Эль Рау – Кроль на короне (страница 34)
На удивление Клеи кабаны не убили Буругу. Она чувствовала, как звери потащили его куда-то. Время шло, а вокруг по-прежнему слышалось одно лишь кабанье хрюканье и топот полутора дюжины копыт. Вот и вечер настал. Воздух похолодел. Повеяло сыростью.
Сила, сковавшая Буругу и накрепко прижавшая к нему Клею, немного ослабла. Хозяин не спеша поднялся и первым делом ощупал живот, где за пазухой лежал кроль. Млад ласково погладил бок Клеи, как бы успокаивая её. Вот только ей не нужна была забота. Она хотела выбраться наружу и потому активно ёрзала.
— Хорошая жертва! — раздался хрюкающий, немного гнусавый голос. — Пойдёт!
Буругу снова перевернули в горизонтальное положение и потащили. Только теперь его тело не сковывали никакие силы и Клея легко смогла выбраться из-за пазухи.
Прыг-скок!
Она очутилась на каменном полу. Впереди на возвышении стояла глыба с изображением грифолка. Перед ней горело пламя, над которым болталось несколько крюков. Именно туда двуногие кабаны тащили Буругу.
— Жер-тво-при-но-ше-ни-е! — начало скандировать племя дикий свиней. Они собрались ниже, у дальней платформы. Клея же оказалась в середине пути к возвышению. В своём кроличьем виде ей было не по силам допрыгнуть до следующей ступени.
От досады она заметалась на месте. Хряки продолжали радостно скандировать. Стон Буруги потонул в их шуме, но Клея услышала его и в отчаянии бросилась к хозяину. Её тело обдало жаром. Перед глазами встали удивлённые кабаньи морды.
— Не позволю! Вон! Пошли вон! — во всё горло заверещала Клея.
Потоки психонергии пробежали по телу колючими электрическими разрядами и вырвались наружу сетью молний.
— Зажарю! Всех зажарю! — прикрикнула она на двуногих кабанов.
От страха у неё самой затряслись колени и сердце забилось, как сумасшедшее. Племя дикий свиней притихло. В наступившей тишине отчётливо был слышен стрёкот сотни молний и тихий стон Буруги.
— Хозяин, хозяин! — позвала она, но тот, лёжа на алтаре, так и не отозвался.
Клея схватила его за одежду и, взвалив на спину, попыталась уйти. Вот только двуногие кабаны стеной встали на её пути. Они зло пыхтели, осторожно делая шаг за шагом в сторону алтаря жертвоприношения.
«Бросить хозяина и атаковать?» — Клея сгибалась под тяжестью Буруги. Сбрось она его сейчас, то сможет отбиться и сбежать. Но только одна. Повторно водрузить на себя тело хозяина у неё вряд ли получится. Кабаны наступали, оттесняя Клею к изображённому на глыбе грифолку.
— Ста-ликс? Сталикс! — неожиданно Буруга подал голос.
— Хо… — Клея не успела ничего сказать. Её ноги подкосились, и она рухнула.
Возвышение, на котором покоился алтарь, дрогнуло. Из камней ключом забился родник дикой необузданной психонергии. Кабаны упали на колени и, вскинув морды к небу, стали поглощать рвущиеся наружу потоки силы.
— Откуда здесь Сталикс? — едва слышно спросил Буруга, сползая со спины Клеи. У неё не осталось сил, чтобы держать его, как, в прочем, и стоять. Она свалилась перед разрисованной глыбой, глядя на расползающееся изображение грифолка. Оно словно плавилось. А вместе с ним мутнело сознание выбившейся из сил Клеи.
— Маленькая моя, очнись, — Буруга шлёпнул её по щекам.
— Хозяин, больно, — отозвалась она и с удивлением заметила, что находится в какой-то пыльной коморке.
— Похоже, кто-то оставил в свином племени портал. Нам посчастливилось им воспользоваться, — сказал Буруга, кутая любимицу в тёплый плед. — Не знаю, как, но нам крупно повезло. Ты рада, маленькая моя?
Клея кивнула и сразу покосилась на ряды высохших коконов.
— Склеп? — первое что пришло ей в голову.
— Тоже так подумал, маленькая, но оказалось, что нет. Скорее рабочий кабинет мастера по подделкам кримпов. Его давно забросили, но вот тут осталось несколько схем: грифолк и кроли. Много кролей, — Буруга копался на полках. — Видимо, кто-то хотел скустарничать кримпа, который стопроцентно должен был перевоплотиться в Сталикса Владыки Раснаса.
