Элен Коро – Роман-трилогия «Оскар» для Него!" Том 1 (страница 18)
Да что охрана, когда так думала даже старшая официантка, хорошо знавшая управляющего и имевшая на него виды. Умирая от ревности, она решила повернуть ситуацию в свою пользу, а заодно и выслужиться. Отбросив все сомнения, Орнелла судорожно разыскала в служебном журнале телефон директора и позвонила ему. Когда тот взял трубку, она без всяких вступлений возбуждённо затараторила:
– Соломон Израилевич, докладываю: хит Джо Кокера, за который Вы заплатили большие деньги, произвёл настоящий фурор! Эротический дуэт Габи и Майкла сделал всех! Вы бы только видели, как гости-то завелись… Вау! Обнимаются и целуются по всем углам. Ой, что творится… Представляете, а некоторые при этом ещё и запускают в потолок… пачки долларов! Мама-миа, грины сыпятся на нас, словно золотой дождь идёт. А сколько всего съели и выпили! Да после такой режиссуры Вам бы только мюзиклы ставить на Бродвее. Настоящее безумие из чаевых! Вы не поверите, мы ещё не закрылись, а ресторан уже сделал трёхмесячную выручку! Ой, – тяжело вздохнула она и перевела дух. – Я и сама с трудом верю в происходящее. Нет, ну Вы только посмотрите на нашего клининг-менеджера! Он сметает моп-шваброй доллары, рассыпанные по всему полу будто это и не деньги вовсе, а осенние листья в парке. Слава Богу ещё, что у этого менеджера хватило ума не мочить ни пол, ни швабру. А то ведь, сами знаете, с какими бестолочами приходится работать.
Да не волнуйтесь Вы так, Соломон Израилевич. Всё, что нагребли, мы уже складываем аккуратными стопками в новый пустой холодильник, тот, у которого ёмкость двадцать шесть галлонов. Больше просто некуда, наш сейф уже забит до отказа.
А знаете, – многозначительно сказала Орнелла, понизив голос, – мы, конечно, и раньше видели таланты Габриэль, но в паре с Майклом они прямо-таки потрясли как гостей, так и персонал, уже привыкший к Вашим творческим находкам. Эх, а я-то думала… Это ж столько времени Майкл безропотным тихоней прикидывался. Теперь понятно, почему он у Вас в любимчиках ходит. Наконец-то проступила истинная суть нашего управляющего. И знаете, я понимаю, почему ему удалось подбить Габи на то, чтобы она выступила на этом вечере. Это было сегодня утром, когда он случайно встретил её перед работой. Какой-то странный Майкл сегодня. Сразу после этого он куда-то умчался, а, явившись вечером, такие танцы у них начались. А уж как она крутила своим чёрным хайером. Ой, мамочки, уж как развевалась эта охапка волос. Везёт же людям. Да и всем остальным поддавала так, что мама не горюй!
Предполагаю, что это по Вашей милости она была сегодня без стрингов. Ну и фантазия же у Вас, Соломон Израилевич! Понимаю-понимаю, зато результат превзошёл все ожидания. Дамы были в диком восторге, а особенно господа! О-о-о… Опять денежный дождь пошёл. Вот это да!
А что же Вы сами-то не приехали на свою постановку? Впрочем, это не моё дело, – тут же осеклась она. – Извините, я не хотела Вас беспокоить, но у нас уже спиртные напитки на исходе. Соломон Израилевич, заказать ещё партию? Сейчас ведь только и зарабатывать.
– Ты ещё спрашиваешь, Орнелла?! Конечно! Работай, детка… – успела услышать она, после чего связь неожиданно прервалась. Перезванивать она не решилась, посчитав, что и так уже хорошо «проехалась» по этим двум «звёздным» сотрудничкам, которым всё как с гуся вода.
В тот незабываемый вечер и гости, и персонал пережили настоящий взрыв эмоций, который не забыть никогда. Поначалу Соломон Израилевич даже обрадовался услышанному от официантки, но потом его стали одолевать сомнения.
«Самому, что ли, уж поехать и глянуть, что за сказки рассказывает Орнелла? – с неудовольствием подумал он, нежась в тёплой ванне. – Ведь каждый год мы проводим благотворительные вечера в честь моей любимицы Буббы, а тут что-то неслыханное… И с какой это стати Майкл полез на сцену? Опять, что ли, на баб его потянуло? В таком случае он ещё узнает, что такое ревность Соломона! Ух, неблагодарный…
Ага, так я вам и поверил, что сейф и холодильник забиты денежками, что насыпались ко мне прямо-таки из рога изобилия… – сменил он направление мысли. – Ох, насмешила. И якобы к этому денежному дождю официанты даже и не притрагиваются. Ага, сгребают чаевые для меня. Неслыханная новость! Да окажись я там, все карманы и даже носки заполнил бы этим неслыханным кэшем.
