Элен Блио – После развода. Не надо слов, не надо паники (страница 17)
Просто оказались в одной компании. Я, как самая активистка, собрала народ, чтобы подготовить капустник, Лёша там оказался из-за Вадика, который был влюблён в мою подругу Ирку Я предложила ему поучаствовать, он пожал плечами согласился, но сказал, что петь и танцевать точно не готов.
- Будут сценки смешные.
- А что мне за это будет? — он спросил так спокойно, не нагло, чуть усмехаясь,
- А что ты хочешь? — я понимала, что краснею.
- Я подумаю.
Сценки мы придумывали с девчонками — про учителей, про одноклассников, переделывали песни, частушки какие-то сочиняли, весело было.
После репетиций шли гулять. Продолжали что-то придумывать, хохотали.
В один вечер загулялись, провожали всех, как-то так незаметно остались вчетвером, я с Иркой, и Буянов с Евсеевым. Ира с Вадимом шли, держась за руки, а мы так, просто рядом. Но дом Ирки оказался ближе, чем мой, Вадик остался, мы пошли дальше. Остановились у подъезда, стояли молча, просто рядом. Мне тогда казалось, что я не дышу. Я же была влюблена. А он нет, я это знала.
- Спасибо, что проводил. Я пойду. Надо к сочинению готовится.
- Иди.
Но я не шла. Мне хотелось еще вот так постоять с ним рядом.
- Иди.
- Пока.
- Пока. — он усмехнулся.
Как всё это было давно.
Мне казалось, я забыла уже подробности. Нет.
Лежу, смотрю в потолок. За окном шумит Арбат, поют, гуляют, веселятся.
Хорошо.
Мне тоже хорошо. Я вспоминаю юность. Счастье.
Следующий вечер после репетиции мы снова гуляли. И снова Ирка с Вадиком отвалились раньше, а мы.
- Пойдём вдоль канала погуляем? — это он предложил, неожиданно.
- Мне собаку нужно выгулять.
- Так давай, бери её и пошли.
Мне было немного стыдно, пёс у нас — двортерьер, непослушный, убегал постоянно, ну и в тот вечер тоже. Только я на этот раз на своего Блока совсем не обижалась, ловили-то мы его вместе с Лешкой. Долго.
И у подъезда снова стояли молча.
Еще через день Лёшка меня взял за руку. И мы опять пошли на канал, уже без собаки. Он что-то рассказывал, я. Гуляли.
А на выпускном он меня поцеловал.
Засыпаю, думая об этом.
Как же в то время всё было просто!
Казалось, что сложно, а на самом деле... ерунда.
Утром просыпаюсь неожиданно счастливой.
Мне хорошо.
Мне спокойно.
Наливаю воду с лимоном и... выливаю в раковину. Не хочу!
И завтрак готовить не хочу.
Иду завтракать в кафе.
Беру капучино, апельсиновый фреш, шакшуку и сырники. Многовато, сырники забираю с собой.
Прогуливаюсь по Арбату. Народу немного. Утро такое спокойное, приятное.
Тёплое.
Подхожу к подъезду дома, в котором остановилась и издалека замечаю знакомую фигуру
- Аня, доброе утро.
Не такое уж и доброе.
15.
- Что ты хочешь?
- Почему ты сразу в штыки? Нам нужно нормально поговорить.
Слав, мы говорили по телефону? Говорили. Я попросила оставить меня в покое?
- Анна.
- Хватит. Хва-тит Доронин. Я не твоя фигуристка, чтобы ты так со мной разговаривал.
- Ты моя жена!
- Госуслуги в помощь. Не ты ли хвастался, как у нас там всё чётко работает, спасибо нашему правительству? Ни в одной стране мира такого цифрового рая нет, да? Так вот, зайди туда и напиши заявление на развод.
- Анют.
- Будь мужчиной, Слав, в конце концов!
- Что?
Он вскидывает глаза, кажется, охреневает от моей, как он думает, наглости. А это не наглость. Это правда.
Если ты хочешь заниматься любовью не с женой, а с другой женщиной, найди в себе мужество разорвать отношения с первой, и создать со второй.
Пусть не брак, пусть просто сожительство.
Но не такой вот гнусный, подлый, неравносторонний любовный треугольник.
Я не хочу быть ни тупым углом, ни острым.
Вообще хочу удалиться из этой проклятой геометрической фигуры.
- Аня, пожалуйста, выслушай меня.
- Что мне слушать, Слав? Что ты можешь мне сказать? Что это мимолётное увлечение? Что было один раз? Почему же мне тогда регулярно сообщают о ваших встречах?
- Что? — вижу, как он сурово хмурит брови. Будет выяснять, кто стоит за анонимными сообщениями? Что ж, Бог в помощь. Мне, на самом деле всё равно, по большому счёту, но в принципе я не против и узнать, что это за добрый самаритянин такой.
- Что, Слав, ты не знал?