Элен Блио – Кавказский брак. Нелюбимая (страница 8)
Решать, что мне носить, куда ходить, с кем общаться.
Раньше всё решал отец.
Я зависела от него полностью.
С отцом было тяжело и некоторые его действия меня просто убивали. Я не понимала, почему он запрещает мне многое из того, что разрешали другим девочкам, девушкам, даже самые строгие родители.
Словно отец заранее считал меня недостойной, грешной, той, которую надо в ежовых рукавицах держать.
Я не понимала почему.
За что?
Только за то, что моя мать когда-то сделала что-то не так?
Только потому, что я дочь своей матери?
Я не знала точно что произошло. Тогда не знала. Мне было очень обидно.
Но к тому, что делал отец я привыкла.
Привыкла и даже научилась немного им манипулировать.
Например, как это произошло с учёбой. Я ведь убедила его! Я пошла в университет. Я добилась своего.
Сумею ли я так же добиваться своего и с Османом?
Эти мысли будоражили. Заставляли дрожать.
Неизвестность убивала.
Каким он окажется, мой муж?
Я точно не ожидала, что он будет таким.
Осман вошёл в наш дом как хозяин.
Словно он был великим султаном огромного царства и снизошёл до нас, простых смертных.
Да, да, я не шучу. Это было моё ощущение.
Его абсолютной власти.
Он был невероятным. Красивый, сильный. От него исходила аура силы. Мощь.
Я трепетала.
Он понравился мне.
Понравился как мужчина.
И я…я захотела принадлежать такому мужчине.
Стать частью его жизни. Купаться в лучах его мужества.
Я представляла себя с ним.
Меня это волновало.
И мне казалось, что я тоже волную его.
Я ведь слышала, что он сказал моему отцу?
- У тебя невероятно красивая дочь, Магомед.
Он так сказал.
Но потом он кое-что добавил.
Тогда я не придала этому значения, то есть мне это было лестно.
Но я не понимала, что на самом деле ничего лестного в его словах нет.
- Она так похожа на свою мать…
Глава 7
«Так похожа на свою мать»…
Тогда я не считала это чем-то ужасным.
Просто не могла так считать, да и сейчас не считаю.
Я любила маму.
Мама была самым светлым воспоминанием моей жизни. Самым прекрасным.
Мама была единственным человеком, который меня любил.
Она и сейчас остаётся единственным любящим меня человеком.
Нет, еще есть тётя Зулейха, конечно, она тоже меня любит, но мама – это мама.
Мама…
Мне сказали, что мама сбежала. Ушла. Бросила меня.
Я очень переживала, даже есть перестала.
Думала, что мама обязательно вернётся, чтобы меня покормить. Но нет. Отец сказал, чтобы мне давали еду насильно. Бабушка меня била. Потом приехала тётя Зуля, со скандалом меня забрала.
Мне не сразу сообщили, что мамы больше нет. Умерла.
И ничего не осталось, даже могилы.
Я тогда не могла винить отца.
Мне же внушали, что папа – самый главный человек в мире.
Мой хозяин.
А потом меня выдадут замуж и хозяином будет муж.
Я взрослела, понимала, что это несправедливо и надеялась, что мне удастся переломить эту ситуацию.
Муж не будет хозяином. Он будет любимым, будет моим другом.
Я ведь видела семьи, которые живут нормально!
Тётю Зулейху муж любил, боготворил, они были счастливы.
Я мечтала, что будет так же.
А отец и бабушка ворчали, что Зуля живёт неправильно, что муж слишком многое её позволяет, что зря ей выбрали такого…
Воспоминания накрывают плотным, душным саваном.
Голова кружится.