло его тела.

— И очень желанная, — шепчет Марк мне на ухо.

От его слов по коже пробегают мурашки. Я чувствую себя так странно. Растерянной, смущенной, но в то же время возбужденной и… предвкушающей.

Алекс наклоняется и целует меня в шею. Его поцелуй горячий, влажный, пробуждающий во мне давно забытые чувства. Я закрываю глаза и позволяю себе на мгновение забыть обо всем. Об Игоре, об отеле, о Веронике и ее безумных затеях. Только я и эти двое мужчин. Только страсть и желание.

Я чувствую, как Алекс расстегивает молнию на моем платье. Это происходит как в замедленной съемке. Каждый миллиметр расстегнутой молнии отзывается мурашками по коже. Ткань медленно сползает с моих плеч, и я остаюсь в одном лишь кружевном белье. И тут меня накрывает волна осознания: вот она я, полуобнаженная, перед двумя абсолютно незнакомыми мужчинами! И пусть я немного выпила, пусть стараюсь казаться уверенной и раскрепощенной, но внутри меня бушует настоящий ураган.

В животе все сжимается от нервного напряжения. В голове проносятся обрывки мыслей: «Что я делаю? Зачем я это делаю? Неужели я действительно на это согласна?» Хочется спрятаться, убежать, исчезнуть. Но бежать некуда. Я сама загнала себя в эту ситуацию.

Марк нежно целует мои лопатки, спускаясь все ниже и ниже. От его прикосновений по телу пробегает новая волна мурашек, но на этот раз — не от страха, а от… возбуждения? Черт, да что со мной такое⁈ Как я могу испытывать возбуждение в такой момент? Это неправильно, странно, безумно… Но я ничего не могу с собой поделать.

Чувствую себя одновременно и невероятно уязвимой, и безумно желанной. Страх, стыд, возбуждение — все смешалось в какой-то безумный коктейль. И я совершенно не знаю, как на это реагировать. Хочется закрыть глаза и просто довериться происходящему, отдаться на волю чувств. Но часть меня отчаянно сопротивляется, кричит, что это неправильно, что я пожалею об этом.

— Ты такая красивая, — шепчет Марк, — у тебя идеальное тело.

— Я хочу тебя, — добавляет Алекс, проводя пальцами по моей груди.

Я стою, не в силах пошевелиться. Их прикосновения обжигают меня, заставляют мое сердце биться быстрее. Я чувствую, как во мне просыпается что-то дикое, первобытное, что-то, чего я никогда раньше не испытывала.

— Скажи, чего ты хочешь, Алина, — шепчет Марк мне на ухо. — Расскажи о своих желаниях.

Я молчу, не в силах произнести ни слова.

— Тебе понравился наш бой, малышка? — вдруг спрашивает Алекс, заглядывая мне в глаза. — Я заметил, как ты наблюдала за нами. Скажи, что именно тебе понравилось: боль или страсть?

— Как ты хочешь, чтобы мы тебя взяли? — спрашивает Марк, дразняще прикусывая мою мочку уха. — С силой или с нежностью?

Алекс целует мои губы, а Марк ласкает мою грудь сквозь тонкое кружево лифчика. Их прикосновения становятся все более страстными, все более требовательными.

Да, Вероника точно знала, что делает. Какой там тихий ужин и спа-салон! Но готова ли я к этому?..

Глава 4

Стою перед ними в кружевном белье, и кажется, что воздух вокруг искрит от напряжения. Эти взгляды… Марк и Алекс смотрят на меня так, будто я самое вкусное лакомство в мире, и готовы съесть меня целиком.

— Ну что, Алина, расскажешь нам о своих желаниях? — голос Алекса звучит хрипло и возбужденно.

Я молчу, закусив губу. Желания… Всю жизнь я была хорошей девочкой, старалась соответствовать ожиданиям, и теперь, когда появилась возможность отбросить все рамки, я просто теряюсь.

— Не бойся, мы не кусаемся, — усмехается Марк, чувствительно сжимая ладонью мою грудь. От этого прикосновения мурашки бегут по коже. — Расскажи нам, что тебя заводит. Что тебя возбуждает.

— Мы можем быть разными, Алина, — шепчет Алекс, спускаясь поцелуями все ниже и ниже. — Только для тебя, малышка.

И тут меня прорывает.

— Я… Я хочу… испытать все, — выдыхаю я, чувствуя, как щеки заливаются краской. — Даже боль.

Они переглядываются и усмехаются. Кажется, мой ответ их вполне устраивает.

Алекс начинает расстегивать бюстгальтер. Его пальцы, такие сильные и грубые, касаются моей кожи, обжигая ее словно огнем. Боже, это так волнительно! Кажется, что сердце сейчас выскочит из груди. Дыхание сбивается, и я уже не могу контролировать себя.

