Элен Форс – Притяжение души (страница 74)
Растворяюсь в его признании, я как будто отделяюсь от своего тела и начинаю порхать в воздухе, становится легко и волнительно. Каждый раз, когда Демид говорит, что любит меня – я не могу поверить своим ушам. До сих пор не привычно.
- Я тоже тебя люблю, Демид. – Отвечаю ему, возвращаясь к реальности и вынуждая себя собрать расправившиеся от его признания крылья и заземлиться. – Но если честно, до жути боюсь твою Изи и её дочку. Как бы ваши отношения ни начинались, ты испытывал к ней сильные чувства и возможно у Вас есть совместный ребёнок.
Дети умеют ломать любые границы, создавая не бывалые сложности. Сегодня он ненавидит её мать, а завтра не сможет сказать ей нет, потому что она мать его дочери.
Демид тяжело вздыхает, не выпускает меня, но немного отодвигается, чтобы лучше видеть моё лицо.
- Если это моя дочь, я не откажусь от неё, ты это сама знаешь и понимаешь, что это правильно. Но это не значит, что тебя я стану любить иначе, и что стану меньше хотеть наших детей. – Пропускаю удар.
Раньше я думала о детях, только как о веревке, чтобы привязать Демида к себе. Никогда не представляла себя в роли матери.
Демид усмехается, сгребает меня и подтягивает к себе, целует сначала нежно, словно пытается передать все чувства ко мне, потом проталкивает язык в рот и пускается в страстный пляс.
Я на секунду забываю и об Изи и о её дочери, и обо всех размолвках. Лишь когда Демид отталкивает столик на колёсах от кровати подальше, я вспоминаю, что мы в доме его бабушки и дедушки.
- Нет. Не здесь. – Пальцы скользят по влажной груди Демида. – Нас могут услышать.
- Наша спальня находится в километре от спальни Ба и Деда. – Смеётся задорно Дэм. – И у них нет привычки подслушивать, так что тебе не за что переживать.
Рука Демида ныряет в вырез платья, находит с хирургической точностью сосок и сжимает его двумя пальцами. Меня словно молния ударяет.
Приходится прикусить язык, чтобы не вскрикнуть. Глаза распахиваются, а между ног разливается влажное тепло. Тело превращается в оголенный нерв, по которому бежит ток.
- Я так не могу… - Пытаюсь отпихнуть его, наивно полагая, что у меня что-то получится. Но тяжесть тела Демида выбивает из меня остатки воздуха вместе с сопротивлением.
Демид тянет губами сосок, не выпуская из рук грудь, он касается одного места, а пылает всё тело. Я схожу с ума в его руках, и теперь уже сама не смогу так просто отказаться от того, что он предлагает.
- Закрой только дверь! – прошу его хрипло, цепляясь за остатки разума.
Демид не хотя встаёт, быстро закрывает дверь и быстро возвращается ко мне, пока я не остыла и не вспомнила, где мы находимся. Он молниеносно избавляется от платья. Между нами чистое бешенство гормонов, сплошные инстинкты.
Демид входит в меня рывком, сегодня у него не хватает терпения. Я же, всхлипнув, выгибаюсь дугой, от того как жёстко его член проталкивается во мне. В промежности горячо и влажно, низ живота сводит от возбуждения.
Каждый новый толчок усиливает головокружение, я цепляюсь за покатые плечи, забывая обо всех проблемах.
Сегодня есть только мы – никакой Изи…
ХХХ
Просыпаюсь, будто выныриваю со дна океана. С трудом открываю отяжелевшие веки. Возвращаться в мир с реальными проблемами совершенно не хочется.
- Доброе утро, Принцесса. – В отличие от меня Демид успел принять душ и теперь одевался. На его губах блуждала грустная улыбка, он тоже вынырнул из постели и погрузился в ворох предстоящих дел. – Наш ужин превратился в завтрак.
Он кивком головы указал на стол, полный еды, что я прикатила вчера для заедания стресса. Сейчас мне совершенно не хотелось есть.
- Доброе. Ты куда собираешься?
- Нужно съездить в больницу и сделать тест на отцовство.
- Я поеду с тобой. – Не знаю, что заставило Демида согласиться: категоричность в моём голосе или боль в глазах?
Пришлось позаимствовать менее праздничное платье у Алисы для такого важного для меня события. Я познакомлюсь с Изи. Хотелось бы конечно более ответственно подойти к мероприятию, подготовиться лучше, но получилось как получилось.
В платье Алисы я тоже выглядела неплохо, мне удалось накраситься и кое-как уложить волосы. Демид молча ждал, когда я завершу свои поспешные приготовления.
- Ты уверена, что готова? – спросил, когда мы сели в машину.
- Более чем.
- Ладно, у меня только одна просьба, не выдирать волосы и не обещать её убить. Окей? – Машина тронулась с места, быстро проскочила открывшиеся ворота.
- Вот значит, какого ты обо мне мнения? – Вслед за нами ехала целая делегация машин, глава семьи не позволил внуку рисковать своей жизнью. Лука не доверял Изи, и от этого мне было приятно.
