Эль Рау – Кроль на короне (страница 20)

— Так ты из-за этого ко мне ввалился? — Торос громко расхохотался. Его веселье продолжалось добрых минут десять. Он что-то пытался сказать, но комичность случившегося брало над ним верх.

— Тебе смешно? А нам как быть? — возмутился Буруга, тщетно пытаясь привести оценщика в чувства. — Я, знаешь ли, не умею выкройки подгонять. Максимум размер сменить.

— Надо было резать! — с хохотом выдал Торос, при этом недвусмысленно показав, что именно.

— Кого? Чего? Хвост? Совсем придурок? — Буруга едва не полез на оценщика с кулаками.

— А что, развратничек, тебе нравятся хвостатые девчушки? Ушки-то ей нигде не жмут? А то я пока на зад пялился, забыл на личико глянуть! — никак не успокаивался Торос, продолжая сыпать комментариями, в том числе весьма обидными.

— Задолбал! Заткнись уже и помоги! Шутник криворожий! — наорал на оценщика потерявший терпение Буруга и чуть спокойнее добавил: — В общем, сообрази, как сделать, чтобы одежда нормально садилась. Может спец-схемы есть?

— Хорошо, сейчас подумаю. Только дай в себя прийти. Я уж надумал всякого, а тут… — обиженно ответил Торос и снова закатился от смеха, повторяя «хвостик жмёт».

4.2. Сарэс: Куинн из Крепости Дознания

Сарэс отключил подачу лекарств и запустил программу срочной транспортировки. Она проходила в три этапа: подготовка пациента, остановка всех процессов внутри камеры и далее её открытие. Вся процедура должна была занять минут сорок. Но советник синхронизировал два первых этапа, вдвое сократив затрачиваемое время.

— Закажи обустройство апартаментов в моём поместье для проживания Клементии Ардэн. Ахридба? Ахридба! — Сарэс окликнул помощницу, нервно погладывающую на мимо проходящих сестёр милосердия. — Ты меня слышала?

— А? Да, конечно, подготовить поместье для гостьи, — помощница растерянно посмотрела на советника. — Для вас мне тоже найти транспорт? Мы ведь не совершаем преступление?

— Иди! — хмуро ответил Сарэс, давая понять, что подобные вопросы звучат, как чушь. — Я справлюсь без тебя.

Служба в Крепости Дознания и гвардии Карающей Длани подарила Сарэсу множество полезных навыков. Среди таких было умение мгновенного переноса в камеру предварительного задержания объекта, попавшего в «Кольцо Захвата». Сейчас советник редко пользовался полученным навыком и то лишь для спасения собственной жизни.

В столичной резиденции он обустроил место, где ему в любое время дня и ночи могли оказать помощь любой сложности. «Кольцо Захвата», оставленное на память о долгой службе, Сарэс настроил как раз на «домашнюю» реанимационную камеру. Поэтому мгновенный перенос отправлял цель именно в неё, а не в Крепость Дознания.

Советник посмотрел на Клементию, готовясь отправить её в столичную резиденцию. Если на собственную телепортацию требовалось немного сил, то на «багаж» психонергии тратилось в разы больше. Был в этом и некоторый риск, но Сарэс отступать не стал. Как только камера восстановления открылась он использовал «Кольцо Захвата» на Клементии.

— Что происходит? — вбежал взволнованный глава госпиталя. — Куда вы…

Невысказанный до конца вопрос застыл у него на губах, как только в воздухе вспыхнул символ Крепости Дознания.

— Хорошо, что вы сами явились, — Сарэс не дал главе госпиталя прийти в себя. — Объяснитесь!

Советник указал на заряженные в мед. устройствах лекарственные препараты. Глаза главы забегали, а щёки, как и уши, сразу покраснели.

— Помещение опечатано! Соберите персонал! Весь персонал, ответственный за обслуживание камеры восстановления Клементии Ардэн, и ожидайте уполномоченного представителя Крепости Дознания, — по старой привычке Сарэс заговорил с ним резко и с нажимом. Сейчас никто бы не осмелился возразить советнику или переспросить его. Тем более глава госпиталя крохотного городка на отшибе Раснаса.

