Элен Блио – После развода. Вот она любовь, окаянная (страница 3)
Никита.
Я его люблю, а он мне изменил.
Я задыхалась от боли.
Знаете, раньше вот слышала это выражение, ну, в кино там, в книгах читала и не понимала, как можно задыхаться от боли в такой ситуации?
Тогда я поняла.
Просто в груди, посередине, там, где солнечное сплетение, у тебя словно тяжелая гиря. Давит Напирает Сжимает, словно пресс. Тиски. И ты реально не можешь вдохнуть. Пытаешься, но вместо воздуха — словно копьё в грудь, тупое, безжалостное копьё.
-Лена, прости, я не хотел, чтобы так получилось.
Развернулась и влепила ему затрещину. Наотмашь. Голова в сторону улетела.
Стерпел. Помрачнел.
- Лена...
А что Лена?
Развод и девичья фамилия!
Еще я буду терпеть, пока он какую-то малолетнюю козу... пока он с ней милуется, да? Нет. Не выйдет.
Развод и раздел имущества!
До трусов!
До последней тряпки.
Да, да, я такая.
Ленку злить нельзя!
Не знаю почему сейчас именно это вспоминаю.
И то, как обнаглела разом Ангелина, ангелочек, блин.
- Какая вы меркантильная Елена Васильевна! Это же Никита всё заработал! Он! А. ..вы... просто старая, никому не нужная, брошенная, скучная баба.
И ей тоже по морде дала.
А эта сучка на меня еще заявление решила написать. Ах-ах!
Пусть и прошло уже достаточно времени после развода, но внутри еще всё кипит, горит.
И ретроградный Меркурий добавляет жесть в жизнь.
А мужик, который чуть в меня не впечатался, так нагло меня оглядывает.
Козёл!
Окончательно проваливаю миссию не ругаться.
Показываю ему средний палец, поворачиваюсь, чтобы уйти.
- Господи, Кузнецова, ты не меняешься! Лет сто пройдёт, а ты будешь всё та же.
Что?
2.
Я его не узнала.
Изменился, да. Хотя…
Всё тот же наглый Ян Ужасный Измайлов.
Ужас моей юности. Лучший друг моего братца.
Когда-то я сдавала их маме, увидев, что они курят.
Сколько им было? Лет пятнадцать? Шестнадцать? А мне, получается, одиннадцать или двенадцать.
Четыре года разницы.
- Здравствуй, Елена Прекрасная.
- Здравствуй, Ян Ужасный.
Усмехаюсь, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.
Вот не надо, Лена! Не сейчас! И вообще…
Держи спину ровно.
РОВНО!
И подбородок задери!
И нечего тут перед всякими…
- Вот это встреча…
Водить ты так и не научился?
Зачем я вспоминаю?
То, как мы с ним попали в глупую аварию в день моего восемнадцатилетия.
А потом…
- Не научился, видимо.
Он всё-таки выходит из машины. Делает несколько шагов.
Высокий, красивый, вальяжный, наглый.
Не видела его сто лет, и столько же не видеть.
- Как-ты живешь, Елена Прекрасная?
- Прекрасно живу, вот, на работу из-за тебя опаздываю.
- Прямо из-за меня?
- Из-за твоего нежелания научиться водить машину.
- Помнишь, да?
- Что? — вскидываю подбородок. А почему я должна забыть?
Память — прекрасная вещь. Гениальный учитель.
Ничего нельзя забывать.
Ни радость, ни любовь, ни счастье, ни подлость, ни предательство.