Элен Форс – От судьбы не уйдёшь (страница 30)

— Станцуй для меня… на моем члене. — хрипло выдыхает Аль-Мактум, поворачивая меня к себе лицом. Испытываю трепет, глядя в бездонную зелень; омут, затягивающий и связывающий по рукам и ногам. Мужчина резко сдирает с себя одежду, оказываясь передо мной абсолютно голым.

Утягивает меня на кожаное кресло за собой. Садится на него, широко расставляя ноги и усаживая меня на себя. Аль-МАктум напоминает короля на троне, не хватает короны. Чувствую бархатную головку, поглаживающую меня между ног, упирающуюся в губы. Разряды тока пробегают по всему телу. Хочется почувствовать поскорее ее в себе.

Эмир кладёт руки мне на талию, сжимает ее, показывая мне курс, в котором я должна двигаться.

Мое лоно трется само о его член, истекая соком для него. Без прелюдий и нежностей. Просто как животное.

— Сядь на него. Я хочу, чтобы ты попрыгала на нем. Показала все, что ты умеешь. — Аль-Мактум агрессивно целует меня, выбивая остатки разума и сомнений. Я кладу руки на его плечи, чтобы найти опору, постепенно опускаясь. Его головка проникает в меня медленно, раздвигая трепещущие губы.

Пальцами скольжу по его телу, то ли отталкивая, то ли притягивая. Я как в бреду. Сплю с открытыми глазами.

Ощущение такое, что я сажусь на кол. Меня раздирает на две части. Чистое безумие. Неправильно получать наслаждение. Не так и не с ним. Я должна чувствовать себя мерзко, но нет… даже стыда не чувствую. Тело хочет сладкого наслаждения, которое может подарить только он.

Между моих ног искрит, разжигается пожар, охватывающий все тело. Волны удовольствия накрывают с головой.

Запрокидываю голову, кусаю губы. Мои стоны слышны, наверное, даже на улице.

Соски трутся о жёсткие чёрные волосы, олицетворяющие все животное, что в нем есть. Твердеют, становятся каменными, от нарастающего возбуждения. Чувствую кончиками пальцев его дикость. Танцую с хищником.

Мои слишком медленные движения, наверное, становятся для Ахмеда невыносимыми, он не удерживается и тянет меня вниз, усаживая меня полностью на свою дубину, начиная управлять процессом. Я вскрикиваю и раздираю его кожу ногтями. Он дотрагивается членом до моего сердца. Чувство такое, что он потирается им о нижнюю полую вену, ласкает маленькое сердечко, заставляя биться чаще.

Я действительно начинаю танцевать, извиваться, изгибаться на нем, демонстрируя все мои возможности. Просто вхожу в азарт, отдаюсь наслаждению. Не чувствую жара, как пот струится по моей спине; отдаю всю себя. Пусть забирает. Сегодня я его и телом и душой.

Буду разъедать себя позже, а сейчас просто испытываю чистый кайф в руках Эмира.

Оргазм накрывает меня. Сжимаю ногами его сильные бедра, извиваюсь в руках.

Обессиленного падаю в холодные объятия, извергающего в меня своё семя, мужчины, вдыхая запах пота и парфюма Ахмеда, утыкаясь носом в ложбинку у шеи.

Просыпаюсь от вибрирующего телефона под моей головой. Это Мама.

Пытаюсь прийти в себя, понять, как я попала на кровать голая, укрытая толстым пледом. Рядом со мной спит Аль-Мактум, его рука покоится у меня на животе. Резкий контраст наших тел вызывает умиление и смятение. Его смуглое, мускулистое тело на фоне белоснежных простыней и моей молочной кожи смотрится слишком сексуально.

Мы впервые спим в одной в постеле.

В груди образовывается воронка, становится очень больно.

Мне бы хотелось просыпаться в кровати с любимым парнем вот так. Внутри закрадывается желание поцеловать его спящего. Во сне морщинки Эмира разглаживаются и он становится очень милым, даже губы расплываются в полу улыбке. Красивый чертяка!

Но он мне не парень. Он мой хозяин. Господин. И снюсь ему точно не я.

Тихонечко слажу с кровати и выхожу на носочках в другую комнату. По дороге не нахожу ничего из одежды.

— Да, мам! — тихо спрашиваю, забираясь с ногами в то самое кресло. Голая попа прилипает к дивану. Поджимаю пальцы ног от холода. — Как Папа?

— Вика, ты где? — Мама стала веселее и голос более расслабленный, но она насторожена. Переживает за меня. Когда здоровье папы оказывается в безопасности, она может заняться мной.

— Мы в загородном клубе, который у озера. — честно говорю я. — Решили выспаться после дороги. Расскажи лучше, как Папа?

— Он лучше. Его уже забрали в Москву. Оказывается, его одного перевезли! Даже не знаю, почему ему так повезло! Бог есть, все видит. Я сходила в церковь, поставила свечки за наше здоровье. Помолилась. Поблагодарила за то, что помог. — Мама делает паузу, и я так и вижу, как она крестится. Если бы она знала, кто этот ангел-хранитель. — Вика! Объясни мне, пожалуйста. Что это за парень? Где ты его нашла? И почему ты сейчас с ним, а не дома.

