Эль Рау – Неисправимая колония Анарам. Часть первая (страница 1)
Эль`Рау
Неисправимая колония Анарам. Часть первая
Пролог
За панорамным окном радужными самоцветами сверкали огни ночного города. Захватывающая дух красота давно перестала радовать глаз По́льги. Впрочем, её мало что могло увлечь, удивить, очаровать. С тех пор, как она намертво вцепилась в кресло члена учредительского совета корпорации «Рудани́д», жизнь, вместо полосы препятствий, превратилась в изнуряющую осаду.
– Вы уверены в своём решении? – заискивающе заглядывал в глаза По́льги второй советник.
«Перезрелый» мужчина, отдавший корпорации всего себя без остатка и получившись в итоге лишь одинокую старость на горизонте. Ни семьи, ни родни, ни друзей – никого. Лишь бесконечная череда коллег, сослуживцев, руководителей разного сорта и прочих сотрудников.
Первый советник По́льги молчал, просматривая в который раз файлы на экране личного планшета. Незначительно моложе второго, он умудрился сохранить толику природного шарма. И сейчас всем своим видом внушал спокойную уверенность в том, что проблема решена. Остался лишь финальный штрих.
– Может, ещё раз всё проверить? – теперь второй советник обращался к первому. – Хорошо бы понять, что мы упустили. Где оплошали?
– Нигде, – сухо ответил тот. – Госпожа По́льга моментально сориентировалась, едва мальчишка влез не в своё дело. Помните, как в рудага́ндском центре подготовки все големо́рфы внезапно спятили? Сколько человек погибло? А сколько раненых?
– Согласен-согласен, – второй советник прямо-таки воодушевился. – Было весьма хорошей идеей устроить скоротечное расследование, выставив несчастный случай в качестве саботажа. А там уж вопрос денег. Отправить мальчишку в Анара́мскую или другую колонию, из которой нет возврата, не составило труда.
– Чисто сработано! – причмокнув, высказался первый.
– Раз вы всем довольны, то может объясните мне кое-что, – По́льга ткнула в застывшее изображение на гало-стенде. Там, за спиной репортёра, бушевала толпа протестующих. Внизу белым по-чёрному шёл текст: «акт самосожжения убитой горем матери…медики борются за её жизнь… пересмотр дела…»
Безумная женщина не раз приходила к зданию «Руданид», твердила о подмене и постоянно что-то требовала. Она жаловалась на суровость вынесенного её сыну приговора. Намекала, что всё подстроено и даже грозилась докопаться до истины. В итоге – живой факел.
«И в кого ты такой? Чего тебе не хватало? – мысленно обратилась Польга к сыну, которого сама же устроила в «Руданид». – Я так много для тебя сделала, а ты… Ты разрушил мои труды своей бестолковой, никому не нужной аферой. Сколько денег ушло, чтобы восполнить запасы украденных препаратов? Одна только замена партии эванима обошлась в целое состояние. Боже, за что мне всё это?»
Ей хотелось проснуться от всего этого кошмара и посмеяться. Мол, приснилась же такая чушь. Но нет, все происходящее – неумолимая, жуткая реальность.
«Пришлось искать козла отпущения, чтобы подставить под удар. Хотя он свою участь сам заслужил. Зачем было выносить что-то за стены «Руданида»? – она не могла понять мотивы молодого специалиста, который узнав о махинациях в компании, сразу помчался к законникам. – Поставив жизнь и свободу моего сына под удар, он себя же и подставил. Если бы не скоты, что подсиживают меня здесь, а бы на том и успокоилась. А так пришлось хорошенько заплатить за подмену узника при транспортировке. И теперь глупый правдолюбец отправился на Анарам вместо маньяка-психопата, которому там самое место. Кто же знал, что появится чья-то мать и всё испортит».
По́льга прекрасно запомнила момент, как несчастная женщина бросилась на неё перед центральным входом в главный офис. Какое чудовищное упущение со стороны службы безопасности!
«Верните мне сына!», – кричала несчастная. Те же слова стали последними, обернувшись в проклятие, посланное за миг до огненной вспышки. Пламя жадно охватило тело женщины. Зеваки ликовали, снимая на память самоподжог. На По́льгу и её команду посыпались проверки.
– Помнится, вы в один голос убеждали меня, что парнишка не общается со своей матерью, а других родственников и даже друзей у него нет. Так какого чёрта, я вас спрашиваю, здесь творится?! – гнев овладел По́льгой, а следом за ним и страх. Страх перед расплатой за содеянное.
– Мы приложим усилия… – начал было второй советник.
– Замолкни! – она одёрнула полы своего пиджака и жёстко отряхнула рукав. Эмоции пошли на убыль. – Узнайте, выжила ли эта, как её там, Эбенга. Если да, то позаботьтесь о лечении. А как поправится, постарайтесь отправить вслед за сыном на Анарам.
