Эльчин Асадов – C Богом на Ты (страница 4)

− Скажите, если идти по прямой, можно ли будет выйти к горе Бешбармаг?

− Километра через три, если держаться левой стороны шоссе.

− Точнее, через два километра, – заметил Эрнан, взглянув на циферблат часов.

Официант, внимательно присмотревшись к клиенту, выпрямился, будто что-то вспомнил, и неуверенно спросил:

− Простите, я не мог вас раньше где-то видеть?

− Вполне может быть, − отвтил Эрнан.

− Через два километра возле шоссе у подножия горы располагается святое место − Пир Хызыр Зунджа. Обычно там и останавливаются паломники и верующие для совершения молитв и поклонений. Ну, а если вам нужно к самой горе, − тут официант понимающе посмотрел на рюкзак, − придётся подниматься на высоту 1200 метров.

Эрнан за основательное объяснение прибавил официанту чаевых, поблагодарил и никем незамеченным вошёл в мечеть.

Скромность мечети сразу бросалась в глаза: никакой расписной помпезности, молитв на стенах, роскоши позолоченных арабских росписей, лишь внутренняя часть единственного центрального купола была отделана орнаментом в духе азербайджанских строителей начала ХХ столетия, на котором читалось слово «Аллах». Подобная скромность как бы разрушала стереотипы архитектурной композиции того и более позднего периода.

У входа в мечеть было нечто вроде маленькой прихожей-гардеробной. Эрнан заметил возле неё встроенное в стену окошко, соединяющее мечеть с выходом на трассу. За столом у окошка сидел тучный пожилой мужчина, на голове которого была белая кипа, связанная из редких серебристых нитей.

− Почему они прикрывают венечную чакру на макушке? – задумался Эрнан, присмотревшись к мужчине. − Не это ли единственная связь человека с Богом или с Космосом? Получаемую свыше энергию индивид использует не всегда верно, а зачастую даже не во благо ни себе, ни другим. Бесчисленное множество раз я видел в мечети молящегося человека с покрытой головой и голыми ногами без носков, и людей с непокрытой голову и голыми ногами приходилось видеть. Ни в первом, ни во втором случае человек не удерживает в себе получаемую двумя путями энергию − из Земли и Космоса. Энергетический поток, получаемый человеком в мечети, можно получить, обнажая шишковидную железу, она же и верхушка головы, и удержать его в себе, надев носки, на время прикрывая ноги. Просто не стоит прикрывать или обнажать одновременно все чакры для прохождения энергетической силы.

Мужчина за столом молчаливо и со знанием дела механически принимал от проезжающих мимо путников записки, в которых были написаны имена усопших родственников. Очевидно позже мулла по списку прочитает по ним панихиду − молитву «Ясин» за упокой всех обозначенных в списке душ.

− Простите, я могу сегодня переночевать в мечети? − обратился Эрнан к служителю мечети, как только тот прикрыл окошко.

Мужчина, ненадолго задержав взгляд на незнакомце, поправляя тетради на столе дружелюбно ответил:

− Это, конечно, не отель высшего класса, но двери дома Аллаха открыты для всех. Я − Гаджи Рагим, служу при этой мечети.

− Спасибо. Меня зовут Эрнан Абдуллаоглы.

− Эрнан Аблуллаоглы… − вслух повторил мужчина, уставившись на стену. − Не мог ли я раньше слышать ваше имя?

− Вполне вероятно, если учитывать, что многие имена в произношении очень созвучны и схожи. Легко ложатся на слух.

− Совершенно правильное замечание. − кивнул массивной головой Гаджи Рагим. − Присаживайтесь, пожалуйста, я угощу вас чаем. Вам нравится имбирный чай?

− Думаю, имбирь мне сейчас в самый раз.

− Намереваетесь подняться к горе Бешбармаг? − спросил служитель, снимая электрочайник с подставки и знаком головы показывая на рюкзак.

− Это противозаконно?

− Не каждый может подняться на гору. Порой одного желания и воли бывает недостаточно. Мы живём на стыке времён, перемен и явлений. – Мужчина налил чай в чашечки и сел напротив Эрнана. – Пятипалую гору называют ещё и горой Хызыр Зинда. Хоть местность и предназначается для паломничества, но совершают этот ритуал только лишь исключительные люди.

− Хочется надеяться, что я не напрасно прошагал сорок километров из столицы. − Вы сказали Хызыр Зинда?

Гаджи Рагим подробно и основательно поведал о бытующем мифе о пророке Хызыре, который носил зелёные одежды в поисках эликсира жизни. Пророк успел побывать и в окрестностях горы Бешбармаг, где нашёл источник живой воды в Подземном царстве. Не раздумывая, он напился из источника и обрёл бессмертие. Спустя время жители стали называть это место его именем – Хызыр Зинда (Хызыр Зунджа).

