Элен Блио – После развода. Вот она любовь, окаянная (страница 34)
Но по порядку.
Как я могла не заметить беременность?
Как я могла?
Да, могла, на самом деле. Могла.
Легко!
С тем трэшем, который начался вокруг.
Сначала я занималась этой историей с домом, дочерью и новой женой моего бывшего мужа. Беременной, несмотря ни на что.
Мой адвокат Герман Крестовский, мне, естественно, сказал, что поможет и отмажет. Сделает всё, чтобы моя дочь не пострадала.
Никита упёрся рогом. Его Геля устраивала истерики.
- Ненавижу вас, это всё из-за вас! Это вы подстроили, вы Полину научили! Полина такой не была, она всегда была доброй, чуткой! Это вы...алчная, старая корова.
- Давай, давай. Ты в курсе, что за ругательства тоже можно присесть?
- ВЫ... ВЫ…
Геля, хватит, не надо. Не трать нервы!
- Нет не хватит, Ник! Не хватит! Она... она чуть нашего сына не убила, твоего сыночка! Она... я ведь тоже могла пострадать. Знаешь, что мне сказала доктор? Я могла остаться бесплодной, понимаешь? Из-за этой... Из-за твоей бывшей жены!
Бесплодной. Я на неё тоже в суд подам!
- Вперед и с песней. Давай. На всех подавай. Только докажи сначала, что это не ты сама препараты принимала.
- Что? Ник, ты слышал? Слышал?
Ник. Больше всего меня бесило, что она называла его Ник!
Когда-то и я так называла. Но ему почему-то не нравилось
- Лен, ну что ты за кличку мне дала, как у порнозвезды.
- А что плохого в именах порнозвезд, Ник?
- Лена, хватит!
Я посмеялась-посмеялась, да и перестала его так называть.
А этой... профурсетке, значит, можно?
Было больно, да.
И в то же время... Я чувствовала, что освобождаюсь.
Освобождаюсь от иллюзий.
Иллюзий о том, что мой муж достойный человек, просто у него кризис. Что всё ещё как-то можно исправить, понять, простить.
Что я всё ещё его люблю.
Иллюзии.
Не было никакой любви.
Причём, наверное, давно не было.
Привычка была.
Может, привязанность. Уважение какое-то — и то, сомнительно.
Я же еще задолго до нашего разрыва, задолго до того как Никита сошёлся с Ангелиной стала замечать как он противно жуёт, как у него часто неприятно пахнет изо рта, и вообще пахнет. Что он дома вообще практически перестал за собой ухаживать. Говорят, когда любишь — этого не замечаешь.
Не знаю, правда ли это, или обман.
Может я на самом деле раньше не замечала?
Когда любила по-настоящему.
И секс у нас стал пресным, унылым. И мне не хотелось, я часто думала об этом как о не слишком приятной обязанности.
Я! Которая, в общем, секс очень и очень любила!
Да, в молодости мы могли часами наслаждаться друг другом. Нам никакое порно не было нужно, чтобы возбудиться.
Ему было достаточно увидеть мою голую ногу, ступню, грудь и понеслась.
И мне — я иногда смотрела на его бицепс и просто текла!
Куда это ушло? Почему?
Кто виноват?
Не знаю.
Но получилось вот так.
А когда появилась Ангелина…
Скорее всего у меня сработал тригер. Как это так мне изменили? Как это так мне, такой хорошей, такой шикарной, умной, красивой, страстной предпочли её... То есть её предпочли! Её поставили на первое место, а мне дали отставку!
Как так-то?
Поэтому я так сильно переживала.
Не потому, что Никита мне изменил.
Потому что изменил с Гелей!
С этим, так его растак, Ангелом!
С этой унылой, скучной, туповатой девицей! У которой одно достоинство — кожа и сиськи стоячие. Это уже два. Но, не важно.
Это меня больше всего тригернуло.
Поэтому я воспылала любовью к мужу.
Любовью, которой давным-давно в помине не было.
Это было какое-то фантомное чувство.
Неправильное. Нездоровое. лживое.
Чувство, которое мешало мне.
Мне хотелось отката. Хотелось доказать, что я лучше.
Хотелось, чтобы муж понял, что совершил ошибку.
Чтобы вернулся, снова был мой. Потому что он не мог быть чужим!
Это же мой муж: Мы столько лет вместе!