Элен Блио – Шейх. В плену страсти (страница 8)
– Я вам объяснила. Я работаю на вас. Это… это неприлично. – почему-то с ним сейчас у меня отключается голова, не могу логично объяснить ему свой отказ. Как будто не хватает слов, хотя английский, на котором мы общаемся я знаю отлично.
– Неприлично, что именно, Дарина? – говорит спокойно, не давит, как будто пытается реально понять, но почему-то не верю его размеренному тону. – Ужин? Общение?
– Всё. Понимаете… – внезапно находит озарение, самое простое объяснение для него, если он делает вид, что не понимает! – В моей стране так нельзя. Так не делают. Отношения на работе, служебный роман – это… не приветствуется.
– Но мы же не в твоей стране сейчас, Дарина? – он так произносит моё имя, словно смакует, – я не такой начальник, который будет что-то требовать от тебя. Я не буду давить, если ты сама не захочешь?
Его лицо опять совсем близко.
Он ведь не об ужине говорит.
Почему-то опять начинает сладко ныть между бедер, какое-то наваждение.
Он мне не нравится! Не нравится!
Плейбой. Нахал!
Почему же тело так реагирует?
– Слышишь, Дарина? – он с шумом выдыхает моё имя, я вижу, как вздымается его грудная клетка, опасно, очень опасно, – Какое красивое у тебя имя. Мне очень нравится. Знаешь, что оно означает у нас?
– Нет, – вся дрожу от его близости, но почему-то не могу сдвинуться с места.
– Дарина – благословение, дарованное Всевышним. Я уверен, что ты не просто так оказалась на моём пути с тем обжигающим кофе.
– Я… я правда обожгла вас? – сама не понимаю, зачем спрашиваю.
– Да. До сих пор не сошло пятно на груди. Хочешь посмотреть?
– НЕТ! – выкрикиваю резко и отшатываюсь.
А он смеется! Этот восточный гад тихонько посмеивается надо мной!
Это… невыносимо!
– Извините. Мне пора.
– Ты голодна. Я знаю, что ты не обедала.
– Да. И ужина меня тоже, увы, лишили.
Шейх качает головой.
– Дарина…
– Я объяснила вам все, господин Иррактум. Я не могу согласиться на ужин с вами. Можете уволить меня, если вам угодно, но принять от вас приглашение я не могу.
– Уволю тебя, и ты уже не будешь моей сотрудницей, да? Тогда ты согласишься на ужин?
Он издевается?
Снова щиплет в носу, слезы подкатывают.
Вот тебе и восточная сказочка, Дарина Александрова! Поработала неделю в райском месте – придётся возвращаться обратно, домой. Там скоро зима, ляжет снег, морозы ударят. Останется только вспоминать раскаленное солнце пустыни, синие воды Персидского залива, роскошь и блеск Дубая.
– Увольняйте, пожалуйста, – говорю от досады на русском, плевать, что не понимает! – Но я всё равно не стану с вами ужинать!
– Упрямая малышка, мне такие нравятся…
Его голос звучит так близко, а у меня кружится голова, от напряжения, от расстройства, от голода.
Поднимаю глаза, глядя ему в лицо, и чувствую, как все плывет, и я куда-то падаю.
Глава 8
Прихожу в себя, понимая, что я на руках у шейха Саида.
Он несёт меня куда-то.
Вздрагиваю испуганно.
– Тише, Дарина. Ты потеряла сознание.
– Куда… куда вы меня несёте?
– В твою комнату, сейчас придёт врач.
– Не нужно врача, – испуганно шепчу, – все нормально, я просто… переутомилась. Было жарко и…
– И ты осталась голодная. Я понимаю. Но лучше, пусть тебя осмотрит доктор. Как твой работодатель я не могу пропустить подобное.
Заливаюсь краской.
Мой работодатель.
Боже, я попала в такую историю! Ну, что за невезение!
– Вы… вы меня уволите? – не могу не спросить, волнуюсь за будущее.
– За что? За обморок? Или за отказ поужинать? – он усмехается!
Вот нахал!
Мы останавливаемся у лифта. Стараюсь не смотреть на шейха, но чувствую.
Его сильные крепкие руки, мощную грудную клетку с бугрящимися мышцами.
От него веет жаром. И я горю.
Плавлюсь.
Щеки алеют.
Мне неловко – платье сразу кажется слишком коротким и тонким. Вижу как торчат голые коленки. И соски тоже торчат. Бюстгалтер не скрывает их.
Позор какой!
Они… я не понимаю, почему они такие!
Знаю, что обычно соски становятся упругими и крепкими из-за возбуждения. Но я-то не возбуждена!
Я испугана. Напряжена. Взволнована.
И внизу живота всё-таки стягивает всё предательской негой. Бедра непроизвольно сжимаются.
– Расслабься, Дарина. Всё будет хорошо.
Лифт приезжает быстро.
Мы находимся сейчас в крыле для персонала, к моей радости, народу тут мало, и никто не попадается на пути. Не хотелось бы новых сплетен, хотя я и так уверена – они будут. Наверняка девчонки узнают о том кто и для кого закрыл двери родного ресторанчика!
Интересно, а где все ужинали? И почему я не знала, что ужин куда-то перенесли?
– Как ты? – мы заходим в лифт, и шейх нажимает нужный мне этаж.
Выдыхаю незаметно, честно говоря, опасалась, вдруг он меня куда-то не туда отнесёт?