Элен Боннет – Ритм твоего сердца (страница 54)
Только сейчас понимаю, что там было полно народу и десятки или сотни глаз наблюдали за нами, в том числе и друзья. Сэм замечает, что я теряюсь в своём подсознании, блуждаю там, воспроизвожу вновь и вновь момент, где Джокер превращается в
Друг проводит ладонью по моей щеке, смахивает слезу, тем самым возвращая меня в реальность.
— У него в глазах был страх. Джейсон боялся тебя потерять, но всё же снял маску, — он продолжает говорить, это успокаивает. Его нежный голос убаюкивает. — Не думаю, что он хочет тебя обидеть.
Запрокидываю голову к потолку, закрываю глаза, вдыхаю и медленно выпускаю из себя практически весь кислород.
— Я знаю, что он не обидит, — сжимаю ладонь Сэм в своей. — Кажется, что моё состояние сейчас — это больше из-за беспокойства за него. Меня волнует, что будет теперь, когда Джейсон снял маску. Не просто же так ему приходилось так долго скрывать своё лицо.
Машина плавно останавливается у моего дома, но Сэм просит подъехать к соседнему.
— За ночь ничего точно не случится, а после того, как завтра накормлю тебя вкусным завтраком, ты ему позвонишь, — Сэм оплачивает поездку, выходим из салона, а после, обняв меня за плечи, подталкивает к себе на участок. — Ночевать тебе лучше у меня, — в его голосе слышна нотка веселья. — Твой отец в шоке от недавнего визита. Он уже заявлялся к моему и просил одолжить ружьё, чтобы найти твоего жениха. Расслабься, они выпили две бутылки виски, и теперь каждый мирно спит у себя. Это мне написала мама, пока ты разговаривала с Джейсоном. А ещё твой папа думает, что ты беременна.
От полученной информации мои глаза лезут на лоб, а все слова застревают в горле.
— О боже, — только и могу, что пропищать и закрыть лицо ладонями.
Сэм смеётся, продолжая рассказывать посиделки наших отцов во всех красках. Его мама многое успела поведать за такое короткое время. У неё просто талант разведчика. Хотя если папа был на эмоциях, он мог не скупиться на высказывания и разговаривать очень громко и эмоционально. Что-то желание знакомить его с Джеем в ближайшую вечность не возникает.
— Завтра с ним поговори, а то он сойдёт с ума, — смеётся друг, открывает дверь, и мы проходим внутрь. — Ложись в моей комнате, а я посплю на диване в гостиной.
— Нет-нет, я всё равно не смогу заснуть, — не хочу приносить неудобства.
Сэм заботится обо мне — будет правильнее, чтобы я отдохнула на диване, а утром, как мышка, пошла к отцу на расспросы. Но друг категоричен, его строгий голос заставляет улыбаться, потому что Сэм и строгость — ну это очень смешно.
— Но сперва молоко с мёдом, — мы проходим на кухню в бежевых тонах.
Его мама обожает этот цвет — практически всё в этом доме либо бежевое, либо оттенка молочного шоколада. Сэм подогревает молоко, разливает его по чашкам и в конце добавляет по ложке мёда. Это его ритуал перед сном, чтобы лучше спалось. Иногда, когда беспокоит бессонница, вспоминаю этот рецепт — на удивление, работает безотказно.
Почему-то у этого напитка аромат детства, он сладковатый, согревающий. Не знаю почему, зрение затуманивается из-за скопившихся слёз. Снова хочется плакать, только теперь от внезапной теплоты, которая появляется в груди, — она растекается с каждым глотком всё больше и больше.
— Спасибо, что ты есть у меня, — шепчу и пытаюсь сморгнуть пелену влаги.
— Тебе срочно нужно спать, — допиваем молоко, Сэм убирает посуду и провожает в комнату. — Постарайся сегодня не копаться в случившемся. Утром проснёшься, и всё встанет на свои места.
— Люблю тебя, — забираюсь под тёплое одеяло и, на удивление, чувствую внезапную тяжесть во всём теле, словно оно только и ждало, чтобы оказаться в объятиях мягкой ткани и горизонтальном положении.
— Тоже тебя люблю, — он целует меня в лоб. — Сладких снов, Эви.
— Самых сладких, Сэм.
***
Нежные венские вафли со сливками и фруктами — идеальный завтрак. Родители Сэма обсуждают что-то в кабинете. Но мне кажется, что они просто не хотят мешать нам общаться.
— А там есть ещё вафелька? — губы растягиваются в самой хитрой улыбке, это действует.
На моей тарелке появляется дополнительная порция ароматной выпечки. Наворачиваю так, будто до этого ничего не ела, и только звонок в дверь заставляет всё моё тело напрячься.
— Эви, ты чего? — Сэм, на удивление, не понимает мою реакцию.
Но стоит голосу папы раздаться в коридоре, в голове друга щёлкает та же мысль, что и у меня.
— Чёрт! Спрячь меня, — шиплю, а глазами ищу место, где меня не смогут найти.
