Эль Рау – Кроль на короне (страница 5)

— Не исключено, — коротко ответил Сарэс, изучая картину боя, воссозданную стражами порядка на месте нападения.

— Насколько я слышала, у неё даже кримп не пробудился. Так и остался белым. А значит, Клементия не обладает мощным внутренним потенциалом. Ведь так? — не сдавалась Ахридба. Вообще она не любила провинцию и живущих там людей, особенно окраины, прилегающие к границам Диких Земель. Поэтому так не охотно покидала столицу. По её мнению, люди, живущие в таких местах, мало чем отличались от диких тварей.

— Владыка погиб до того, как создали Хранилище Предков. А о кримпах тогда и речи не шло, — Сарэс почувствовал болезненный укол под грудиной. Ожившие воспоминания принесли с собой ненужную грусть, раня сердце.

— А как тогда… — Ахридба задумалась. — Да-да, припоминаю. Драгоценное наследие. Давно это было.

— Именно. Камни наследия Владыки — истинное сокровище Раснаса. Их поиски для многих стали смыслом жизни. Быть может, поэтому перерождение настолько затянулось, — Сарэс достал флягу и пригубил напиток бодрости, чтобы отогнать очередной приступ меланхолии.

— Если кримпы не в состоянии пробудить силу Владыки, то зачем их дарили претендентам? Получается они бесполезны для них! — с толикой возмущения выдала Ахридба и сразу осеклась. — Ааа… это чтобы выявить, кто перерождался уже после открытия Хранилища Предков?

— Возможно, — проговорил Сарэс, одним словом, погасив воодушевление помощницы. — Владыка мог переродиться и вновь погибнуть, так и не получив наследия. И не один раз.

— Тогда в Хранилище могла попасть неполная версия его жизни. А кримпы… Я запуталась! А-а-а! — Ахридба запустила пальцы в волосы и встряхнула причёску на висках. — Получается, не важно какого цвета станет кримп и станет ли вообще?

— Важно, очень важно, — мягко ответил Сарэс и улыбнулся помощнице, которая совсем растерялась. — Как только Раснас признает в одном из претендентов своего Владыку, его кримп почернеет, как смоль.

— Чёрный кроль? — в глазах Ахридбы отразился страх. — Почему такой…

— Просто предположение. Чем выше мощь владельца кримпа, тем гуще цвет окраса, тем он темнее. Так каким он будет у Владыки Раснаса? Может антрацитовым? — Сарэс похлопал помощницу по плечу. — Пойдём, мы на месте.

Ахридба поклонилась в ответ, выказывая уважения мудрым наставлениям советника. После чего засеменила в след за ним до входа в Храский госпиталь. К удивлению Сарэса, снаружи и внутри здания стояла тишина. Новость о нападении на претендентку во Владыки Раснаса нисколько не всколыхнула местную общественность.

Советника встретил сам глава госпиталя в сопровождении двух сестёр милосердия. Они проводили Сарэса с помощницей до камеры интенсивного восстановления. Прозрачные стены позволили неусыпно следить за состоянием пациентки, мирно спящей в гелеобразном питательном растворе.

— Внимательно вас слушаю, — не глядя на врача, произнёс Сарэс.

— Состояние стабильное. Через месяц будет бегать и скакать как раньше, — с нервным смешком выдал глава госпиталя, словно сам не верил сказанному.

— Что это? — советнику даже не пришлось указывать на белый комок в руках Клементии. Сестры милосердия наперебой стали объяснять наличие постороннего объекта в камере восстановления.

— Я правильно понимаю, среди вас не нашлось того, кто бы смог вырвать кримпа из девичьих пальчиков? — слова Сарэса прозвучали в полной тишине, как приговор. — Дезинтегрировать его так же оказалась вам не по силам? Или подобная мысль не посетила присутствующих здесь медиков?

— Конечно мы думали о таком способе, но пациентка… — глава госпиталя отвёл взгляд. Очевидно, он старался подобрать слова, но не находил нужных.

— Слишком хрупкая? — подсказал советник. — Скверно.

Теперь Сарэсу стало ясно, отчего не стали трогать кримпа. Обычно подобное допускалось лишь в крайних случаях, когда между питомцем и хозяином имелась нерушимая связь. Ведь в противном случае человек мог оказаться под контролем кримпа и в последствии сойти с ума.

— Что с госпожой Присциллой? — Сарэс знал, что напавшей преступницы в госпитале нет. Её час назад доставили в Крепость Дознания и заперли в «Камере Полной Тишины».

— А что с ней? Мы ничего не делали. Она ведь не пострадала. По крайней мере тяжело. Всего-то лишилась чувств от переутомления. Все силы растеряла в бою с… — глава госпиталя покосился на камеру восстановления. Похоже у него язык не повернулся назвать имя пострадавшей девушки. Да и сёстры милосердия как-то слишком уж натянуло улыбнулись.

— Довольно. Всё ясно, — Сарэс ещё раз взглянул на камеру, после чего решительно направился к выходу. Ахридба и остальные поспешили за ним, но догнать не сумели.

