Элен Блио – Развод в 42. Верни меня, мой генерал (страница 58)
Мы стоим вчетвером.
Саша, я, наш сын и дочь.
Стоим крепко обнявшись, поддерживая друг друга. И я знаю – так будет всегда.
- Саша… - одними губами шепчет его мать, но он смотрит на меня.
Одними глазами улыбается.
- Как ты? – тихо шепчу я.
- Сам не знаю. Стою.
- Стоишь.
- Значит, рано списали генерала Соболя!
- Никто тебя не списывал, ты сам себя списал, а теперь…
- Саша… - хриплый голос Элеоноры доносится до нас. – Александр, я же хотела… хотела как лучше. Я же… план… у меня был план. Ты должен был стать президентом, понимаешь, ты… я всё спланировала, я же не одна, за мной большие силы стояли… Я…
- Ты просто сумасшедшая старая сука, испортила жизнь мне, моему сыну, ты…
Неожиданно для нас мать Саши бросается на бабку, толкает её, но бабка оказывается неожиданно проворной, хватает мать за пиджак, и они обе падают на пол.
Зрелище не для слабонервных. Словно две змеи они извиваются на полу – одна пытается больнее достать другую. Причём они обе уже очень возрастные! Если матери лет шестьдесят пять, то бабке-то уже все восемьдесят пять!
Мне они сейчас реально напоминают змеиный клубок.
Вспоминаю эпизод из старого детского фильма, в котором была злодейка Анидаг – гадина, которая упав с лошади сначала извивалась вот так на земле, потом в змею превратилась.
Ужасно.
Противно.
И всё это действо происходит в коридоре санатория.
- Чёрт… - качает головой мой Соболь. – Вов, подними ты их, я сам, наверное, еще пока не сдюжу.
- Есть, поднять, товарищ генерал, - шутит сын, наклоняется, отрывая бабку от прабабки. – Дамы, здесь вообще-то приличное заведение, санаторий.
- Кто ты такой, чтобы меня… меня… учить? – еле дышит Элеонора.
- Да вам, слава богу, никто. – усмехается Володя.
Хотя сейчас, уверена, он уже понял кто перед ним.
Но ответил абсолютно правильно.
Никто!
И не он им никто – они нам никто!
И это справедливо.
В коридоре появляется Сан Саныч, главный врач санатория. Хмурится, увидев двух женщин, которых Вовка только успел разнять, а потом смотрит на Соболя.
- Александр Сергеевич! Дорогой! Стоишь!
- Стою!
- Долго стоишь?
- Да… не знаю, минут десять, не больше.
- Это хорошо. Но лучше уже присесть. И… давай-ка ко мне в кабинет, надо бы пощупать тебя, посмотреть, снять показания.
Саша опускается в кресло. И мы с детьми везём его туда, куда указал Сан Саныч.
Соболь бросает взгляд на своих родственниц, головой качает.
- Оставьте нас в покое. Живите, как раньше жили.
- Саша, я не виновата…
- Бог тебе судья, мать. Только вот… Вы тогда не любимую мою убили, вы убили меня. Поэтому, справедливо, что для вас я умер. Прощайте.
- Саша…
Она еще что-то пытается говорить, шепчет, словно молитву, но Соболь не реагирует. Я везу его, пытаясь тоже сдержать эмоции.
Как же хорошо, что всё зло в прошлом.
- Президент… - усмехается Сашка вечером, когда мы остаёмся одни. – Ты знаешь, а ведь она скорее всего была уверена в том, что поступает правильно! И про президента – не шутки. Знала бы ты, сколько её ставленников до сих пор на постах.
- Ты сейчас говоришь, а я вспоминаю книгу, которую когда-то читала. Там главой теневого правительства была как раз мать семейства, не отец, как многие думали. Организация, что-то типа масонской ложи. И женщина, которая держала всех за «фаберже».
- Она реально держала.
- Как? – удивляюсь я. Сухонькая старушка, по виду – божий одуванчик.
- Одуванчик она тот еще, усмехается Саша, когда я ему свои мысли выкладываю. – Она ведь много лет работала в отделе, который собирал сведения. У неё есть компромат на всех, понимаешь? И не просто какой-то голословный набор показаний. Там чётко всё, как в аптеке. Некоторые сведения, если их реально рассекретить, будут иметь эффект разорвавшейся бомбы. Именно поэтому её всё ещё слушают. И помогают.
- То есть… если она опять захочет…
- Нет, сейчас уже нет. Она не захочет, да и… у меня ведь тоже своя масонская ложа. Генералы. И их много, знаешь, друзей-то закадычных. Кого-то ты уже знаешь, кого-то еще нет. Скоро у Богданова свадьба, там и познакомишься.
Он обнимает меня, целует, а потом…
- Лана, я… я тебя люблю. Сильно люблю, девочка моя. Я так… так хочу тебя…
И я реально чувствую его желание.
- Саша… Сашка мой… родной…
Это как взрыв сверхновой. Вспышка. Фейерверк. Северное сияние.
Это просто любовь.
Любовь недостижимое, нереальное чувство, которое мы, возможно, неспособны до конца постичь. Оно настолько простое и привычное нам, что мы забываем о его уникальности.
О том, что любовь способна пройти сквозь пространство и время.
О том, что любовь способна возвысить человека, дать ему нереальные силы, сделать его практически бессмертным.
Любовь – то единственное, ради чего стоит жить.
Наша любовь расцветает.
Обретает новые формы.
Мы купаемся в ней, словно рождаясь заново.
В нежности, в страсти, в огне.
Соединяемся, и я не могу сдержать слёзы.
Мы одно целое.