Скорее всего, мы имеем дело с долларовыми фальшивками. Потому-то они их и не берут, а наивная Орнелла уши развесила, приняв всё за чистую монету. Ну не дурочка ли? Как же, дождёшься от гостей моего ресторана долларового тайфуна. Многие из них из-за цента-то удавятся! А иначе стал бы я им кланяться и облизывать со всех сторон, подмигивая и улыбаясь всем этим «господам». А уж про моих работничков, этих олухов царя небесного, и говорить не приходится.
Нет, всё-таки что-то тут не то… Надо бы глянуть на весь этот «кордебалет» собственными глазами, а то ещё полиция нагрянет, греха потом не оберешься с фальшивками. Тут уж шутки плохи, можно и за решётку угодить. Причём надолго! Ну, Орнелла, смотри, если взялась шутки со мной шутить!
А Габриэль? Я-то думал, что она, обидевшись на меня, навсегда забудет дорогу в мой ресторан. Пока не нашли ей замену, решил обойтись фрагментами фильмов с участием Буббы. Потому уж и не попёрся на вечер, чего я там не видел?
Однако как-то странно всё это… Сердце не на месте… И как только Майклу удалось уговорить эту… задрыгу, отказавшую мне в столь «невинном одолжении». Подумаешь, обычное житейское дело… Правда, с небольшими вариациями… Ублажила бы и выплясывала бы себе дальше на здоровье, чего уж недотрогу-то из себя корчить? Мне ж известно от наших завсегдатаев, что танцорка эта ещё и не такие одолжения делает. Хотя, кто их знает, может, и врут. Ведь все, у кого не стоит, только и делают, что похваляются своими подвигами налево и направо.
Сдаётся мне, что у Габриэль просто кончились деньги! Потому-то она как миленькая и согласилась отработать вечерок. А то как же, гляди-ка: мне, хозяину ресторана
Хм… а почему в это время там оказался Майкл? Он же должен был прийти только ночью, чтобы проверить бар. Видимо, всё же придётся вылезти из ванны и посмотреть, что творится в моём заведении на самом деле. Как говорится, на Бога надейся, да сам не плошай».
Подъезжая к ресторану, Соломон уже издалека заметил у входа разношёрстную публику под хорошим кайфом. Недовольно глядя на пританцовывающее сборище, распевающее «…
–
Ох, Орнелла, это так-то, оказывается, у вас тут всё хорошо? Дым столбом, а что творят эти полуголые развратники, пребывая в дикой эйфории и похоти, – в страшном сне такого не приснится. Впору только неприличный эротический фильм снимать. А официантки? Вовсе голову потеряли, если носятся туда-сюда без кружевных на-грудничков, для которых я сам кружева выбирал. Спасибо, хоть панталончики ещё не скинули! Ишь как суетятся с подносами, полными бутылок. Ещё бы! Ведь их осыпают долларами! Надо думать, фальшивыми. А мои наивные официанточки только и делают, что периодически опускают эти бумажки в свои просторные штанишки, над фасоном которых я спорил с дизайнером аж целых две недели!»
Наконец взгляд директора устремился на подиум, где теперь уже происходил самый апофеоз этого шалмана. В атмосфере, наэлектризованной всеобщим крайним возбуждением и охмелением, можно было топор вешать, а два его любимчика, Габриэль и Майкл, видно, чувствовали себя прекрасно, раз уж выделывали столь неприличные танцевальные экзерсисы. Вокруг сцены-подиума выстроилась толпа «эстетов», продолжающих делать ставки. Они-то и подогревали главную пару, близкую к экстазу, похотливыми криками и причмокиваниями:
– Ух, какая! Ну, Габи, давай-давай… Эй, чикса, дай ему, дай!
– Эй, горячая штучка! Ну давай, полюби уже этого перца!
– Да, что ты всё ломаешься? Покажи крутяк!
– Майкл, ну а ты-то что? Дай этой бейбе по самое не балуй!
Глядя на знойную картину, Соломон Израилевич аж остолбенел. «А ведь Орнелла оказалась права, – неожиданно подумалось ему. – Не будь ресторан моим, мне бы точно понравилось это безумие. Эх, приди я куда-нибудь, где меня никто не знает, я бы с удовольствием поучаствовал в этой вакханалии. А в своём заведении – это уж слишком!»
– Ой, смотрите, сам Соломон Израилевич приехал! – раздались громкие голоса. – Ну, всё… Спасайся, кто может! Он сейчас всех разнесёт.