«Куинн! Необходимо немедленно провести анализ препаратов и мед. оборудования в Храском госпитале. Я здесь всё опечатал, как возможное место преступления. Однако моих полномочий надолго не хватит», — Сарэс отправил сообщение действующему интенданту Крепости Дознания.

«Покушение на претендентку во Владыки? Мы уже задержали госпожу Присциллу и проверили её связи. В заключении уже стоит, что она действовала по личной инициативе и помощников не имела», — тут же пришёл ответ от Куинна.

«Может и так, но кто-то явно решил воспользоваться ситуацией и добить Клементию Ардэн. Хочу знать кто!» — Сарэс скрежетнул зубами. Он прекрасно помнил Куинна и ни сколько не удивился, когда тот занял пост интенданта. Парню нравилась административная работа и он терпеть не мог, когда что-то нарушало его планы. А сейчас, по всей видимости, произошло нечто подобное.

«В пути», — рассерженный Куинн всегда становился скуп на слова, да ещё безумно педантичен и мелочен в действиях. Так что его появления не пришлось долго ждать.

— Приветствую вас, советник! — молодой на вид интендант Крепости Дознания поздоровался подчёркнуто учтиво и даже поклонился, что в принципе для человека на его посту вещь не обязательная.

— Куинн, — Сарэс сдержанно кивнул ему в ответ. — Рад, что вы лично приняли участие в следственном мероприятии.

Интендант никак не отреагировал на его слова. Двое сопровождающих его уполномоченный представителя сразу принялись работать с камерой восстановления Клементии Ардэн.

— Могу я спросить, куда исчезла сама пациентка? — без лишнего энтузиазма поинтересовался Куинн. — Несмотря на след от «Кольца Захвата», я не думаю, что она сейчас у нас в Крепости.

— Верно. В свете последних событий, я решил предложить юной претендентке своё покровительство. И для начала перенёс в столичную резиденцию, где ей прямо сейчас оказывают должный уход, — Сарэс не стал запираться и темнить. Да это было и бессмысленно. Интенданту не составило бы труда проверить его слова в течении минуты.

— Мудрое решение, — Куинн положительно качнул головой, соглашаясь с действиями Сарэса. — Как думаете, советник, среди персонала Храского госпиталя есть радикально настроенные противники возвращения Владыки?

— Нет. Это вряд ли. Здесь скорее корысть и глупость сыграли роль, — Сарэс жестом показал интенданту, что им следует пообщаться без свидетелей.

— Можете оставить расследование нам, советник, а сами отдохнуть. Я навещу вас позже, — Куинн отвесил поклон, показывая собеседнику и всем окружающим, что разговор окончен.

Сарэс кивнул в ответ и размеренным шагом направился к выходу. Торопиться ему некуда. Однако всё равно он довольно быстро оказался в своём Храском рабочем кабинете. Куинн же явился спустя полчаса, держа в руках изящную шкатулку для алхимической снеди.

— Хотелось бы попросить вас не создавать Крепости лишней работы, но не стану, — интендант без приглашения уселся в кресло возле стола. — Угощайтесь!

Он поставил шкатулку перед собой и немного подтолкнул в сторону советника, восседавшему по другую сторону стола.

— Благодарю, — сдержанно ответил Сарэс. — Я и не собирался подкидывать работы. Она сама меня нашла.

— Тогда поделитесь наблюдениями. Не случайно же возник «такой» интерес к претендентке? — как не старался Куинн скрыть любопытство, оно всё равно вылезло наружу. — Вы лучше других помните Владыку. Так что скажите? Это он?