Пусть выкусит, не она тут любимая невестка.
Люди Демида привезли Изи с девочкой в больницу.
Изумруд хорошо подготовилась, нарядилась в узкое, неприлично облегающее платье зелёного цвета, прекрасно подчёркивающее фигуру. Она выглядела, можно сказать, нарядно и совсем не напоминала побитую жизнью беглянку.
Девочка была точной копией матери, я вглядывалась в её лицо, желая найти схожесть с Демидом, какое-то подтверждение их родства. В глубине души я очень надеялась, что это не его дочь, что ребёнок не встанет между нами.
Когда Изумруд заметила меня, её глаза блеснули недобрым огоньком, увидеть меня в больнице она никак не ожидала.
- Николетта, познакомься, Изи и её дочь Мадина. – Мне понравилось, что Демид не спешил с выводами, но смотрел на девочку он многозначительно, с некой нежностью, будто решив уже для себя, что она его дочь.
- Не буду говорить, что мне приятно познакомиться. – Получается надменно и пренебрежительно, ничего не могу с собой поделать, но всей душой ненавижу эту женщину.
Глядя на неё, вспоминаю разодранную в клочья мной фотографию и как мы поругались и Демидом из-за неё. Она стояла между нами с самого первого дня. Сначала просто тенью, а теперь – в своём зелёном платье!
Изи усмехается не менее высокомерно, оглядывая меня с ног до головы.
- На фотографиях в журнале ты намного красивее, ретушеры справлялись со своей задачей на ура! – Вспыхиваю мгновенно, покрываясь румянцем, она находила в себе ещё смелость отпускать комментарии по поводу моего внешнего вида! Успокаивает лишь то, что она меня ненавидит также как и я её.
Когда я увидела фотографию Изумруд впервые, то разрыдалась от того, какая она красивая. Не могла представить, как буду с ней конкурировать. И сейчас это болезненно меня кольнуло.
- Изи. – Предупреждает Демид, касаясь моего бедра и напоминая с кем он. – Придержи свой змеиный язык при себе. Ты тут такая вся нарядная и свободная только по ОДНОЙ причине.
Девушка подбирается, выпрямляет спину и проглатывает все обидные речи, которые видимо так хотела выплеснуть на меня. Одно слово Демида и девушка превращается в кроткого котёнка.
Какая актриса!
- Сеньор Гроссерия. – В коридоре показывается женщина в белом халате, немного разряжая обстановку. Испанка моментально чувствует атмосферу, видно как ей становится неудобно. – У нас всё готово.
Люди Гроссерия перекрыли всё здание, кроме нас никого не было в больнице.
- Конечно. Девочку я забираю на время. – Демид протянул крохе руку, та не торопилась принимать её, сначала она посмотрела на маму, ожидая её разрешения. Когда Изи кивнула, девочка вложила крошечную ручку в широкую ладонь Дэма. У меня сердце ёкнуло при виде этого зрелища. – Пойдём, Мадина!
Они скрылись в кабинете, а мы с Изумруд остались вдвоём под дверью. Просто эпичный момент из комедии, бывшая и настоящая готовы порвать друг друга.
Усаживаюсь поудобнее на диван, стараясь игнорировать присутствие Изи. Говорить нам с ней не о чем, не обсуждать же нам Демида?
Изи даже не его бывшая, с кем он расстался, это сбежавшая жена.
Изумруд прислоняется к стене, прячет руки за спину и рассматривает меня, не скрывая интереса. Выдержки ей не занимать, несмотря на положение дел, Изи ведёт себя как победительница.
- Что ты будешь делать, когда тест будет готов и Демид узнает, что Мадина его дочь?
- Не знаю. Возможно, в тот самый момент, когда ему придёт уведомление, я буду делать братика или сестричку. – Одариваю её улыбкой. – Или, наоборот, первенца… Тут уже тест покажет.
Девушка фыркает, встряхивает густыми волосами.
- Знаешь, дети требует много времени и ответственности. Только, когда у тебя появляется малыш, ты осознаёшь весь груз родительской ответственности. Хочешь уберечь его от всех невзгод, быть с ним каждую минуту его времени, видеть первый шаг, слышать первое слово. Демиду захочется наверстать упущенные годы.
Вот он первый шаг шантажа и вымогательства.
- Звучит логично. Только, ты тут причём?
- Я мать его дочери. А ты кто? Жена? Ну, и я как бы… жена… - Она открыто смеётся надо мной.
- Раньше нужно было об этом думать.
Бороться с Изи за сердце Демида я не собиралась, решила довериться Демиду.
- Женщины иногда совершают ошибки, а потом очень раскаиваются. Тебе ли знать! – Она подалась вперёд и одарила меня красноречивым, кричащим взглядом. Эта сука знала, что я сбежала от Демида и скрывалась на Майорке.
- Ах ты… - моя речь прерывается, когда дверь открывается и из кабинета выходит Демид с девочкой на руках. Девчонка улыбается, жмётся к нему, растапливая остатки льда.