Само собой, ничего не получается — за спиной раздаются приближающиеся шаги. Медленно разворачиваюсь, всё происходит как в комедийном фильме. По мере того как встречаюсь с глазами папы, на моём лице расплывается нелепая, виноватая улыбка.
— Доброе утро, па, классный свитер, — понимаю, что, если бы вчера пошла домой, он бы с самого утра как только проснулся замучал меня вопросами. Но то, что сейчас отец застаёт в такую рань у друга, чревато тем, что фрагменты в его голове сложатся не так, как нужно.
Он смотрит сперва на меня, затем его взгляд переходит к ещё заспанному Сэму. И снова останавливается на мне. Между его бровей появляется складка, выражение лица демонстрирует удивление.
— Так это ты её жених? — мимо проходящий отец друга делает глоток кофе, но стоит ему услышать только что произнесённые слова, как напиток брызжет во все стороны. От неожиданности он закашливается, и теперь они оба смотрят на нас, выпучив глаза. — Так мне, что, сына друга прибить придётся?
Вскакиваю со стула с набитым ртом. Всё происходящее напоминает какой-то сюрреалистический сон.
— Па, ты с ума сошёл? — к щекам приливает жар, он распространяется по шее, ушам. — Я вчера вечером не хотела тебя будить, поэтому осталась у Сэма. Он мне как брат, не говори ерунды.
А друг словно специально решает выдать месячную норму сарказма — подкалывает нас с отцом.
— Мистер Коллинз, я был бы счастлив, если бы был женихом Эви, но она для меня сестрёнка, — он подмигивает ему. — Но это не значит, что вам нужно расслабляться.
Цыкаю на обоих, буквально силой усаживаю папу на стул и гневно смотрю в сторону друга. Я с этими мужчинами скоро сойду с ума. Почему всё должно быть так сложно? Видимо, ревность у них в крови — сначала к своей женщине, потом к дочери. Они вообще могут нормально доверять женскому полу?
Стоит об этом подумать, как на телефон приходит сообщение от Джея.
Джейсон:
«Доброе утро, ужасно скучаю. Когда мы сможем встретится?»
На самом деле мне хочется увидеть его как можно скорее, ощутить необходимое родное тепло, услышать властный голос с хрипотцой, заставляющий дрожать все внутренности. Но сбежать сейчас не могу, если сделаю так, то папа на меня точно обидится.
Вы
«Я сейчас у Сэма, вечером созвонимся. К сведению, отец знает, что у меня кто-то есть, и хочет пристрелить его, то есть тебя *смеющийся смайлик*»
Джейсон:
«Почему так рано у друга? Только не говори, что ты у него ночевала. Ещё больше хочу лично встретиться с твоим отцом *смайлик ангела*»
Поднимаю разъяренные глаза и сталкиваюсь уже со спокойным взглядом папы. Только теперь меня потряхивает от переизбытка ревнивых мужчин в моей жизни. С одной стороны, приятно осознавать, что ты важен для кого-то, но мне так же необходимо знать, что мне доверяют.
Вы:
«Ты мне доверяешь?»
Ответ приходит моментально.
Джейсон:
«Полностью. А ещё я хочу тебя съесть»
Не отвечаю — знаю, во что может перерасти этот диалог. От последних прочитанных слов жар поднимается по шее и ещё сильнее окрашивает щёки в красный цвет. Хочется умыться прохладной водой, даже складывается ощущение, что в доме температура стремительно поднимается к высоким отметкам. Как по-другому можно объяснить влажные ладони и прилипшую к спине футболку, которую так кстати вчера предложил Сэм? Она мне как платье из-за разницы в росте.
— Думаю, что всё же я похищу у вас свою дочь, — папа поднимается, показывая мне на дверь.
Он хоть и выглядит уже спокойно, даже улыбается, но от серьёзного разговора мне точно не уйти. Но я его понимаю: он воспринимает меня как свою маленькую девочку, а Джейсон для него грабитель, который хочет украсть сокровище всей его жизни. Только как бы ни было печально признавать, а ему придётся принять этот факт — я выросла.
Глава 48
Эвелин
Такси везёт меня обратно в нашу с Мией квартиру. Рада, что начало дня провела дома с папой. Само собой, он задал мне по меньшей мере вопросов сто о Джейсоне. Я не обманывала родного человека, поделилась всем, чем знаю, потому что Картер не моя маленькая тайна — он для меня важен. Не вижу смысла утаивать что-либо, вести себя глупо, по-детски.
Знаю теперь только одно — Джейсон не открутиться от чаепития в компании меня, отца и его внутреннего детектора лжи. Он однозначно устроит допрос с целью разузнать: грозит ли его дочке опасность или нет. Самое главное, что уверенность в
— Мисс, мы приехали, — голос водителя возвращает в реальность.
Оказывается, машина уже какое-то время стоит около подъезда, а из-за постоянного потока мыслей ничего не замечаю вокруг. Возможно, мужчине пришлось несколько раз позвать меня, прежде чем я отреагировала.