— Давным-давно я прочёл одну сказочную историю. Не скажу, что помню всё дословно, но сюжет мне напомнил ситуацию с выбором претендентов на место Владыки Раснаса, — Сарэс открыл шкатулку и с улыбкой вынул оттуда сладкую плитку, напоминающую древний шоколад. — В сказке, когда юный принц вошёл в пору наследования трона, его родители разослали приглашение всем достойным претенденткам в невесты. После чего каждый день прибывали благородные девы, чтобы побороться за право стать новой королевой страны. Однако время шло, а претендентки не могли справиться с предложенными им испытаниями. Родители принца отчаялась увидеть свадебную коронацию сына. И тут королева-мать обратила внимания на служанку, которую нещадно била и отчитывала одна из кухарок. Её Высочество отправила шпионов разузнать о бедной девушке. Оказывается, она появилась в замке во время страшной грозы и представилась принцессой. Её одежда вымокла и перепачкалась, поэтому слуги не приняли слова бедняжки всерьёз. К счастью, они оказались достаточно милостивы, чтобы дать ей кров и работу в замке. Но всем быстро стало ясно, что бродяжка совсем не приучена к тяжёлому труду. Девушка не могла стирать в ледяной воде, так как её руки оказались слишком изнеженными. Их сразу сводила судорогой, и работа вставала. Такие поручения, как наколоть дрова, принести воды, сходить на рынок за покупками, девушка провалила одно за другим. Бедняжку нещадно ругали и поколачивали, после чего та лежала с жаром по нескольку дней. Кормили её только объедками и то не всегда. Потому, как считали, что она не заработала на сытный обед и ужин. Впрочем, бродяжка никогда не жаловалась. А потом совершенно случайно выяснилось, что она умеет вышивать золотыми и серебряными нитями, умеет читать, считать, разбирается в музыке и даже играет на благородных инструментах. Услышав всё это, королева-мать воскликнула: «Она принцесса!». Но король-отец не согласился и начал спорить. Тогда Её Высочество приказала сложить на кровать бродяжки множество матрасов, тюфяков и пуховых перин. Слуги исполнили всё в точности. А королева-мать подняла край самого нижнего матраса и запихнула под него крохотную горошину. После чего приказала бродяжке опробовать кровать и на следующий день высказать своё мнение. Прошла ночь. Утром королева-мать и король-отец вернулись в коморку и застали девушку спящей за столом на деревянном стуле. Тут же слуги накинулись на бродяжку со словами: «Как ты посмела не исполнить приказ королевы⁈». Защищаясь, девушка отвечала, что сладко выспалась на перинах, а утром села за шитьё и немного прикорнула. Королева-мать подошла к ней и ударила по лицу. Бродяжка лишь ахнула и сразу же упала на пол без сознания. Король-отец хотел было сказать, что был прав, но супруга, пылая от гнева, повторяла снова и снова, что изнеженная принцесса не смогла уснуть на горошине. И потому дремала на стуле, а воспитание и такт не позволили ей признаться в неудобстве роскошной постели. Король-отец предложил ещё раз испытать бродяжку. Теперь её заставили каждую ночь спать на перинах, а другую мебель из коморки убрали. На третий день девушка свалилась от жара. Лекарь, осмотрел её и заключил, что она несколько дней не спала и потому заболела. Между тем принцессы-претенденты закончили свои неудавшиеся испытания и разъехались по домам. Из всех разосланных приглашений не отвеченным осталось лишь одно. Шпионы королевства выяснили, что принцесса приняла приглашение и выехала. Она давно должна была прибыть в замок, но по дороге случилось несчастье. Сначала нападение разбойников. От них принцессе пришлось спасаться бегством. Затем разразилась страшная гроза. Можно сказать, настоящая буря. Что случилось с принцессой дальше никто не знал. Всё что шпионы нашли — это её портрет. Удивительно, но на нем была изображена та самая бродяжка, которую так уверенно назвала принцессой королева-мать. Проводить новые испытания для, чудом выжившей, принцессы никто не стал. На всю страну прогремела новость, что невеста принца найдена и свадебная коронация вот-вот начнётся. А принцесса-бродяжка вошла в историю, как «Принцесса на горошине».