Элен Блио – Хочу тебя купить (страница 26)

Нет, не от страха. Просто я на мгновение представляю, что он реально считал, что меня украли, убили, изнасиловали… Я бы тоже сходила с ума.

— Папа… папочка, прости меня… — всё, что могу выдавить, а потом…

Потом в номер заходит Руденский. Видит меня стоящую с телефонной трубкой в руке. Челюсти сжимает.

Решительно подходит и протягивает руку, в которую я безропотно вкладываю трубку.

— Алло, Агдамов? Это Руденский. Да, Евгений Руденский. Твоя дочь со мной.

Я понимаю, что отец молчит. Не понимаю почему.

— Адам, мы вернемся в Москву сегодня вечером.

Отец не отвечает. Мне страшно.

Я, конечно, понимала, что папа будет в шоке, но оказалась к этому не готова.

— Агдамов, я понимаю, что ты не хочешь со мной разговаривать, но придётся.

— Я тебя уничтожу, Руденский. Ты понял?

— Понял. — Женя нагло ухмыляется и кладёт трубку. Потом смотрит на меня. — Поговорила, принцесса?

— Я… я думала он уже знает. Прости.

Я жду, что Женя будет меня ругать, обвинять. Почему-то представляю, как в этой ситуации повел бы себя Ярослав, вот уж кто был «мистер истерика», просто «королева драмы». Удивительно, что сначала он мне показался таким мужественным! А оказалось… Фу, зачем я снова вспоминаю о Ярике?

Руденский поступает совсем не так, как я предполагала.

Шагает ближе, обвивая меня руками, заглядывает в глаза.

— Ты как? Нормально? Что-то болит? Если что я взял в аптеке всё, что нужно и купил хорошие обезболивающие, мне сказали, что подойдут.

Мамочки! Он еще и про боли при этих днях у фармацевта спросил! И говорит об этом так просто! Как будто пару минут назад не услышал приговор моего отца.

— Ясмина?

— Все в порядке. Мне не больно. Пока.

Да, я знаю, что к вечеру, или завтра утром может начаться сильная тянущая боль, но пока я держусь. И плавлюсь от стыда.

— Хорошо. Ты поела?

— Немного. Аппетита нет.

— Это плохо, нужно поесть. Нам придётся сегодня уехать, перед дорогой нужно подкрепиться.

— Отвезёшь меня отцу?

— А ты как хочешь?

— В смысле? — смотрю на него и не могу понять о чём он.

— Ты хочешь домой к отцу? Или хочешь со мной?

— Куда, с тобой?

— В мой дом, куда еще? В тот, где мы были. Тебе же там понравилось?

Киваю. Мне очень понравился его дом в лесу, но…

— Папа сказал, что уничтожит тебя, ты… ты не боишься?

— Боюсь, конечно, видишь, бегу прятаться, роняя тапки! — он неожиданно изображает как именно бежит, и я смеюсь.

А Женя прижимает меня крепче, разглядывает, изучает.

— Что?

— Никогда бы не подумал, что у Агдамова такая дочь.

— Какая? — улыбаюсь, и, осмелев, обнимаю его в ответ, чуть царапая коготками кожу на шее.

— Охрененная.

Женя резко становится очень серьёзным и его рот берет в плен мои губы. Сразу очень горячо, остро, глубоко. Его язык ласкает мой, это так сладко, каждое движение сразу отдается ноющим желанием внизу живота, и болью в твердеющих мгновенно сосках. Представляю, как губы Жени опускаются на мою грудь и не сдерживаясь издаю громкий стон.

— Маленькая… чёрт… тебе же нельзя сейчас, да?

Ох, я и забыла про мою проблему, тут же зажимаюсь, чувствуя жар, приливающий к лицу.

— Тише, расслабься, я не буду… просто… поцелую тебя еще… пока…

Он не договаривает, что пока. Но я понимаю. Всё понимаю. Мы вернёмся в Москву и нас ждут проблемы. Проблемы с моим отцом который, конечно, не поймет того, что произошло. Он будет обвинять Женю во всем. А я не хочу. Не хочу, чтобы он обвинял!

Я сама выбрала Женю.

Нет, не так. Для начала — Женя меня спас! Спас из самой дикой ситуации, когда я могла просто погибнуть. Он вызвал мне врача, вылечил.

То, что произошло потом… я была в здравом уме и твердой памяти. И я могла сказать нет! Он… Он спрашивал!

Но я сказала «да». Потому что хотела. Может, не отдавала себе до конца отчет, но хотела!

Женя поднимает меня на руки и несёт в спальню, дышит тяжело, смотрит… смотрит тоже таким странным, тяжелым взглядом.

Он ведь сказал, что мне нельзя? И… что мы будем делать? Мне неловко перед ним, и я опять краснею, пытаясь вырваться, когда он опускает меня на кровать и нависает сверху.

— Не бойся, я просто хочу еще немного побыть с тобой. Хочу целовать тебя, хочу… Чёрт, ты понимаешь, как я тебя хочу? Всего с тобой хочу?

— Я тоже… но…

— Я знаю. Трогать не буду. Просто, хочу вот так, вместе.

Он ложится рядом, прижимает, целует, его рука под моей футболкой, ласкает сосок, и я почти плачу от того, как сильно мне хочется продолжения. Отвечаю на поцелуи, трогаю его в ответ, сжимая в руках твердый член. Пальцы Жени ласкают меня сквозь ткань легких джинсовых шорт. Мне хорошо, так хорошо, что буквально пары минут хватает, чтобы взорваться в оргазме. Я не представляла, что можно вот так! Женя стонет, сцепив зубы, толкаясь в мою руку и тоже орошает ладонь терпкой спермой.

Боже, мы… мы просто шальные! Сходим с ума друг от друга и это так кайфово!

И я уже совсем не боюсь ехать в Москву, не боюсь разговора с папой. Я скажу ему, что хочу быть с Женей, что это было моё решение быть с ним, уехать с ним. Никто меня не насиловал, не принуждал, и вообще…

Странно только, что Женя и папа говорили друг с другом в таком тоне. Они ведь знакомы, работали вместе, кажется? И откуда такая неприязнь?

— Жень, а ты и папа… вы же… ну… вы… у вас был какой-то совместный проект, да?

Женя как-то странно ухмыляется.

— Был. Да.

— И что за проект?

— Моя жена.

Глава 35

Жена?

У меня кружится голова. Почему-то я всё-таки была уверена, что Женя жену придумал. Получается, что нет?

И почему он сказал, что его жена была совместным проектом с папой?