У меня язык прилипает к небу, слова даются с трудом. Язык будто распухает до таких размеров, что становится невозможно им ворочать во рту. Буквы не складываются в слова.

— Мы познакомились на Мадагаскаре. Я влюбилась в него с первого взгляда, мама. Не смогу теперь без него… — трудно отличить в моих словах ложь от правды. На Мадагаскаре на пляже, отдавая невинность этому животному, я действительно чувствовала как струится тепло от его тела к моему, как я влюбляюсь в красивого и сильного мужчину, который делает меня женщиной.

Только теперь, что я чувствую? Разбитое корыто?

Поднимаю глаза и встречаюсь взглядом с Аль-МАктумом, который стоит в дверях, прислонившись к стене, внимательно смотрит на меня. Он напоминает греческую скульптуру с идеальной мускулатурой.

— Давай я тебе потом перезвоню…

Глава 20

Старый колодец в селе.

Рыба метнулась за мошкой…

Темный всплеск в глубине.

Нельзя залезть в чужую голову и прочесть мысли. Если бы это было возможно, то жить стало бы намного проще и может быть скучнее. Если бы я могла прочитать мысли, то смогла бы понять, что он ко мне чувствует и думает обо всем происходящем. Не сидеть на измене и строить гипотезы, а просто узнать правду. А так в моем сердце продолжает греться тёплая надежда, как у маленькой дурочки.

Уже несколько минут, ковыряясь бессмысленно вилкой в салате, я пыталась понять о чем думает Аль-Мактум, сидящий в кафе напротив меня. Он что-то читал в своём телефоне и ел заранее разрезанный стейк. Выглядел он невероятно деловито.

Со стороны мы напоминали милую пару, решившую позавтракать вместе. Аль-Мактум был в джинсах и свободной белой футболке, поверх которой накинул тёмно-серый пиджак с золотыми пуговицами. Меня же он нарядил в свободное платье голубого цвета, оттеняющее мои глаза. В нем я казалась непорочной и милой. Просто девочка-припевочка. Бант бы на голову и в первый класс на линейку можно было бы идти. Совершенно не мой стиль. В нем я себя чувствовала угнетенно.

Именно нарядил. Одежда, которую мне привезли, была полностью выбрана им. Все, вплоть до нижнего белья и носков. Эмир все проконтролировал и выбрал за меня. А утром просто распорядился: «Надень голубое. Оно мне нравится.»

Амин держался в стороне и не трогал меня, больше не заговаривал и даже не смотрел. У него на шее красовался тонкий шрам еще красного цвета. Этого он мне никогда не простит. Мысленно я сама себя ругала за тот порыв, сделала только хуже себе.

— Ничего себе. Ви, это ты? — к нашему столику подходят мои однокурсницы. Одна рыжая и кудрявая, а вторая — высокая брюнетка. Терпеть не могу обеих, а они смотрят на нас во все глаза. И предмет их влечения, явно, не я. Девушек интересует араб в пиджаке. Аль-Мактум же тоже жадно осмотрел их, не оставляя без внимания. Как будто меня рядом нет. Он так демонстративно и лениво прошёлся по ними глазами, что не заметить этого интереса было невозможно.

Девочки просто затрепетали от такой бесконтактной ласки.

— Рада видеть Вас. — не очень хорошо вру я, стискивая вилку. Очень надеюсь, что они уйдут, но девочки наоборот подходят ближе, становясь ко мне спиной, и откровенно заигрывают с Эмиром, который начинает играть в эту игру. Внутри меня поднимается волна негодования. Я помню, что в мои обязанности входит засунуть язык куда подальше и молчать, но это сделать весьма трудно. Практически удерживаю одной рукой вторую, чтобы не воткнуть зубцы вилки в накачанный зад одной из них.

Эти две курицы в университете — первые красавицы. Все парни у их ног. Мне было мало чувствовать себя страшнее и хуже их на учебе, теперь и сейчас придётся почувствовать себя гадким утёнком, которого демонстративно оттеснили в дальний угол.

— Может познакомишь нас с твоим знакомым?

— Мне кажется, Вы и без меня отлично справляете со знакомством с ним. — говорю я, отправляя помидор в рот, максимально прикладывая силы, чтобы выглядеть непринуждённой.

— Ахмед. — своим бархатистым голосом с сексуальной хрипотцой и выразительным акцентом говорит Эмир, и я отчетливо слышу, как две мымры вздыхают, почти кончая.

— А меня зовут Лера, ее Таня… — не удерживаюсь и пародирую рыжую, гримасничаю. Ахмед сдерживает улыбку, бросая на меня быстрый взгляд.

— Очень приятно. — Аль-Мактум вежливо прикладывает руку к груди, демонстрируя дорогой перстень. Девочки смотрят на него зачарованно. Отсосали бы уже прямо здесь, чего стесняться непонятно. Итак, видно, как капает их слюна на пол.

— Нам тоже. Приходите сегодня в клуб «Белое солнце», мы будем танцевать там. В трусиках и маечках… посмотреть будет на что! Сегодня состоит конкурс — Богиня Солнца!