− Эликсир жизни… − задумчиво произнёс Эрнан

−Да. Зульн-Карнайн, по одной из версий, в поисках живой воды обратился к Хызыру. Святой отвёл его к двум родникам, где из одного текло молоко, а из другого − мутная вода, и сказал, что можно выпить только из одного источника. Искендер выбрал молоко. Хызыр же выпил мутную воду, благодаря чему обрёл бессмертие.

− В восемнадцатой суре Корана упоминается о Зуль-Карнайне, – воодушевленно прибавил Эрнан, отпивая горячий имбирный напиток.

− Абсолютно верно, −радостно улыбнулся Гаджи Рагим, словно встретил родного человека, с которым можно будет поворошить давно забытое. − Зуль-Карнайнв перводе с арабского означает «обладающий двумя рогами» Но такое толкование имени Зуль-Карнайна неизвестно. Одни называют «рогами солнца» Восток и Запад, другие объясняют это тем, что он владел Румом и Персией.

− Выходит, Зуль-Карнайн и Искендер − это одна и та же личность с двумя разными именами!?

− Согласно некоторым преданиям, − продолжал служитель, – имя Зуль- Карнайна было Искендер, в связи с чем его обычно отождествляли с Александром Македонским (Искендером Двурогим), который, к тому же, был изображён на монетах, как воплощение рогатого бога Зевса – Амона. Другие видят прототип Зуль-Карнайна в Кире Великом или Соломоне. Некоторые современные исследователи считают, что прототипом мог быть даже византийский император Ираклий. Все комментаторы сходятся в том, что Зуль-Карнайн был великим царём, предполагая, что им мог быть персидский царь Дарий, нихлахмидский царь Аль-Мунзир, йеменский царь аль-Акран («рогатый») и многие другие. Некоторые историки – Аль-Куртуби, ат- Табири, Ибн-Асир утверждали, что Зуль-Карнайн проживал во времена пророка Ибрахима (Авраама) и совершил вместе с ним паломничество в Мекку. Зуль-Карнайн проповедовал единобожие и призывал другие народы следовать Божьим законам. Аллах даровал ему великую власть против язычников, в которой он преуспел, завоевав огромные территории Азии и Европы.

− Но ведь Коран, −мягко прервал Гаджи Рагима Эрнан, – приписывает Зуль-Карнайну подвиги, которых у Александра не было!

− Ни больше не меньше, когда ясен общий знаменатель. Да, Коран приписывает ему завоевания, которых не было у Александра, − повторил Гаджи Рагим. – К примеру, войны Яджудж и Маджудж. Выступая против варварских племён, творящих бесчестия по отношению к другим народам, Зуль-Карнайн построил между двумя городами стену, а щели между блоками залил расплавленным железом. Это не та стена, которую сегодня называют Великой Китайской стеной. Незадолго до дня Страшного суда Яджудж и Маджудж должны пробить в этой стене брешь, совершая нашествия на другие страны. Суть Коранического повествования состоит в том, что всё, сотворенное великим царём Зуль-Карнайном, было даровано ему могущественным Аллахом.

Время на настенных часах перевалило за полночь. Проезжающие автомобили всё реже припарковывались рядом с мечетью. Через боковое помещение Эрнан замечал верующих путников в состоянии благоговейности, которые разувались перед входом в мечеть, соблюдая ритуал вековых традиций для совершения намаза. Построенное рядом кафе работало круглосуточно, обслуживая дальнобойщиков, туристов и завсегдатаев из разных социальных слоёв. Голоса снаружи звучали в унисон с дребезжанием чашек, блюдец, ложек, внутри царил аромат свежезаваренного ленкораньского⁵ чая, перемешиваясь с резким запахом никотина. Эрнан, ощутив едкий табачный дым, фыркнул, сдержанно поморщившись.

«В наш неустойчивый век всяких соблазнов и грехопадений, если бы человеку, допустим, при его жизни позволили бы ознакомиться с Книгой его судьбы полностью − от рождения и до самой смерти, то возможно разумный из нас не позволил бы себе зигзагов предосудительности, ведущих в тёмное никуда, и постарался бы жить счастливее без сомнительных эндорфинов, стимулирующих нездоровый образ поведения, в первую очередь во вред своему организму, а во-вторых − окружающей среде. Но большинство из нас со свойственными человеку слабостями растрачивает своё время и изнашивает своё тело. Сдаётся мне, что у Господа к каждому рабу будут свои вопросы, с каждого − отдельный спрос. Разговор будет очень длинным. А общий вопрос для всех будет удивительно прост: «На что ты убил Время?» И вряд ли мы сможем найти на него вразумительный ответ».

Гаджи Рагим наполнил опустевшие стаканы новой порцией чая. Его умиротворенность, вкупе со спокойным монотонно-мелодичным голосом, подтолкнули бы к откровенности любого собеседника, не боявшегося злоупотребить чужим терпением. Нельзя было сказать, что он выглядел уставшим, разбитым от повседневной однообразной рабочей рутины. Казалось, ему доставляет удовольствие чувствовать свою необходимость, оказывая помощь и всевозможную поддержку ищущим спасение, и делиться познаниями, которыми обладает, и он делал это не навязчиво и мило.