Он рассмеялся, словно мысль о такой подделке казалась ему абсурдной. Клее же захотелось разглядеть приколотый к стене набросок животного. Отчего-то показалось будто она его уже где-то видела. В голове всплыли обрывки воспоминаний:
— Понравился? — Буруга сорвал со стены набросок грифолка и тот рассыпался прямо у него в руках. — Вот чёрт! Прости, маленькая, я не нарочно.
Клея рассмеялась точь-в-точь, как в недавнем обрывке воспоминаний. Звонкий смех, скрывающий печаль, встал завесой между ней и хозяином.
«Нет, не хочу!» — она кинулась к Буруге и, обняв его, уткнулась носом в шею. Прямо под скулой.
— Расчувствовалась, маленькая? Ничего, это от стресса, — он погладил Клею по голове и спине.
Она почувствовала приятный трепет, пробежавший волной по телу. Ей захотелось остаться вот так с ним навсегда.
— Мне нравится, хозяин. Ещё. Погладьте ещё, — попросила она, сильнее прижавшись к Буруге.
— Хорошо-хорошо, маленькая. Не дави так, а то упадём, — со смехом ответил он. Его рука скользила по её плечу, спине и даже касалась хвостика. И каждый раз Клея немного вздрагивала, чувствуя, как в животе что-то начинало шевелиться в ответ.
— Достаточно? Давай, маленькая моя, посиди тихонько. А я схожу наружу, осмотрюсь, — Буруга легко взял Клею на руки и пересадил на длинную скамью, заваленную тряпьём. — Скоро вернусь!
Он вышел из коморки через неприметную дверь. Его шаги быстро стихли. А Клея, оставшись в одиночестве, с грустью уставилась на высохшие коконы. Их покрыли множество трещин, а на полу возле каждого имелись углубления с непонятными символами. Клея прошлась мимо них, пытаясь разобрать написанное.
«Мастерская Клима», — она узнала один из знаков, выбитый не в полу, а скрытно на стене. Он походил на тавро мастера, которое ставилось на исключительных ювелирных украшениях.
Клея закружилась по коморке. Многие из оставленных в ней предметов она узнала. Память торопливо поделилась с ней образами далёкого прошлого. И с каждым воспоминанием черты лица некогда влюблённого в неё мужчины стали отчётливей. Они до ужаса напомнили ей немного повзрослевшего Младислава Буругу. Вот только имя хозяина совсем ему не подходило.
«Клим. Клим. Клим…» — вертелось у неё в голове одно и тоже слово. Следом за ним шло понимание, что Буруга воплощение того самого мастера, которому принадлежала коморка с коконами и схемами кролей.
— А я? Кто я? — Клея заметалась на месте. Мысли сбились в кучу. Они навели её на тревожные выводы, печалящие до глубины души и ранящие в самое сердце.
— Кроль. Подделка, — со слезами она уселась на пол, обхватив колени руками.
7.2. Сарэс: Пятилетка
Беспокойные размышления Сарэса всё время сводились к Кримпу, любимцу Клима. Он вспомнил, что после покушения на Владыку лилового кроля видели вместе с Присциллой, пока та окончательно не исчезла.
«Если бы Клим переродился, то узнав о возрождении Расса непременно пришёл бы его убить», — в зыбких топях размышлений советник наконец-то нащупал твёрдую почву. Допустив, что Присцилла, заточённая в Крепости Дознания, является чудом переродившимся Климом, он захотел увидеться с пленницей.
Но сперва кроль Клементии…
Осмотр питомца ничего неожиданного не дал. Предположение о двойном владении подтвердилось. В остальном же зверёк походил на серийный продукт высшей категории. Было несколько странностей, но их система отнесла к дефектам неправильной эксплуатации.
Растревоженное чутьё Сарэса технический осмотр совсем не удовлетворил. Зародившаяся в душе тревога никак не хотела исчезать. Её корни уверенно прорастали, стремясь захватить и сердце, и разум. Поделиться опасениями советнику было не с кем. Разве что Ифрэна могла его понять, но встречаться с ней ему не хотелось.
Отбросив беспокойные мысли, Сарэс сосредоточился на подготовке к возвращению Владыки. Отдав Клементию на попечение Златояра, он уверенно принялся выстраивать «доминошки». Ардэнский Орден стал лакмусовой бумажкой, проявившей гнилое нутро Раснаса. Расследование Куинна о покушении на Клементию встретило массу неожиданных препятствий.
Как только тень позора упала на чету Ардэнов, в Башню Дознания посыпался шквал ордеров от советников и их помощников. Все они предписывали удовлетвориться арестом Присциллы, старательно пресекая поползновения в сторону Ардэнского Ордена.