— Ты уверена, что этого хочешь, Алина? — шепчет он мне на ухо, от чего по телу пробегает дрожь. Голос его такой хриплый, такой возбуждающий…

— Да… — выдыхаю я, почти беззвучно. — Очень…

Бюстгальтер падает на пол, обнажая мою грудь. Она словно наливается, становится более чувствительной. Стыд смешивается с возбуждением, и я не знаю, куда деть глаза.

Марк обходит меня спереди и начинает рассматривать. Этот взгляд… Его глаза, темные и голодные, скользят по моей коже, останавливаясь на сосках, которые уже затвердели и натянулись, словно бусинки.

— Какая же ты красивая, — шепчет он, и от его голоса у меня по телу бегут мурашки. Марк наклоняется и целует мою грудь.

Первое касание — легкое, почти невесомое. Но оно словно зажигает во мне огонь. Затем его губы становятся более настойчивыми, более требовательными. Он обхватывает один сосок и начинает нежно посасывать, дразня его языком. Боже, это так приятно! Чувствую, как все тело пронзает волна наслаждения. Я стою, словно парализованная, не в силах пошевелиться.

— Ох, да… — выдыхаю я, почти беззвучно. — Еще…

Марк прижимается ко мне сильнее, и его руки обхватывают мою талию. Его дыхание становится более горячим, более влажным. Он продолжает ласкать мой сосок, то посасывая, то покусывая его. Я чувствую, как во мне нарастает напряжение. Кажется, что еще немного, и я взорвусь от удовольствия. Я закрываю глаза и позволяю себе полностью отдаться этим ощущениям.

Его язык скользит по моей коже, оставляя за собой влажный след. Он переходит ко второму соску и начинает ласкать его с той же нежностью и страстью. Чувствую, как грудь становится еще более чувствительной. Боже, это просто сводит с ума! Но как же хорошо! Невероятно хорошо! Да, еще, еще…

Алекс тем временем спускается ниже и начинает стягивать мои трусики, покрывая поцелуями каждый открывшийся сантиметр кожи. Ниже…еще ниже…Ммм! В животе разливается горячая волна, предвкушение щекочет нервы. Хочется выгнуться навстречу его губам, но я сдерживаюсь, позволяя ему дразнить меня. Ох, какой же он искусный!

Трусики падают на пол, и я остаюсь совершенно обнаженной перед ними. Чувствую себя уязвимой, но в то же время невероятно возбужденной. Боже, какое странное сочетание! Сердце колотится, как сумасшедшее, и я стараюсь дышать ровнее.

— Теперь ты наша, — шепчет Алекс.

Его язык проникает сквозь уже влажную складочку, и я вздрагиваю, машинально ухватившись за Марка. Ох, сейчас, сейчас…

А язык проникает глубже, вылизывая внутренние стеночки, а его руки начинают ласкать мои бедра. Его пальцы скользят по моей коже, вызывая мурашки. А губами всасывает клитор, и я стону…не могу больше сдерживаться, притворяться.

И тут начинается настоящий танец грехов.

Марк отпускает меня, лишь чтобы самому сорвать с себя одежду… Сердце замирает в сладостном предвкушении, но… на пол падает лишь его футболка. Резким движением он выхватывает ремень из джинсов и перехватывает им мою грудь, отступая вместе со мной к кровати.

— Жаждала боли, девочка? — его шепот, опаляющий кожу, рождает целый рой мурашек.

Следом за ним Алекс обнажает свой торс. Медленно расстегивая ширинку, он надвигается с каким-то хищным оскалом. Я отступаю за Марком, лишенная воли. Во мне бушует ураган из страха, покорности, испепеляющего любопытства и… почти невыносимого желания.

Марк ухмыляется. Ремнем он сдавливает грудь, заставляя соски болезненно выпирать. Алекс тем временем, освободившись от джинсов, приближается, его глаза горят нескрываемым вожделением. Он хватает мои руки, заводя их над головой, и Марк надежно фиксирует их ремнем, бросая меня на кровать, беспомощную, связанную, словно жертву, приготовленную для ритуала.

Но страх отступает, уступая место всепоглощающей жажде. Я хочу их обоих. Хочу их прикосновений, их власти. Хочу забыться в этом безумии, раствориться в объятиях греха.

Алекс проводит пальцами по моей шее, спускаясь ниже, к ключицам. Его дыхание обжигает кожу, а губы оставляют влажные поцелуи, дразня и изводя.

Марк перехватывает инициативу, впиваясь поцелуем в мои губы. Грубый, требовательный, он словно выпивает меня до дна. Я отвечаю, кусая его губы в ответ.

Алекс не отстает, его руки ласкают живот, бедра, приближаясь к самому сокровенному, к моей киске.

Я стону, чувствуя, как желание обжигает каждую клеточку тела. Они играют со мной, мучают, доводят до грани. Оказывается, во мне живет такая похотливая дьяволица! Вот это поворот!