Элен Блио – Мои порочные отчимы (страница 18)
Дьявол! Хочется ее лизнуть, но… позже, все позже!
А пока…
Начинаю потрахивать ее одним пальцем, вторым обводя клитор, раздражая его, задевая, возбуждая.
Её напряжение растет. Пытается свести ноги. Всхлипы становятся все более томными. Вижу, что ей страшно, и в то же время…
И в то же время мои пальцы уже совсем мокрые.
Твою ж мать!
Вытаскиваю руку из ее сладкого местечка, облизываю с наслаждением сам, а потом предлагаю ей.
- Хочешь попробовать себя, детка?
Мотает головой.
- Нет, не надо! Нет!
- Надо, милая! Очень надо!
Теперь действую жестче. Резче. Сохраняя, естественно ее целку. Хочу, чтобы кончила, чтобы забилась в судорогах у меня в руках!
Сэм все наслаждается грудью. Одной рукой. Второй дрочит.
А я почему так не делаю? Потому что весь в ней, в этой целочке невинной! Пока еще ничьей.
Мне кажется, от моих движений уже можно было бы огонь добыть. И я добываю.
Самый, мать твою жаркий.
С диким воплем она выгибается, подставляя Сэму грудь, а мне… мне свою вкусную ягодку, влажную, распухшую, невероятно красивую.
И судороги ее такие роскошные!
Блядь! Она только что охуенно кончила в моих руках!
Просто на миллион долларов, который задолжала ее мамаша. Вернее, миллионов там было чуть больше, но…
Малышка Лана все еще продолжает дрожать, и плакать. А глаза… глаза испуганные смотрят прямо на меня. И щечки алые от стыда.
- Что, крошка, даже не скажешь дяденьке спасибо? Это же был твой первый раз?
Уверен, что она нетронутая. Сама себя вряд ли ласкала. И даже если ласкала – до такого не доводила точно!
Засовываю руку, которая вся в ее соках ей в рот.
- Попробуй как сладко.
- Не надо… - пытается отвернуться, но…
- Давай без глупостей, кукла, или следующим туда попадет не мой палец, а другая часть тела, та, которой не терпится!
Она опускает голову вниз, еще больше вспыхивает, видя мой стояк.
- Ну, что? Есть что сказать мамочке?
Кивает, все еще дрожа. Но уже не от возбуждения и оргазма.
Подхожу к камере. Нажимаю кнопку. Понимаю, что все это время шла запись.
Не плохо. Посмотрю на досуге!
Нажимаю еще раз. Смотрю на зареванную куколку.
- Камера, мотор, крошка. Ты все помнишь, что должна сказать?
Её взгляд кажется мне отстранённым. Голосок пронзает тишину:
- Мама... мамочка... - она облизывает пересохшие губы. - Забери меня! Они… они хотят меня….
- Мама! Мамочка! Забери меня! Они… они хотят меня … Мама… пожалуйста!
Ее крик, нервный, навзрыд просто… бесит! Бесит, потому что цепляет! Трогает!
Потому что… Хочется схватить, прижать, пожалеть…
Блядь, прощения попросить! За то что мы…
А ведь прощения ее мамаша – сука – просить должна! Все из-за нее…
Твою ж…
Это не должно было закончится так! Только не так!
Но почему-то мои пальцы мнут ее грудочки, и я сжимаю член, из которого продолжает капать сперма!
Кончил, блядь, как пацан! Просто сиську потрогав!
Да… но какую сиську! Чёрт! Давно ничего подобного в руках не держал!
Мягкая, и в то же время упругая, нежная грудь. Большая! О, да! Люблю, когда там полный порядок!
И даже больше!
Вообще не люблю худышек и плоскодонок! Это не мое! Женщина – это сиськи! В первую очередь!
И я всегда сперва смотрю не на ноги и не на задницу, как многие парни.
На грудь. Это мой фетиш.
И как же мне понравилось чувствовать, как ее сосочки становятся твердыми… И как она вздрагивает, когда я цепляю и выкручиваю их. Вздрагивает не потому, что Дин лапает ее дырочку. Нет! Именно от моих прикосновений дрожь начинается! Начал я. Это потом Динар устроился у ее коленочек.
Ладно, пусть! Я тоже своего не упущу!
Поглаживаю нежно, чувствуя, как понемногу прекращаются судороги, стихает ее истерика.
Она обмякает в моих руках, всхлипывая.
- Пожалуйста… не надо больше.
- Девочка, ты сама напросилась! – Дин слишком суров. Мне кажется, уже достаточно.
- Слыш, Дин… давай полегче, - хмуро говорю, пряча конец в штаны. - Все. Закончили.
- Закончили? А мне кажется, только начали! Ты же спустил пар, да, Сэмми? А я еще нет, у меня тут, - он демонстративно кладет руку на пах, - тут еще тяжко и больно. И мне нужна помощь одной детки!
- Нет… - перепуганная малышка чуть ли не стонет. - Только не это! Нет! Я не буду вас ублажать! Не буду!
- Ах, какие мы знаем слова! Ублажать! Мамуля научила? Она-то хорошо умеет… ублажать… сука!
- Не смейте так говорить про маму! – в её глазах загорается огонёк непокорности.
- Решила мне указывать?
Дин неожиданно хватает ее за щеки, сдавливая пальцами.