Элен Блио – После развода. Не надо слов, не надо паники (страница 32)

Что касается бывшего так точно решено безвозвратно.

- Анюта, ты где? Мы тебя потеряли! Что ты там делала? — это Ленчик.

- Сказки слушала.

- Ах ты какая, и явно не одна! Я видела, как туда та-акой экземпляр прошёл! —Ленка номер раз всегда всех замечает.

- Жаль, ты моего бывшего не увидела, написала бы мне, я бы не выходила из кабинки.

- Бывшего? Это... Славку что ли?

- Пока у меня один бывший.

- Так вы что, уже реально, совсем? — это спрашивает Янка. Я вроде бы сказала про развод, но все же всё понимают? Ну кто из нас чего не говорил в запале? Та же Яна, рассказала, что выгнала любовника, но надолго ли? И первый раз что ли?

Вздыхаю.

- Пока еще не совсем, но я работаю в этом направлении.

- Правильно! — снова Янка. — Не хрен им спускать. Мы сами виноваты, распустили их так, что они думают, что им всё можно!

Тут я с ней полностью согласна.

Распустила я.

Я просто думала, что у нас любовь и семья. И что это навсегда. Незыблемо.

Увы, оказывается, так не бывает.

Телефон тренькает — включила звук, чтобы не пропустить сообщение.

«Аня, я могу тебя отвезти. Нам нужно поговорить».

Опять. Как мы там в детстве говорили? На колу мочало, начинай сначала?

В блок его кинуть? Почему бы и нет. Хотя бы на вечер.

Так и делаю.

И как-то свободнее себя чувствую.

Мы с девчонками уничтожаем горячее, каждая своё. У меня сегодня это ризотто со сморчками и сыром Пекарино. Правда, это идёт как горячая закуска, но мне захотелось. Еще французский луковый суп, тоже хорош.

Луковый суп я впервые попробовала в Париже, в какой-то очень простой забегаловке. Туда я летала с Лизой, она была еще довольно маленькой, лет семь целью был, конечно, Диснейленд. Тогда мы с Дорониным уже жили вполне прилично, средства были. Но мне хотелось, что называется вкусить Парижа, поэтому я сняла квартиру. Завтракали круассанами на площади у фонтана Невинности, гуляли, обедали тоже в каких-то простых, совсем не пафосных местах.

Луковый суп зашёл нам обеим и дома я потом его еще несколько лет готовила.

Потом как-то он ушёл из рациона. Много лет не пробовала, а тут захотелось.

Вкусно.

Тут всё вкусно, хотя порции маловаты.

Едим почти молча. Перебрасываемся короткими репликами.

Я понимаю, что девчонки пока толком не знают, что сказать.

Набрасываться на Доронина, костерить его, говорить гадости? А вдруг мы с ним помиримся, что тогда? Неловко.

Телефон снова звенит.

- Ты сегодня прямо нарасхват.

- Угу, стоило заговорить о разводе.

«Ты меня заблокировала, Аня, серьёзно?» - пишет с незнакомого номера.

Ну не идиот?

Тебе было плевать на меня, когда ты любовницу заводил, что сейчас не так?

Врубил синдром собственника и охотника?

Не стоит.

Поздно.

Игнорирую.

Снова сообщение.

«Я у входа, мне зайти?»

А это уже совсем другой абонент.

И вопрос — зайти ему или нет?

 

25.

«Решай сам» - мой лаконичный ответ.

И я даже не чувствую себя сукой.

Но память подкидывает флешбэки.

Всё ясно, да?

Решай.

Сам.

А если серьёзно... Зачем вообще спрашивать?

Если я сказала, где я и хочу, чтобы он забрал?

Пара минут, и я вижу заходящего в зал ресторана Алексея.

Мы с девчонками сидим таким образом, что я прекрасно вижу его.

И прекрасно вижу весь зал.

Вижу женщин в зале, которые при виде Буянова сделали стойку.

Кто-то напрягся, кто-то расслабился, кто-то оценивающе оглядывает, кто-то прячет скромно глазки, в надежде быть замеченной. Почти все посетительницы, чтобы было понятно. Все обратили внимание. И мои подруги, естественно, тоже.

- 0, майн гот... - Это Ленчик.

- Святых выноси, - очень тихо Ленка.

- Везёт кому-то, - это Яна.

И молчащая я.

Не думайте, что это что-то из рядя вон. Мы всегда так себя ведём. И потом, в нас уже по два «апероля» - свобода и раскрепощение присутствуют.

Почти слабоумие и отвага.