– Сделаем, – мгновенно отозвались оба советника.
– В качестве работника-колониста, а не поселенца! – уточнила По́льга, опасаясь новых проколов. – И постарайтесь, чтобы информация просачивалась в СМИ дозированно. Направляйте слухи, а не потворствуйте им. Покажите нашу лучшую сторону. Сочувствие, понимание, сострадание, и главное, правоту.
– Похоже, нам предстоит хорошенько потрудиться, чтобы толпа всё-таки нас поддержала, – вздохнул первый советник, вставая с кресла. Экран его планшета погас, а сам мужчина, наоборот, неожиданного просиял.
– Надеюсь вы понимаете, нельзя допустить, чтобы народ из обгоревшей женщины взрастил мученицу, – с толикой угрозы проговорила По́льга. Ей совсем не по нраву пришлось несерьёзное отношение первого советника к её тревогам. – Надеюсь, я… ясно выразилась?
Советник, что постарше, согласно кивнул. Второй же бросил на По́льгу настороженный взгляд, после чего сдержанно улыбнулся. Нечто в его манерах вызвало смутную тревогу. Вот только объективных причин для беспокойства пока не нашлось.
– Тогда вперёд! Я вас более не задерживаю.
Оставшись в одиночестве, По́льга достала из ящика замызганный буклет. На полоске жёлтого цвета легко читалась надпись кодированного послания. Пальчики пробежались по корявым символам.
«Вот и всё», – По́льга открыла в планшете окно личного кабинета и активировала приватное соединение с абонентом. После непродолжительного ожидание загорелось окно ввода пароля. Вот здесь и понадобились закорючки с буклет. Они стройно сложились в симметричный рисунок.
Код принят!
Доступ открыт!
Просьба подтвердить заявку!
Ожидайте…
***
Массивные двери с гулом поползли в стороны. Не дожидаясь полного раскрытия, в образовавшийся зазор вошли два офицера службы исполнения наказаний. Скрипя шестерёнками, за ними следовал вяло потащились механопортер. На его платформе сверкал хромированными боками продолговатый ящик, размером метр на два с небольшим. Замыкали процессию четверо младших исполнителей с нашивками чуть меньшего ранга.
Вошедшие люди в молчании подождали, пока двери за ними сомкнутся. Следом включилось голосовое оповещение, подтвердившее срабатывание запирающего механизма.
– Для приведения приговора в исполнение, заключённый номер… – монотонно принялся рапортовать один из офицеров. Его напарник с непроницаемым лицом слушал короткую речь, после чего, молча, кивнул младшим исполнителям. Ребята среагировали как один. Подогнав платформу механопортера к центральной части зала для казни, они подхватили хромированный ящик за крепежи и потащили.
Тут же раздался писк, а следом размеренный шум гравитационной системы. Её часто использовали в погрузочных работах. Всего-то надо прикрепить к контейнеру специальный механизм, а дальше лишь направлять груз. Легко и удобно.
Теперь осталось аккуратно разместить ящик в пазах установки, возле которой со скучающим видом топтались двое: мужчина и женщина. Оба носили синюю униформу медиков. Вот только ворот у неё зелёного цвета, а на лацкане стилизованная под вензель надпись на одном из древних языков. Её переводили по-разному. Кто «правосудие», а кто «справедливость».
Для людей, носивших форму, смысл значка не имел особого значения. Они трудились в поте лица, карая преступников, существование которых оскорбляло само понятие человечности.
– Благодарю, – сдержанно проговорил мужчина в синей форме. Он протянул руку, забирая пластину с необходимой информацией о преступнике. Передавший её офицер не проронил ни слова. А вот его напарник, воспользовавшись ситуацией, попытался завязать разговор с единственной в зале женщиной.
– Ребят, вы свободны, – не обращая внимания на действия молодого офицера, дама с улыбкой махнула исполнителям. – Чао!
– Свободны! – поддержал её напарник, показывая всем видом, что нахождение посторонних в зале нежелательно.
Сопровождавшие преступника офицеры вместе с младшими исполнителями заспешили к выходу. Дверь за ними закрылась, и служба безопасности во второй раз оповестила о срабатывание замков. Медики синхронно выдохнули.
– Дук, только взгляни на параметры, – женщина с воодушевлением рассматривала многочисленные окна, только-только появившиеся над хромированным ящиком.
– Не увлекайся там и вообще, подвинься. Платформа уже активирована. Сейчас тебе что-нибудь прищемит, крику не оберёшься, – Дук подошёл ближе к контейнеру, и отодвинув едва заметную панель в сторону, принялся набирать коды запуска алгоритмов. Раздался щелчок, и сегментированная крышка медленно сложилась в специальное углубление в ногах преступника. Гелеобразная субстанция заполняла ящик до половины объёма. Создавалось ощущение будто человек внутри просто лежит на упругой поверхности воды и не тонет.