«Отправляйся в Ардэнский Орден и осмотри место нападения», — отправил он сообщение помощнице, как только вышел из дверей госпиталя. Следом порыв ветра подхватил Сарэса, высоко подбросив над крышей здания.

А дальше…

Сарэс направился в город Дьюм, которым управлял Ардэнский Орден. Он располагался в одном портале от Храса. Процветающий за счёт торговли редкими травами и алхимическими снадобьями, город Дьюм имел собственный госпиталь. Он ни в чём не уступал Храскому, даже превосходил.

Ещё до посещения пострадавшей в бою девушки, советник счёл её «госпитализацию» весьма странной. Поведение храского лечащего персонала лишь усилили подозрения насчёт Ардэнского Ордена. Именно Ардэны приютили перерождённую Клементию, отчего получили немало благ от Совета Хранителей Наследия Жизни. Вот только претендентка во Владыки была не просто раненой или измождённой после битвы. Нет, её тело выглядело так, словно последние десять лет девушка провела в одной из камер Крепости Дознания.

Приходящие на ум догадки огорчали Сарэса. Сменив наряд на менее дорогой и броский, он отправился гулять по улочкам. Советник вслушивался в разговоры прохожих, посещал лавки и алхимические таверны, где охотно пробовал местные блюда кулинаров-алхимиков.

Куда бы Сарэс не пошёл, горожане повсюду обсуждали происшествие в малом Ардэнском поместье. Многие сожалели, что Клементии удалось выжить. Они желали ей нового перерождения, считая нынешнюю жизнь полнейшей неудачей.

— Орден использует дурочку, чтобы доить столицу, — здоровяк в травяной лавке делился мыслями с покупателями.

— Я слышала, они собрались вместо Клементии отправить Бааль, — вполголоса проговорила молоденькая девица с полной корзиной свежих грибов. — Кстати, не выкупите мой товар? В городе сейчас неспокойно, хочу поскорей домой вернуться.

— Нет-нет, ты меня не проведёшь. Возьму только то, что нужно. С остальным дальше иди, — ответил здоровяк и довольно хмыкнул. — А про подмену ты тише говори. Мало ли кто тебя услышит.

— Глупости! Госпожа Бааль наша гордость, — возразила женщина в одеждах прислуги Ардэнского ордена. — Бедняжке приходится возиться с этой бесталанной «сестрой», защищать её, учить. А всё зря. И как только Раснас терпит такую убогость? Неблагодарная свинья. Только и может что ныть и за чужие спины прятаться.

— Кто же вас просил её в Орден брать? Оставили бы в склепе. Может кто другой подобрал и так мучился, — бесстрашно насела на неё девица с грибной корзинкой.

— Вот именно! Проявили милость к отродью беспомощному и терпим унижение за унижением! — разошлась прислужница Ордена. — Это ведь какой позор будет, если придётся Клементию на испытание отправить! Только госпожа Бааль может отстоять честь Ордена. Молились бы на неё, а не злословили тут!

— Тоже мне богиня выискалась. Да ваша Бааль… — девица с корзинкой пошла в наступление. Отложив свой товар, она собрала в ладонях психонергию и приготовилась ответить силой на слова прислужницы. Та не осталась в долгу и тоже приготовилась сражаться.

— Стоять! Так!! Девки молодые и резвые, прекращаем искрить! — не выдержал здоровяк и осадил разбушевавшихся женщин. — Ты пришла покупать, вот и выбирай что надо. А тебе, грибница-собирательница, лучше помолчать, а то останешься и без товара, и без денег!

— Ха! Не надо меня учить, дяденька. Мы-то с вами люди вольные, сами знаем, что нам делать и думать, не то, что эта пыль подкаблучная, — девица подхватила корзинку и сразу же исчезла.

Прислужница хотела бы ей ответить, но не успела. Поэтому сердито пробубнила под нос невнятные ругательства, нервно выбирая травы для покупки. Между тем Сарэс почувствовал тонкий грибной аромат и обернулся. Боевая девица вместе с корзинкой сидела на корточках сразу за винными бочками. Советник решил подойти к ней и разговорить.

— Какие свежие грибы. Запах стоит над всей площадью, — сказал он, подойдя к бочкам. — Вас как величать, отважная бунтарка?

— Я не бунтарка, — дерзко ответила девица. — В лесу нашли меня, в лесу воспитали, назвали Сильванкой. А вы кто? Прихвостень Ардэнцев? Нет, не так, Ардэнский «подслушник», а лучше «ослушник».

— «Ослушник»? — переспросил Сарэс.

— Ага, осёл-подслушник? — со смешком выдала Сильванка. — В любом случае, иди своей дорогой и не вынюхивай среди моих грибочков. А то, смотри, головушка разболеется или вовсе расколется надвое.

— Я думал вступить в местный Орден, но после вашей стычки желание пропало, — Сарэс вздохнул, выказывая собеседнице напускное разочарование. — Не знаете, где можно недорого остаться на ночь и в обратный путь снарядиться? Так чтобы не обманули и до нитки не обобрали.